17 августа
Меняются или нет люди, внешняя среда вокруг них точно не стоит на месте, особенно в наше бурное время. И это сказывается в первую очередь на наших профессиональных занятиях. Послевоенная Япония была в руинах. Одна только бомбардировка Токио 10 марта 1945 года, в которой 334 американских бомбардировщика сбросили больше тысячи тонн бомб, полностью уничтожила 40 квадратных километров построек. Поколение, восстанавливавшее разрушенное, жило в рамках двух принципов: «мы отказываем себе во всём, чтобы наши потомки жили лучше» и «нам гарантирована работа в компании до самой пенсии». Долгие десятилетия Япония ассоциировалась с пожизненной занятостью в одной компании. То есть стабильность и уверенность в завтрашнем дне? Да, так и было до недавних времен. Но сегодня всё поменялось. С одной стороны компании хотят быть более гибкими в планировании и управлении трудовыми ресурсами. С другой японская молодежь не горит желанием подписывать контракт на всю оставшуюся жизнь с какой-нибудь корпорацией и погружаться в рутину, навсегда лишая себя возможности выбора. Система пожизненного найма Японии начала трещать по швам.
Но меняется не только внешняя среда. У Ильфа и Петрова в 12 стульях было: «Когда женщина стареет, с ней могут произойти многие неприятности: могут выпасть зубы, поседеть и поредеть волосы, развиться одышка, может нагрянуть тучность, может одолеть крайняя худоба, но голос у нее не изменится. Он останется таким же, каким был у нее гимназисткой, невестой или любовницей молодого повесы». Но самих женщин волнует не только голос. Старение и увядание – неизбежные процессы для всех, кроме тех, кто «живет по законам другим и кому умирать молодым». И они тоже влияют на нас в рамках классической последовательности: «отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие». В фильме «Премьера» Джона Кассаветиса героине – знаменитой актрисе досталась роль женщины, осознающей, что к ней приходит старость. И это запустило ту самую последовательность в самой актрисе, благополучно завершившуюся тем самым «принятием».
Когда я ушел с работы большим начальником в большой компании 8 лет назад, я думал взять небольшую передышку и снова броситься назад в ту же самую корпоративную пучину. Но не получилось по разным причинам, где-то внешним – чего одна «пандемия» стоила – где-то внутренним. И я сам пошел по «этапам», разве что, минуя «депрессию», как не свойственное мне (пока что) состояние. В результате из топ-менеджера для акционеров я стал арт-менеджером для своей супруги. Роли поменялись, поменялся ли я сам?
Но изменились не только роли. Изменился наш стиль жизни, в частности наш отдых. Теперь за границу мы с Анной ездим по работе для участия в выставках и фестивалях. А с детьми проводим время на Родине. Америка, Греция, Мальдивы, Африка и многое другое остались в воспоминаниях. Ну и еще в моих путевых заметках.
Ну а пока что последний день нашего летнего посещения КМВ. В 16:50 у нас отправляется поезд в Сочи, а мы хотим «расширить горизонты» - посмотреть, что там за пределами Кисловодского парка. План такой – доехать на электокаре до Долины Роз, а дальше вверх на канатной дороге и «наружу». Приходим без четверти 10, чтобы успеть в числе первых к началу работы и у входа в парк натыкаемся на веселого энергичного мужчину. Он уверяет нас, что на подъемник уже очередь, но мы можем заплатить 2 тысячи рублей, и нас с комфортом доставят до самого верха на автомобиле. Суммарная цена билетов на электромобиль и канатку те же самые 2 тысячи. Мы соглашаемся. Энергичный мужчина выводит нас через колоннаду на улицу и, не стесняясь, при нас дает 500 рублей одному из дежуривших там таксистов, остальное оставляя себе. Чувствую себя лохом из анекдота про Дерибасовскую. Я то думал, что есть особые машины, которые повезут наверх по парку. А оказалось, что можно было просто договориться с таксистом за четверть уплаченного и отправиться в объезд.
Минут 10 едем по городу, потом дорога портится и начинается серпантин в гору. Таксист останавливает нас у выхода на тропу, ведущую к Малому Седлу.
В прошлый раз мы пешком дошли до верхней станции канатной дороги. Она находится на высоте 1183 метра, что означает чистый подъем на 350 метров от колоннады. Малое Седло несколько выше – 1325 метров. Идти до него от станции минут 40 по широкой удобной тропе. На вершине «седла» открывается панорама, захватывающая южную часть Кисловодска с Эльбрусом на заднем плане.
Дугообразное здание и «лесенка» рядом с ним в правой трети панорамы – санатории «Заря» и «Каскад» соответственно.
«Зарю» люди хвалят – «Каскад» не очень. Ну это и не удивительно. У «Зари» по отзывам прекрасный парк, новое оборудование и хороший ресторан. Путевка на двоих на 21 день обойдется в 665 тысяч рублей. На первый взгляд дорого, но тут уже включено питание и лечение. Так что в день на человека получается 15 тысяч рублей, что грабежом никак не назовешь, даже если не вспоминать, сколько стоит переночевать в особняке Кшесинской. Ну а «Каскад» - «заброшка». Говорят, что его в свое время достроили на 90%. По проекту должно было получиться суперэлитное необычное заведение. Огромные номера, с большими террасами, выходящими на юго-запад, чтобы можно было и загорать на них, и любоваться закатом в направлении Эльбруса. Но на дворе была вторая половина 80-х: перестройка, гласность и плюрализм мнений. А также сахар по талонам и прочие «прелести» позднего СССР. Не до элитных санаториев с видом на Эльбрус было. Не достроили, бросили. У места дурная репутация. «Знающие люди» говорят, что там ночью очень страшно: ходят призраки и воют злые духи. В прошлом году санаторий выкупила компания, принадлежащая очень влиятельному человеку из Кабардино-Балкарии. Бизнесмены прикинули, что в «элитку» здесь лучше не играть. В результате на месте основного здания на 150 номеров сделают здание на 250 номеров. Также построят дополнительное здание на 250 номеров и 34 виллы. В общем масс-маркет, не считая не самой очевидной темы вилл. Посмотрим, что получится….лет через 5. По крайней мере уверен, что простым труженикам никакие призраки не страшны в отличие от изнеженной элиты....
Эльбрус с Малого Седла опять выглядит как 2 белых холма. Точнее, как 2 белых пирамидки. Ничего благовейного он лично у меня с такого ракурса не вызвал. Но если знать, что отсюда до вершины горы целых 65 километров по прямой, то уважение к исполину возвращается, как и понимание того, насколько сегодня прозрачен воздух.
Ну а мы идем дальше до Большого Седла. Это еще примерно 40 минут пути. Перед самой горой выбор, как подниматься.
Я, как «нормальные герои», пошел в обход. Все остальные типа мачо пошли в гору напрямую. В результате на вершине оказались плюс-минус в одно время.
Большое Седло – высшая точка Кисловодска, если под Кисловодском подразумевать круг радиусом 5 километров с центром на вокзале. Если радиус увеличить до 10 километров, то зацепим горы и повыше, например, Малый Джинал. Но мы это Кисловодском считать уже не будем. Так что Большое Седло – высшая точка и точка!
И тут возникает небольшая оптическая иллюзия. С Большого Седла открывается прекрасный вид на Бештау – высшую точку Пятигорска, гору, которую мы покорили несколько дней назад. И она выглядит вполне солидно.
Ну а наше "Седло" из Кисловодска даже особо и не разглядеть. Причина простая: Кисловодск находится на высоте 800 метров, а Пятигорск только 500. А высота у обеих гор абсолютно одинаковая: 1409 метров. Получается, Бештау от подножья на 300 метров выше, чем Большое Седло и стоит в гордом одиночестве, а не в рамках хребта.
Мы поднялись всего на 80 метров по сравнению с Малым Седлом. Но вид на Эльбрус стал намного более впечатляющим. Это уже не просто «пирамидки».
С момента нашего выхода из отеля до подъема на Большое Седло прошло два с половиной часа. Время пока не поджимало, и мы начали неторопливую дорогу назад. За час мы проделали путь до верхней станции Канатной дороги. Там попили водички, купили билеты, постояли не в часовой, а всего лишь в десятиминутной очереди и в 2 часа дня гордо загрузились в вагончик. Миссия выполнена!
Почему канатную дорогу не модернизируют, чтобы люди внизу не стояли в очереди больше часа? К примеру, почему бы не удвоить вместимость вагончика с текущих 25 человек? Вопрос риторический.
Вагончик тронулся, перрон остался.
В рамках неторопливого движения вниз мы смотрели на места, которые в другие дни проходили пешком, включая знаменитую тропу Косыгина. Порой мы отрывались от земли довольно высоко. Путеводитель говорит, что вплоть до 250 метров. Ну и отсюда тоже видно Эльбрус, хотя здесь он выглядит очень комично.
1743 метра канатной дороги мы преодолели за 7 минут и оказались в средней части Кисловодского парка. Времени на часах 14:30. Поезд отходит в 16:50. Успеем пообедать!
Выбираем для обеда «Чайный домик». Заведение с аналогичным заведением в Дагомысе предлагает только чай с булками. Но Анна, катаясь вечером на велосипедах, всё разведала. Здесь не только и не столько чай, сколько современное универсальное по еде место в красивом месте. Идем туда полтора километра – расстояния в Кисловодском парке большие. Но это в любом случае в сторону выхода.
В три часа нас размещают. В пол четвертого приносят еду. В четыре мы встаем из-за стола. До поезда уже меньше часа – надо спешить. До отеля еще полтора километра. Хорошо, что под гору. Я ускоряюсь, чтобы по дороге заскочить на свой последний сеанс в Нарзанную галерею. В четыре тридцать мы, громыхая чемоданом, выдвигаемся из отеля. За пять минут до отправления поезда садимся в вагон. Всё, наше знакомство с Кавказскими Минеральными Водами завершилось.
Влюбились ли мы в КМВ? Конечно. Никто, включая меня, не ожидал здесь увидеть такую красоту, причем организованную красоту, лишенную сочинского хаоса. Мы думаем теперь возвращаться сюда в качестве базы для новых маршрутов. Обсерватории в новолуние, Архыз, Теберда с Домбаем. Ну и, если смотреть дальше и глубже, Дагестан. Там, правда, с ночевкой. Но Виталий уверяет, что он знает такие места! Главное нам его в следующий раз узнать.