ДУРА С ПРИЦЕПОМ. (33 ЧАСТЬ).
Анна Андреевна не только продержалась год, но и укрепила свои позиции. Руководство было ею очень довольно. Ни кто не знал сколько бессонных ночей провела она с бумагами, сидя на кухне за столом, вникая в специфику работы. Сына почти запустила, с единственной подругой Милкой почти не виделась. Костя не обижался на мать. Теперь все свободные вечера он пропадал в хоккейной коробке. Сначала просто ходил смотреть тренировки, потом его позвали на лёд. Тренер спросил какой у него размер ноги, не получив ответа, поднял ногу Кости, присмотрелся к подошве, ушёл и вернулся с коньками. Показал как правильно шнуровать ботинки, открыл дверцу в бортике, махнул в сторону льда. Неуклюже переваливаясь Костик вступил на лёд и тут же растянулся. Он ожидал смеха или издёвок, но ребята спокойно продолжали тренировку. Костя собрался, сумел встать, уцепиться за борт. Тренер внимательно на него посмотрел, принес приспособу с ручками для новичков. Костя уцепился за ручки и покатился вдоль бортов, стараясь не мешать игрокам. К концу тренировки он уже неплохо держался на коньках, даже пытался набрать скорость.
Тренер пригласил Костю на следующее занятие.
Милка же крутила очередной роман и не очень переживала занятости подруги.
В первый отпуск на новой работе Аня никуда не собиралась ехать.
Время неудачное, март месяц.
Костик решил поговорить с мамой. Пришёл, сел на кухне, сложил руки на коленях:
–Мам, давай поговорим–сказал он.
Аня удивлённо обернулась. Она жарила котлеты на ужин.
–Да, сынок, давай. Что-то случилось?
–Мам, у нас в классе все дети куда-то ездят, а мы нет.
–Не поняла тебя. Мы же на новогодние праздники ездили в Мурманск.
–Это да, ездили. Я не про это. На лето всех детей увозят из Апатитов. Кто на море, кто к бабушке в деревню, а я никуда не езжу.
–Вот ты про что. Летом у меня нет отпуска. Может в будущем году.
–Мам, а поехали в Москву. Пожалуйста, пожалуйста! Хоть на два денёчка.
–Почему Москва?
–Ну это же столица нашей родины. Кремль, Красная площадь. "Авангард" играет с "ЦСКА".
–А вот с этого места поподробней.
–Понимаешь, мам, я хочу заниматься хоккеем. Пока меня в команду не берут. Я не твёрдо катаюсь, но тренер говорит, что , как же это, поцерал есть.
–Потенциал.
–Да, точно, он самый. Тренер говорит, чтоб понять всю красоту этого спорта, надо посмотреть на игру профессионалов. Он едет с некоторыми ребятами, кого отпустили и денег дали, на игру.
–Вот так новости. Я пока кувыркалась с цифрами, ты бегал без разрешения на каток?
–Ну мам, я не маленький. До школы и обратно сам хожу, а каток тут рядом.
–Я не сержусь. Просто в следующий раз ставь меня в известность. Договорились?
–Хорошо. Так что на счёт Москвы?
–Поедем. Я отпрошу тебя в школе.
–Мамулик, ты лучшая!
–Я знаю.
Аня устыдилась. Совсем отдалилась от сына. Костик и так мальчик замкнутый, особо ни чем не делится, так ещё она не уделяет ему внимания. На следующий день она съездила на вокзал, купила билеты в плацкартный вагон.
Костик с восхищением смотрел в окно на убегающий пейзаж. Он впервые ехал в отпуск. Ему нравилось буквально всё. Чай в подстаканнике, курочка в пергаменте, отварные яйца, сушки, постельное, серое бельё, чуть пьяный проводник, соседи, пожилая пара, которые угощали его молочными карамельками.
Ане было немного тревожно. Давно она не покидала дом, не уезжала так далеко. Даже маму ни разу не навестила, хотя скучала по ней страшно. Тут были две причины. Тотальное безденежье и бывшая свекровь. Если бы она приехала к маме, то рано или поздно о её приезде узнала Раиса Константиновна. Она бы пришла и спросила о сыне. Врать ей в глаза она бы не смогла. Весть о том, что её старший сын спился и бомжует доконала бы бедную женщину. В письме сочинять хорошую жизнь было проще. Её мама, кстати, тоже не знала, что её дочь в разводе. Из упрямой гордости Аня не сообщала, что её брак распался, что ей тяжело, что она еле-еле тянет свою ношу, что вынуждена брать ворованные продукты с кухни, чтоб хоть как-то выжить.
Она пообещала себе, что когда-нибудь она расскажет маме всю правду, но не сейчас. Маме и так нелегко, еще и за неё переживать.
Москва встретила слякотью и какой-то ледяной хмарью с неба. То ли снег, то ли дождь. Им сказочно повезло, нашлось место в комнате "Матери и ребёнка". Правда только одно. Ничего страшного, одну ночь поспят вальтом.
Спустились в подземку. Здесь присутствовал особый запах, который ни с чем не спутаешь, подземельем и резиной. Костик бесстрашно вступил на эскалатор, а Аня замешкалась. Сын посмотрел на мать с лёгким снисхождением. Аню это удивило.
"А Костик то уже мужичок. Надо же, семь лет всего" –подумала она.
Они побывали на Красной площади, на Воробьевых горах, прошлись по старому Арбату, пообедали в столовой и двинулись в Сокольники.
Парк культуры и отдыха пустовал. Ларьки закрыты,атракционы не работают. Ане надо было найти ледовый дворец. Долго не искали. Пошли следом за кучкой мужчин, обсуждающих предыдущий хоккейный сезон и вышли точно к цели. У входа Костик кинулся к мужчине с группой детей. Это был тренер Юрий. Аня подошла, поздоровалась и представилась. Мужчина предложил присоединиться к ним. Все вместе двинулись к кассам.
Аня не любила командные виды спорта, признавала только фигурное катание и художественную гимнастику, но посмотрела игру с интересом. В живую это было намного красочней и динамичней. Тренер иногда комментировал игру. Аня ничего не понимала, что он говорит, в отличии от сына. Спокойный, малоэмоциональный Костик оживился, кричал речевки, глаза его горели азартом, он подпрыгивал на месте при каждом попадании шайбы в ворота. Аня смотрела на сына с изумлением. Её мальчик открывался для неё совсем с другой стороны.
После игры она поговорила с тренером. Он сказал, что у Кости есть задатки и желание заниматься. Пообещал заняться им вплотную.
На следующий день Аня с сыном поехали покупать ему коньки и клюшку. Костя сказал, что клюшка должна быть у каждого своя. К ней привыкаешь, чувствуешь телом и она становится продолжением руки. А уж коньки вообще целая наука их подобрать. В метро Костя сиял как начищенный самовар, прижимал к себе коробку с коньками и клюшку.
Аня спросила всё ли получил, что хотел. Костик ответил –"Мам, еще в Макдональдс сходить надо".
Что ж, гулять, так гулять. Поехали на Малую Бронную.
Аню как-то не впечатлили бургеры и картофель фри. Она картошку лучше пожарит на сковородке, отдельно котлеты и салатик. Но сын сказал, что этот фри и гамбургер пища богов. Она пожала плечами. Каждому своё.
В ночь выехали домой. Аня была этому рада. Большой город утомил её. Много шума, много суеты. Она выросла в маленьком городке и сейчас живет в маленьком городке. Ей так привычней и милее.
После отпуска Аня вышла на работу и узнала, что Зойку уволили за профнепригодность.
Пока была Аня, Зойка ещё как-то крутилась. После её ухода в отпуск бывшие приятельницы отказались ей помогать, хотя раньше жалели Зойку и часть работы брали на себя. Зойка запорола отчёт и сбежала на больничный. Вышла на работу, снова косяк за косяком. Директор вызвал всю бухгалтерию на разборки. Илонка и Валентина Николаевна сдали коллегу с потрохами. Директор тут же предложил Зойке уйти по собственному. Она рыдала, умоляла оставить её, но всё же директор остался непреклонен.
Что ж, минус один игрок. Ане не было жалко Зойку. Не умеешь–не берись. Бухгалтерия явно не Зойкино призвание. А ещё Аня не переносила подхалимаж, котором филигранно владела уже бывшая коллега.
Но это было не всё. Кое-кто тоже попрощался со своим местом.
Продолжение следует...