На днях наткнулась на интервью Ефима Шифрина. Наш любимый «Люся», человек с потрясающей самоиронией и интеллектом, высказал мысль, которая сейчас звучит из каждого утюга: в СССР юмор был тонким, глубоким и интересным, а сейчас — сплошная «тупость» и деградация. Я глубоко уважаю Ефима Залмановича. Но, прочитав это, поймала себя на крамольной мысли: а не слишком ли мы заигрались в ностальгию?
Давайте честно: мне 40+, я выросла на «Аншлаге» и «Городке». Но сегодня всё чаще ловлю себя на том, что современный стендап мне ближе, чем бесконечные переодевания в смешные костюмы и чтение по бумажке. Советский юмор был вынужден быть сложным. Цензура заставляла авторов выдумывать метафоры, чтобы намекнуть на дефицит или плохие дороги. Мы называли это «интеллектуальным юмором», но на самом деле это был способ выживания. Сейчас юмор прямой. Если у человека болит — он говорит об этом в лоб. Это не тупость, это свобода. Вам не кажется, что мы просто разучились понимать прямолинейность, привыкнув вечн