История основана на открытых архивных данных и свидетельствах родственников. Детали восстановлены по материалам прессы 1985–1987 гг.
Парень, который любил мотоциклы
Бесконечные американские шоссе обладают гипнотическим свойством.
Длинная серая лента асфальта, уходящая за горизонт, дарит иллюзию абсолютной свободы, стирая границы между штатами. Хочется отдаться ей полностью и лететь вперед на своем байке, ни о чем не думая, упиваясь ветром и скоростью…
В августе 1985 года эта иллюзия свободы сыграла жестокую шутку с семьей, решившей пересечь страну от побережья до побережья.
Дэвиду Лавли было 19 лет, и в нем кипела жажда приключений.
Высокий, крепкий, с открытым взглядом, он ни секунды не сомневался, когда семья приняла решение переехать из солнечной Калифорнии в штат Массачусетс.
Переезд
Переезд был организован быстро и прагматично.
Мать Дэвида, Сильвия, вместе с его сестрой, ехали на тяжело груженном арендованном фургоне, перевозя домашние вещи. Дэвид же решил преодолеть этот колоссальный путь на своем любимом темно-бордовом мотоцикле Yamaha 1978 года выпуска.
Мотоцикл для него был не просто средством передвижения. Он был его особым предметом гордости, символом взросления и личного пространства. Дэвид ухаживал за своей машиной с маниакальной тщательностью, и ни при каких обстоятельствах не доверил бы её чужим рукам.
Из-за разницы в скорости тяжелый фургон и юркий мотоцикл не могли постоянно ехать бампер в бампер. Семья договорилась о строгом правиле: они двигаются по одному маршруту, но каждый в своем темпе, а вечерами встречаются в заранее оговоренных мотелях или кемпингах. Первые дни пути прошли безупречно.
Позади остались Невада и Юта.
5 августа 1985 г
Но когда маршрут пересек границу сурового, малонаселенного штата Вайоминг, что-то изменилось.
Местность вокруг города Эванстон разительно отличалась от калифорнийских пейзажей. Это край ветров, выжженных солнцем равнин и редких заправочных станций, где между населенными пунктами лежат десятки миль звенящей пустоты.
Дэвид уехал вперед, оставив фургон матери далеко позади. Однако вскоре Сильвия получила от сына весточку. Дэвид позвонил своей тете, которая координировала их связь из другого штата, из уличного таксофона в Эванстоне.
Его голос сквозь статические помехи междугородней линии звучал немного раздраженно.
— Мой байк заглох прямо на трассе. Какая-то проблема с двигателем, — пожаловался Дэвид, перекрикивая шум проезжающих мимо грузовиков.
— О, господи, Дэвид, ты там один на жаре? — ахнула тетя. — Тебе вызвать техпомощь?
— Нет, всё уже в порядке, мне повезло,— в его голосе почувствовалась улыбка. — Тут остановился один мужчина. Сказал, что его зовут Люк. У него с собой были инструменты, и он помог мне всё починить.
- Почему так неуверенно говоришь? – спросила тетя.
- Странноватый он немного. Я его немного опасаюсь... не знаю, почему. Ладно, передай маме, что я поеду дальше и буду ждать их в следующем городке.
Женщина выдохнула с облегчением. В 1985 году взаимовыручка на дорогах считалась нормой. Водители часто останавливались, чтобы помочь застрявшим путникам. Поблагодарив небеса за доброго самаритянина по имени Люк, тетя передала информацию Сильвии.
Мать Дэвида, добравшись до условленного места встречи, спокойно сняла гостиничный номер и стала ждать сына. Но наступил вечер. Затем глубокая, холодная ночь. Бордовый мотоцикл её сына так и не появился на парковке мотеля.
На следующий день, осознав, что сын так и не приехал, а ведь он никогда не нарушал договоренностей и не мог просто уехать по своим делам, Сильвия обратилась в полицию Вайоминга.
Искать одинокого мотоциклиста на трансамериканской магистрали — задача невероятно сложная из-за сотни съездов, грунтовых дорог и пыльных стоянок. Однако вскоре местный житель, проезжавший по глухой проселочной дороге неподалеку от форта Бриджер (в нескольких десятках миль от Эванстона, откуда звонил Дэвид), заметил странную картину.
На обочине, аккуратно поставленный на подножку, стоял темно-бордовый мотоцикл.
"Где мой сын?"
Следователь, вызвавший Сильвию на опознание находки, встретил её у дверей полицейского участка. Мужчина выглядел озадаченным, вертя в руках связку ключей.
— Миссис Лавли, мы осмотрели мотоцикл. Это машина вашего сына, — детектив говорил тихо, тщательно подбирая слова. — Но картина крайне нестандартная. Бак наполовину полон. Шины целы. Никаких следов аварии, столкновения или скольжения на асфальте не обнаружено. Но самого Дэвида нигде нет.
— Что это значит? Вы хотите сказать, что он ушел в пустыню? — Сильвия побледнела, её пальцы нервно сжали край сумочки.
— Мы не знаем, мэм. Но, странно другое. Ключи торчали прямо в замке зажигания. А шлем лежал рядом. Никаких следов борьбы на земле вокруг мы не обнаружили.
Дэвид боготворил свой мотоцикл. Оставить ключи в замке зажигания на безлюдной дороге — это поступок, абсолютно противоречащий психологии 19-летнего парня. Он бы скорее забрал ключи и пошел пешком до ближайшей заправки, если бы машина снова сломалась.
Торчащие ключи означали только одно: Дэвид планировал отойти от мотоцикла буквально на пару минут. Или же он покинул это место в такой спешке и под таким психологическим давлением, что мысли о сохранности мотоцикла мгновенно улетучились из его головы.
Полицейские собаки, пущенные по следу, растерянно кружились вокруг байка. Они почуяли запах Дэвида. Он обрывался на трассе.
Это значило только одно: Дэвид Лавли сел в чужой автомобиль.
Внимание полиции мгновенно переключилось на единственный ключ к этой головоломке — на человека по имени Люк.
Кто был этот «добрый самаритянин» с инструментами, починивший байк парня?
Версии
Сыщики начали выстраивать версии.
Первая гласила, что ремонт на трассе был неудачным, и , возможно, спустя несколько десятков миль мотоцикл Дэвида снова заглох. По зловещему стечению обстоятельств тот самый "Люк", ехавший тем же маршрутом, снова нагнал юношу. Видя, что машина окончательно сломалась, он предложил Дэвиду оставить байк на обочине и подвезти его до ближайшего города. Там наверняка есть автосервис и можно привезти оттуда автомехаников к месту поломки.
Дэвид, уже доверявший этому человеку после первой помощи, без колебаний сел в его салон, оставив ключи в замке зажигания для будущих мастеров.
Так себе версия, если честно.
Второе предположение оказалось гораздо мрачнее.
Что, если поломка мотоцикла изначально не была случайностью?
Опытные криминалисты знают, что на транзитных шоссе иногда орудуют люди , которые умеют создавать проблемы для одиноких водителей, чтобы затем выступить в роли спасителя. Вежливый тон, искренняя улыбка, предложенная помощь — идеальная маска, заставляющая жертву забыть о бдительности. Зачем? Чтобы ограбить, увезти куда-то, вымогать деньги у родственников… Да мало ли зачем?
Имя «Люк», переданное по телефону, стало единственной зацепкой.
Полиция Вайоминга проверяла автомастерские, опрашивала дальнобойщиков и работников придорожных закусочных. Но о человеке с таким именем, владеющем инструментами и путешествующем по трассе, никто не слышал.
Скорее всего, это было вымышленное имя, и полиция просто искала иголку в стоге сена среди тысяч транзитных пассажиров.
Дэвида Лавли никогда не нашли.
С того знойного августа прошло уже почти сорок лет.
Как же уязвимо наше доверие! Мы учим детей не разговаривать с незнакомцами в темных переулках, но иногда угроза может осуществиться и днем, на трассе, полной машин.
Удастся ли когда-либо разгадать эту головоломку, покажет время... А, может, и нет…
Как думаете, друзья?