Жанна примерно через день ходила на крайнюю улицу за молоком к одной из местных женщин. Бабушка Вера предпочитала домашнее молоко, а в остальном была неприхотлива, обузой внучкам не была. Много чего делала по дому, готовила теперь только она, учила и Жанну разным хитростям. Полина отбрыкивалась и отказывалась чему-либо учиться у старших.
- Придёт время – научусь. Но я вам не служанка! – вредничала она.
За молоком, если уж некому было и отправляли Полю, уходила и терялась на несколько часов. У женщины – молочницы Жанна познакомилась с городской девчонкой – своей ровесницей. Отправили белокурую бестию в наказание к тёте в посёлок. Оля ни с кем из местных не общалась и не стремилась, но с Жанной нашла общий язык. Частенько городская гостья провожала её до самого дома. Звала к себе, и, иногда девчонок можно было видеть на лавочке болтающих о чём-то своём, смеющимися.
- Я с парнем начала встречаться, он папе не понравился. «Слишком взрослый для тебя» - сказали родители. Ему 20 уже, мне 17. А у тебя есть парень? — спрашивала Оля у Жанны.
- Нет.
- А этот, который подвозил тебя на машине.
- Мы друзья.
- Симпатичный у тебя друг, - застенчиво улыбалась Оля. – Познакомишь меня с ним? А то надоело тут – ничего интересного. На дискотеке была, - Оля насмешливо смотрела на Жанну, - так тупо всё. У нас давно так не танцуют. Короче, познакомь меня с ним…
- Нет.
- Почему?
- Он не захочет.
- Познакомь, как со своей подругой. Сложно, что ли?
- Он не будет…
- Да что не будет? – смеялась Оля над деревенской простотой. Она девчонка модная, высокая, волосы всегда распущены, шорты короткие, топы ещё короче – в городе это нормально. И здесь никто ей не посмеет что-то сказать. Хотя Жанне Алибек дважды прямо уже сказал: «девушке неприлично так одеваться». Жанна посмеялась над ним, в шутку сказала, что он не у себя на усадьбе или в республике. В ответ Алибек попросил меньше общаться с городской девицей. Жанна попросила не командовать ею, они ведь просто друзья.
Лично познакомился Алибек с городской девчонкой спонтанно и очень вовремя. Он вступился за неё на сельской дискотеке, хотя городская была виновата, нагрубила местному пареньку, но Алибек всё равно встал на защиту девушки. Довёз домой на крайнюю улицу, попросил не показываться больше в клубе и около бани, в следующий раз его может и не оказаться рядом.
- А ты крутой здесь, - подхалимничала Оля, стараясь понравиться молодому человеку, - тебя боятся.
- Знают.
- Тогда, может, вместе будем на в вашем клубе зажигать? - строила глазки Оля.
Алибек хмурился, видно было даже в полутьме под фонарём около дома Ольги. Прямо девушке он не отказал, но дал понять, что ведёт она себя неприлично. А дома девчонке от тёти влетело, за то, что с нерусским связалась.
- Скорее всего, за мной приедут в самое ближайшее время, - откровенничала Оля, когда Жанна пришла за молоком к ним. – Нагорело мне от тётушки за твоего Алибека.
Жанна покраснела.
- Родителям позвонила. Заберут меня. И слава богу, - радовалась городская девица.
Они шли по дороге не спеша, у Оли бейсболка на голове, длинные волосы до поясницы прикрывают голую спину, спереди топ чуть длиннее, сегодня она в юбке, но тоже очень короткой. У Оли красивая фигура, ростом она выше среднего, как Жанна, лицом не очень привлекательна из-за широких скул и узкого подбородка. Городская подружка не раз отчитывала Жанну за её простецкие платья, конские хвосты на затылке, объясняла, что в городе давно так не ходят. Пыталась привить сельской ровеснице чувство стиля и вкуса, но за три недели, что она в посёлке, ей не удалось поменять ничего. Разве что внести смуту на сельской дискотеке среди мальчишек, но не из-за симпатии к ней, скорее, наоборот.
- Ты запиши мой адрес и телефон. Меня стопудова больше сюда не отправят.
Про себя Жанна подумала: вот и хорошо. Но так тоскливо стало на душе. Оля не знала историю её семьи, тётка, видимо, ей не рассказала, раз она никак не выдала себя и не спросила ничего об этом ни разу. Оля много рассказывала о своём городе, о городских друзьях, как они проводят там время, не то что здесь. О больших магазинах, клубах, настоящих, ночных, не таких, как здесь. Кафетериях, парках, об институте, куда собирается поступать.
- Сама я не поступлю – бюджет мне не вытянуть. А вот коммерция… родители не допустят, чтобы я осталась без вышки. А приезжай к нам через годик, будем вместе учиться в вузе. Там столько специальностей, найдёшь свою.
Жанна уклончиво пообещала приехать на день открытых дверей на следующий год.
- И просто так приезжай! Тебе ведь не у кого отпрашиваться.
Жанна остановилась и внимательно посмотрела на Олю. Всё она, оказывается, знала, как же – такая выдающаяся семейка, но городской нахалке хватило чувства такта никогда об этом не спрашивать и не упоминать. Оля уехала на следующий день. Когда Жанна пришла за молоком к её тёте, та передала ей записку.
«… я больше, чем уверена, ты мне не напишешь. Ты в обиде на меня из-за своего приятеля Алибека. Он оказался ещё большим занудой, чем все остальные в вашем посёлке, — строит из себя праведника. Думаю, вы даже не целовались ещё.
Отвечай на мои письма, я буду писать, пока не ответишь. И приезжайте вдвоём, одну он тебя всё равно не отпустит.»
Записка была чуть длиннее, в расчёте на то, что её прочтёт и тётя, наверное, она прочла, потому что никакого конверта или пакета не было, просто сложенный пополам листок. Женщина странно смотрела на Жанну, передавая послание от племянницы, но по обыкновению вежливо молчала.
Так, у Жанны появилась настоящая подруга. Никой вуз ей не светил, и думать нельзя об этом – у неё Полина и бабушка, но переписываться девочки не переставали долгие годы. В учебное заведение, где получит специальность Оля Жанна обязательно приедет через несколько лет, но не для себя. Подруга во многом ей поможет и будет поддерживать. В чём-то так никогда и не поймёт. Где-то пострадает от собственной преданности и доброты, но не откажется от подруги, не предаст.
***
- Уехала твоя городская подруга? – спросил Алибек у Жанны, несколько дней спустя. Он видел, Жанна немного грустит.
- Уехала. Я снова одна… - опустив голову, перебирая тонкие пальцы, ответила Жанна.
- У тебя есть я.
Жанна помрачнела ещё больше и усмехнулась.
- Тебя непременно женят на своей или ты сам выберешь себе жену.
Алибек смотрел через стекло в темноту ночи. Они почти каждый вечер теперь виделись. Сидели в машине часами прямо около двухэтажки или во дворе, чуть дальше детской площадки у гаражей.
- Я заберу документы из школы. Нашла курсы в городе.
- Я буду тебя возить.
- Не думаю, что ты сможешь каждый день.
- Я постараюсь.
Жанна вздохнула и положила ему голову на плечо, а он не смел к ней прикоснуться. Берёг, не умел, или не смел, так дорога она ему была, может, не хотел обидеть. Он будет оставаться ей другом, пока она сама не захочет иначе.
- Через год найду там работу, мне будет 18. Мы не можем жить на одну бабушкину пенсию всегда.
В сентябре Жанна не села за парту вместе со своими одноклассниками, она забрала свои документы. Завуч и директор школы уговаривали её доучиться, она ведь умная, аттестат выйдет без троек – поступай потом куда хочешь! На бюджет можно пробовать. Педагоги больше переживали, что с Полиной не справятся девочка ещё больше распоясается, но Жанна убедила их, Полина будет учиться, а за её дисциплиной они с бабушкой будут строго следить.
Жанна поступила на курсы парикмахера, но через месяц поняла, стрижки — это не её. Да и деньги просить у бабушки на ножницы, расчёски, фен и прочее ей просто стыдно, курсы и так платные. Она бросила их. Нашла курсы бухгалтера-кассира в другом месте. В центре, куда она обратилась обещали помочь с практикой в дальнейшем с трудоустройством поэтому цена выше, чем везде. Девчонку – простушку обманули. После оплаты курсов ей пообещали позвонить, сообщить о начале обучения, когда наберётся группа, но никто ей не перезвонил. Жанна попробовала второй раз, и у неё получилось только уже на вечерние курсы. На последний автобус домой она не успевала, Алибек забирал её каждый вечер из города зимою в лютый мороз и вьюги; весной, когда всё цвело и птицы разливались трелями. Жанна пыталась найти работу в городе, совмещать с учёбой на курсах. Хотя бы на рынке или полы мыть где угодно, но никто не брал несовершеннолетнюю девчонку с районной пропиской, которая могла работать всего несколько часов в день. Жанна не расстраивалась, деньги у неё ещё были из тех, что добрые люди собрали после похорон её отца. Но деньги таяли в городе быстрее, чем грязный снег на тротуарах в оттепель. Принимать от Алибека помощь она отказывалась, он и так много для них делает. Самое важное, незримо, ненавязчиво приглядывает за Полиной. Он по-прежнему заезжает в школу, чтобы девочка понимала: она под присмотром, даже когда старшая сестра в городе.
Книги автора: "Из одной деревни" и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
В один прекрасный майский день Алибек заехал за Жанной, чтобы отвезти на автобусную остановку, ей к двум надо быть на курсах в городе. Парень заехал намного раньше, чтобы постоять на остановке, пообщаться с ней, послушать, как она без умолку рассказывает о программе, в которой будет работать, а она непременно найдёт работу – сразу же! Как только получит сертификат об окончании. Осталось чуть-чуть! До дня рождения ещё ближе. Жанна бегом спустилась в подъезд, поздоровалась с соседями на скамейке пробегая мимо них и села в машину.
- Ты рано сегодня, - смеялась она.
- Так вышло, - пробурчал он, заводя машину, - постоим на остановке.
У Жанны не просто хорошее – игривое настроение. Полина уже пришла, а значит, можно быть спокойной, что ничего не случится пока старшая сестра не вернётся. Бабушка хорошо себя чувствует, не жаловалась сегодня ни на что, как обычно. Почтальонка принесла ей вчера не только пенсию, но и хорошие новости: немного надбавили пенсию. Тётя Клава заходила к ней уже сутра, они сразу подружились с Верой Павловной. Привыкли потихоньку все во втором подъезде, что Денис не возвращается вечером с работы с сумкой через плечо, угрюмый всегда, сквозь зубы здоровающийся. О Наталье вспоминали ещё реже, как будто она умерла раньше мужа. От неё до сих пор ни ответа, ни привета.
Алибек и Жанна выехали на Ломоносова со двора двухэтажки, Жанне сразу показалось, что она увидела знакомую фигуру или силуэт у двора Анаидисов.
- Не спеши, пожалуйста, - попросила она, когда Алибек прибавил скорость. Он замедлил ход, Жанна уставилась в окно, проезжая мимо двора когда-то лучших друзей их семьи.
Калитка у них открыта. Облокотившись на трубу, на которой держалась тяжёлая калитка с вензелями, стоял… Демис… Демис Анаидис. Жанна едва не закричала, чтобы Алибек остановился. Но сосед стоял спиной, и она передумала, потому что к калитке через двор шла Агата – хозяйка дома. Ничего хорошего не выражало её лицо, мужчина, кажется, курил, стоя к ней лицом, а она терпеть этого не могла.
- Фух, - выдохнула Жанна и стала обмахивать себя рукою, когда они уже были за несколько домов от прекрасного коттеджа соседей. Демис Анаидис никогда не курил - это не он. – Показалось.
- Не показалось, - хладнокровно ответил Алибек. – Я думал, тебе уже донесли. Пока ждал тебя у подъезда об этом только и говорили.
- О чём?!
- Он вернулся.
Жанна не решалась спросить ещё.
- Ваш сосед – грек вернулся. Вроде бы несколько дней назад. Я видел его в посёлке вчера на новой машине.
- А мама? – сорвалось у неё с губ, она не могла справиться с накатывающим всё больше и больше волнением, но постаралась, видя, как Алибек только плечами пожал. – Что за машина?
- Иномарка какая-то, я не разглядывал, - глядя в открытое окно, вперёд, на приборную панель, куда угодно, только не на Жанну. – Дорогая.
Вместо того чтобы болтать, ожидая битый час автобус на остановке оба молчали, пялясь на дорогу.
- Завтра зайду к ним, спрошу о маме, - смело заявила Жанна, а у самой каждый нерв в организме дрожал. – Прогонят так прогонят.
Алибек молча вертел головой по сторонам.
- А может, она где-то рядом… в городе, например. Алибек, как ты думаешь? Не молчи, - требовала Жанна, - что ты молчишь? Она просто боится… думает, папа… Она просто не знает, - сбивчиво, словно в горячке тараторила она. – Алибек! Ну повернись же, скажи что-нибудь!
- Я не знаю! Что мне ещё сказать, - не сдержался и он, повысив чуть голос.
Её автобус подъезжал. Жанна вышла, хлопнув дверью так будто Алибек виноват, что их сосед вернулся, а её мать – нет. Завтра она непременно сходит к соседям, пусть даже на неё всех собак с улицы спустят или сами набросятся, но она выяснит, где её мама, что с ней.
продолжение __________________