Этим летом во всех штатах Новой Англии был небывалый урожай вишни. Я преподавал в Бостонском университете — русский язык и русскую классическую литературу. Часов у меня было немного, я недавно окончательно переехал в США, взял кучу кредитов и отчаянно нуждался в деньгах.
Поэтому, когда мне предложили заниматься языками — английским и русским (отец Леночки непременно хотел, чтобы его дочь была билингва) — с семилетней Леночкой Петровой, дочерью бывшего российского чиновника, обвиняемого в России в получении взятки, который благоразумно успел скрыться в Америке, я тут же согласился. Оплата была более чем достойной.
Леночка производила странное впечатление. Во-первых, у неё были вишнёвые глаза. Не карие, не чёрные, а именно вишнёвые. Кроме того, казалось, что от ребёнка постоянно пахнет спелой сладкой вишней. Этот запах сначала казался мне странным, но потом я списал его как раз на фантастический урожай этой ягоды. В тот июль казалось, что вишней пропах весь город.
Во-вторых, Леночка с одной стороны выглядела на свои семь лет, и была обычной русской девочкой, слегка избалованной, как все дети, родившиеся в привилегированных семьях, слегка капризной, но при этом бесконечно милой,но иногда она меня пугала своим несоразмерным возрасту интеллектом и способностями. Уже через пару уроков она начала щебетать на языке Шекспира довольно бойко.
Вообще, иногда она мне казалась не ребёнком, а взрослой женщиной — со своими слишком здравыми рассуждениями, которые она выдавала совершенно взрослым языком. Я этот момент её вишнёвые глаза делались чёрными, и иногда мне даже казалось на секунду-другую, что в них нет радужки, а одни лишь огромные, во все глаза — зрачки.
Внезапно, но не более чем на минуту, её девчачий звонкий голос сменялся глубоком контральто, как будто со мной говорила взрослая, умудрённая жизненным опытом женщина, а иногда её голос... становился почти что мужским, с хрипотцой, и я почему-то тут же себе представлял голос российского актёра Владимира Ерёмина, который постоянно озвучивает Аль Пачино.
А однажды... Леночка заговорила не по-русски, не по-английски, а на совершенно непонятном мне языке, по звукам — очень древним, вероятно исчезнувшем, возможно аккадском или шумерском.
Было ли мне тревожно? Да, но не настолько, чтобы отказываться от сотни долларов за час....
Читать полностью, бесплатно: