История России – штука очень насыщенная. Каждый день – юбилей какого-то события. В феврале я совсем упустил на канале тему 165летия отмены крепостного права. А месяцем ранее «стукнуло» 145 лет убийству Александра II. События эти, без преувеличения, являются поворотными для жизни нашей страны и тесно связана с явлением народников, которых еще потом путают с народовольцами. Самое время рассказать об этом феномене подробнее, тем более что история XX века и Октябрьская революция очень тесно с ним связано. А партия социалистов-революционеров, прямой конкурент большевиков за власть – так вообще была идейной их наследницей, но обо всем подробнее ниже.
Боевое начало
Начало народнического движения связывают с возникновением революционной организации «Народная расправа», основанной Сергеем Нечаевым, и убийство им студента Ивана Иванова в ноябре 1869 года - это точка, от которой отстраивается народническое движение в 1870-х. Нечаев сформировал централизованную законспирированную структуру, члены которой должны были ему беспрекословно подчиняться, создал «Катехизис революционера» - целое руководство даже не к действию, а к всем сторонам жизни тех, кто хотел эту самую жизнь положить на благо народа и России. Сам создатель делал все, чтобы создать впечатление массовости, хотя сама по себе «Народная расправа» была весьма малочисленна. Революционеров быстро раскрыли, а судебный процесс произвел на публику шокирующее впечатление: выявленные в ходе разбирательств факты привели к тому, что молодые люди, в начале 1870-х грезившие революцией, теперь боялись стать новыми нечаевцами.
В дальнейшем разразились громкие скандалы с изгнанием из революционных кружков тех, кого подозревали в желании «генеральствовать», то есть повторить путь Нечаева. Поэтому, во-первых желающие исправить текущее положение вещей в государстве отвернулись на время от радикальных идей, а во-вторых ушли от мысли создать строгую и жесткую организацию с вожаком. С 1870 по 1876 год в народническом движении преобладает, как ее называют современные историки, «кружковщина», поэтому первая более менее стройная организация народников возникла в 1876-м, это была «Земля и воля». Все, что существовало до этого - между «Народной расправой» и «Землей и волей», - «кружки по интересам», вполне с виду безобидные собрания юношей и девушек, которые объединялись в группу, чтобы что-то обсуждать, читать литературу, обмениваться мнениями, спорить. В кружках не было устава, программы, и, как правило, они назывались по фамилии одного из своих участников, например, «чайковцы». Имя они свои получили по фамилии случайного участника сообщества Николая Чайковского, абсолютно случайного участника таких сборищ. В Петербурге существовало около 20 кружков, в Москве - 10. В каждый из них входили от 5 до 30 человек. Однако довольно быстро самим участникам обсуждений стало понятно, что кроме слов надо что-то и делать. Делать в сторону угнетенного класса, крестьянства, а точнее – вернуть ему долг, за его ужасное положение. Сотни юношей и девушек направили стопы в деревни, на помощь к крестьянам.
Многие образованные юноши или девушки в то время полагали, что блага их семей были обеспечены за счет страданий миллионов русских крестьян. И вот наконец пришло время («неправильное освобождение сверху» крестьян в 1861 году, безусловно, стало толчком для таких размышлений), когда узкая элитарная группа должна отдать все, что было «взято взаймы». Потому нельзя спокойно есть, спать, хорошо одеваться тем, кто имеет такую возможность, кто имеет образование и доход, пока есть миллионы страдающих. Участник «хождения в народ» Николай Чарушин в воспоминаниях так описал настроение молодежи в 1873-1874 годах: «Всех охватила нетерпеливая жажда отрешиться от старого мира и раствориться в народной стихии во имя ее освобождения. Люди безгранично верили в свою великую миссию, и оспаривать эту веру было бесполезно». Интересно, что подобные взгляды могли разделять представители самых разных сословий: и кающийся в грехах своих предков дворянин, и разночинец или семинарист, выходцы как из богатых, так и из бедных семей. Яркий пример – будущая казненная революционерка-террористка Софья Перовская родилась в дворянской семье, но обостренное чувство совести не давало ей просто пользоваться благами своего происхождения.
Чаяния народников – не чаяния народа
Вообще, первоначально «народниками» называли людей, которые, переодевшись в крестьянскую одежду, исповедовали довольно радикальные взгляды, считая что тем соотносят себя с чаяниями угнетенного народа. Позже во время «хождения в народ», понятия стало общеупотребительным. Движение не было однородным, идея среди его участников порой разнились очень существенно. Можно выделить три течения. Петр Лавров и его единомышленники выступали за то, чтобы революцию перенести на неопределенный срок, а здесь и сейчас заниматься самообразованием и только после идти в народ и учить его. То есть, по сути остановиться на тех же «кружках». Михаил Бакунин и его последователи считали, что народ задавлен гнетом царизма, стоит лишь дать ему искру - и возгорится революционное пламя в деревне. Следовательно, нужно идти в народ, чтобы искру эту там высечь. Треть с лидером Петром Ткачевым говорил о том, что нужно создать централизованную организацию, которая смогла бы подготовить заговор для свержения действующего режима и захватить власть. В этом смысле он был последователем французского революционера-теоретика Луи Огюста Бланки, поэтому еще часто можно услышать о том, что «ткачевцы – русские бланкисты». Бакинские идеив первую очередь привлекали молодых людей. В 18-20 лет все мечтают одной пламенной речью повести за собой в светлое горящее революционное будущее массы. А затем через полгода наступит социализм и справедливость.
Так или наче, все три течения ошибались, довольно быстро стало понятно, что мирное хождение провалилось. Сама народническая идеология крестьянам была не близка. Крестьянин в слу своей пассионарности и религиозности не был готов даже ругать царя, не то что выступать против него. «Оскорбление величества» было традиционным народным преступлением. Арест за оскорбительные слова или за взятую у случайного молодого человека опасную книжку, как правило, затягивался на месяцы. Даже если юридически он заканчивался для крестьянина «без последствий», в отсутствие кормильца хозяйство приходило в упадок, что грозило голодом всей семье. Следовательно, делали вывод крестьяне, человек, который пропагандирует против царя и несет им такие ощутимые риски, опасен. Да и даже если отклик революционной идеи у крестьянства был, то свое положение после революции они видели так сможем прикупить себе латифундию и пусть на меня наёмные батраки работают. А эти как-то сразу шло вразрез с идеями равенства и социализма на земле.
Террор как выход
В итоге с середины 1870х годов идейные народники стали опять смотреть в сторону идей Нечаева. Беседы с крестьянами уступили место централизованным организациям с уставом, программой, лидерами. Эти структуры переходили на нелегальное положение, чтобы обезопасить себя от арестов. В 1876 году появилась организация «Земля и воля», но в 1879-м она раскололась из-за разногласий о допустимости политических убийств. Противники терроризма создали организацию «Черный передел». Большинство же, пойдя еще дальше и приняв решение о необходимости казни императора Александра II, образовали партию «Народная воля», членов которой стали называть народовольцами. При этом в такой резкой радикализации были виноваты и власти – уж слишком сурово наказывались те, кто просто пришел в деревню и вел беседы о лучшем обществе.
При этом не забываем, что судебные процессы должны были быть гласными. Помимо того что было неясно, по какой статье судить народников за «хождение в народ», возникали сложности и с вещественными доказательствами. Народники приносили крестьянам и вполне легальные книги, например Виктора Гюго. Осудить его не за что, наказать же с точки зрения царизма – надо. В итоге народников начанают ссылать. По итогу таких ссыльных потом не принимают нигде – клеймо преступника. Таких ни в чем не виноватых изгнанников собралось несколько тысяч за неполный десяток лет. К тому же некоторые арестованные годами томились в Петропавловской крепости, в домах предварительного заключения и, находясь в ужасных санитарных условиях, умирали от туберкулеза и прочих болезней. У многих появилось вполне объяснимое чувство, что их несправедливо казнят.
Естественно, что все это не могло не вызвать агрессивную реакцию. Со временем и довольно быстро родилась идея «казни» главного виновника - царя. к этой мысли народники прошли в условиях чинимого против них насилия, помноженных на ощущение личной трагедии несбывшегося идеализма. Итог мы также знаем – Александр II Освободитель был убит 145 лет назад. Однако за этим событием не последовала народная революция, политический переворот, созыв Учредительного собрания с народным представительством и всеобщим избирательным правом. Итогом был разгром организации и казнь ее лидеров Андрея Желябова и Софьи Перовской в апреле 1881 года.
Это был еще не конец народовольцев, оставшиеся более мирные носители данной идеи сформировали «теорию малых дел», которая подразумевала служение народу на местах – работа врачами, агрономами, учителями на селе. Во времена Александра III террор был по большей части задавлен и народническое движение постепенно растворилось в крестьянской массе. Однако с конца ХХ века появляются уже революционные партии, организации с определенным уровнем иерархии, программами и четкой целью. Наследниками народников среди них можно назвать социалистов-революционеров, «эсэров», которые сами себя считали крестьянской партией. Делая ставку на крестьян, а не на рабочих, как марксисты, они имели все шансы на успех в начале XX века. Однако этого не случилось, и это уже тема для отдельной статьи.