Сегодня
6 мин
В этом рассказе по справедливости люди живут: трудовые – в хорошем доме, а в подвале – алкаши, тогда ни у кого никаких дворцов не было, а справедливость была.
Изабелла и Катя
Святочный рассказ
Нет, мать не отдаёт её в роддоме какой-то интеллигентной выдре, у которой умер ребёнок. Хотя уговаривают: и эта интеллигентка, и медики.
Приносит кулёк в подвал и ну воспитывать:
– Я из тебя человека-то сделаю!
Младенец не отвечает.
– Ты у меня будешь хват из хватов!
Ребёнок – в рёв!
– Я те повеньгаю! Не ори!!!
Дочь умолкла.
Надоела медсестра, гадина в белом: «Как так можно, мамаша, имени нет у ребёнка!» «Вали на пень! Как хочу, так и ращу!»
Дни холодные, в окно дует, молодая мама топит печь. Один уголёк падает, пол горит. Мимо – соседка Пантелеймоновна и – раззвонила:
– В дворницкой дым! Но дверь не заперта. Вбегаю: Анька пьяная, дитя чуть не умерло от крика.
*
В доме культуры играют в прятки. У шторы тяжёлой (от пола до потолка) рядом две девочки. Одна полненькая, нарядная; бантики, как две хризантемы:
– Найдут!
– Фигу! – худенькая, голова бритая. – Я каждый уголок знаю. Я не только на «ёлках», я всеми днями тута бегаю. Мы на верхотуру!
– А там... не страшно?
Глядят в чердачное окно:
– Гли-ко, город!
– Как в кино! Но мне пора! Давай обменяемся телефонами. Ты мне – я тебе.
– У меня ...нету-ка.
– Нет телефона?
– Нам приладят, и тогда звони, сколь влезет.
– Ты где? Я тебя ищу! Ой, бантики в паутине! – старшая сестра, тоже нарядная, в очках.
– Там город! Как из космоса. Одна храбрая девочка… Ой, где она?
Но эта храбрая не выходит к ним, твердит за шторой номер телефона, первый в её жизни.
Мама и дядя Валя (жена его опять турнула) дрыхнут. В бутылке немного вина, халк – прямо компот! За шкафом её кроватка, отдана кем-то давно. Ноги не входят. Темновато: на окне фанера (стекло выбито), и днём лампочка. На полу уголь. Кроме хлеба, еды нет. Телефон! Накарябала вчера на стене, возвратившись из Дома Культуры.
У дома горка, катись хоть к «Космосу»! Врачи (у-у, собаки) не велят на лёд, мол, болезнь у неё от холода. Фигу! Шлёпается и мчит прямо на улицу, где трамваи, такси, грузовики.
В кармане рубль мелочью: дядя Валя даёт то деньги, то яблоко, то апельсин. Добрый, но не умеет растить детей. «Будешь моей доченькой? Мои дылды меня матом. Невежливые». «Родных воспитуй, сколь влезет, а моей сама наподдаю!» – ответ мамы. «Я тебя, Анька, уважаю, – говорит дядя Валя. – Мы с тобой пролетарии всех стран».
Тыкает в цифры, руке холодно. Трубки делают изо льда!
– Привет, мы с тобой вчера на «ёлке»!!!
«Привет! Как я рада! Но не надо так громко, у меня слух. В музыкалке твердят: «С такими данными надо много играть!» А в клавире одни диезы и бемоли, – неторопливо и непонятно. – Приходи ко мне. У меня и дома ёлка! Папа привёз из экспедиции. Ты где?»
– В будке! Мы с мамкой из неё с больницей говорили, но дядя Валя не хочет кодироваться.
В телефоне не так радостно:
«А улица какая, где эта будка?»
– Рядом с «Космосом»! У барака под снос!
Удивлённое молчание. А ей ведь холодно: варежки дырявые, ноги в кедах.
«Я живу на проспекте, над гастрономом с колоннами. Со двора первый подъезд, квартира номер пять».
Когда мамка на вокзале шалавилась, они брали там клёвую жратву! Бегом, отогревая руки и ноги!
Утром дедушка, почётный пенсионер, едет на лифте в магазин (молоко, сыр, колбаса, рыбка красная), пакеты тащит домой. Сын геолог, невестка играет в театре, вот и волоки.
– Здрасьте!
– Здравствуй. – В подъезде очки запотели, но в целом видит: – А ты к кому такая?
– Мне в квартиру номер пять!
– К нам?!
Они входят в лифт, едут на третий этаж. Пенсионер, удивлённый и не обрадованный, и она в плаще на летнюю куртку. Интернатское пальто, новёхонькое, толкнула мамка у перехода, в домоуправлении предупредили: «Плати за свет, а то вырубим!»
Неторопливо, обдумывая, дед отпирает обитую бордовой кожей дверь:
– Холодно?
– Околела! – притопывает.
– Ну, входи, коли так… – А что «коли так», не добавляет. – К тебе, Катенька!
– Ой, ты чего так вырядилась? Бабуля, это храбрая девочка Изабелла, имя, как у винограда! Когда мы на юге отдыхаем, там много этого винограда!
– А ты откуда? – Бабка, как врачиха, того гляди, пырнёт иглой.
На пень нужны уколы! В больнице колют и колют, ехидницы! Да лучше сдохнуть.
– Имя мне дала соседка в доме Пантелеймоновна. Маникюршей она. Деньги ей «сверху» под салфетку кладут. Умеют люди за так хапать, это тебе не дворником или уборщицей, как получать, – фига. Когда был пожар и дым у нас с мамкой, она берёт меня, Пантелеймоновна-то, идёт давать имя. У неё много лаков. Я маленькая у неё в комнате ногти мазала, да и рожу! Ха-ха-ха! Я и маленькая была хват хватом!
– А мать, где твоя мать?! – выкрикнула бабушка.
Дед у двери не выпускает кольцо ручки. Наготове бежать за подмогой в квартиру напротив.
– Мамка моя, говорите, где? Они тю-тю с дядей Валей! Поди, у рынка.
Мама и дядя Валя не на работе, будто и у них зимние каникулы.
– Бабуля, дедуля! Мы с ней, – у Кати уже нет восхищения именем, – мы виделись…
– Где!? На катке?! – чуть не в обмороке бабуля. – Пусть отец и мать решат и с катком, и с этикетками!
– Ну, чем плохо коллекционировать этикетки?
– Спички! – напоминает дед. – По вине маленьких озорников наш барак пыхнул – и нет его!
– На улице, что ли? – прерывает бабушка неуместные примеры о бараках.
– Нет! В ДРК!
– На «ёлке»?
– Да.
– В Доме Работников Культуры?
– Да!
– У тебя родители – работники культуры?
– ...рынок, – подсказывает дед.
– И что они делают на рынке?
– Они ночью пойдут на стройку... Знаете, где «Космос»? Наберут побелки, а утром – к рынку, там у ворот продают: тридцать рублей – кучка; покупай да бели, сколь влезет!
– Они работают где-нибудь?
– Мамка метёт улицу, а в ДРК туалеты моет. А дядя Валя – маляр, но то болеет, то пьяный.
– И мама твоя пьёт?
– Ну, дак! Жить хреново, вот и поддаёт.
– Катя, помоги мне!
В кухне бабушка добывает с антресолей пакет:
– Запах трущобы! – тихий шёпот.
– На ёлке она мне ничего не говорила об её родителях! Да и одета была нормально: в школьную форму. И никакого запаха «трущобы» я не почувствовала! У меня насморк!
Полный пакет бабушка отдаёт Изабелле.
– Ты беги… – дед отворяет дверь, с площадки тянет холодом.
Ей неохота уходить: вкусно пахнет, ёлка видна в приоткрытую дверь.
На лестнице ни пылинки, угля, тараканов и окурков тоже нет. «Как в больнице», – думает Изабелла с ненавистью.
Дядя Валя и мама поют:
«Ох, мороз, мороз,
не морозь меня...»
Вытряхивает она на кроватку... Платье почти новое, шапка, ботинки тёплые, великоваты, но толстые тёплые носки! А варежек три пары! Каравай в хрустком полотенце.
– Давай сюда хлеб! – довольна мама. – Озолотилась где-то! Говорю, будешь у меня пройдошной да пронырливой. С каникул не в интернат её, а в больницу опять: какой-то пилонефрит!
– Выпей с нами винца, доченька! За обновки-то и выпей, не ворованные?
– Ты чё, одурел? Моя девка не с ворьём! Наверное, Пантелеймоновна. Она нам чё-нибудь да сбагрит, вон кастрюлю отдала.
Темно. Никого вокруг. Изабелла летает. Пьяновато карабкается на горку. Плюх! На фанерке на своей она перемахнёт и заборы, и крыши, долетит до «Космоса»! В полёт снова и опять, сколь влезет …хват хватом…
Девочке не повезло на родителей, а вот на страну ей повезло: её бесплатно лечат в больнице, и на интернате она живёт лучше, чем с такой мамой. Сильной вырастет боевая девчонка!
.
Ссылка на книгу «25 рассказов»: https://www.litres.ru/tatyana-chekasina/25-rasskazov/
ИНФОРМАЦИЯ в интернете: ТАТЬЯНА ЧЕКАСИНА ПИСАТЕЛЬ (книги; авторские видео:
чтения произведений, монологи, цикл «Тайны мастерства»)
Н А К А Н А Л А Х: Д З Е Н: «Татьяна Чекасина писатель»;
«Литература-вед»:https://dzen.ru/id/6624b223731b000bc09b0a9e?share_to=link
«Советские писатели»: https://dzen.ru/id/6627a955e8204c09edce2a29;
«Музыка на страницах»: https://dzen.ru/id/678f902071feae4844721cf3;
«Супер-чтец»: https://dzen.ru/id/6624f4b7731b000bc0f3e2c0?share_to=link ;
Telegram - К А Н А Л: «Татьяна Чекасина писатель»: https://t.me/+3BdHpLlvvd9kZWMy
«Супер-чтец»: https://t.me/+mHc5DWBVHYw0OTRi;
Р У Т У Б: «Татьяна Чекасина писатель».
В К О Н Т А К Т Е: «Татьяна Чекасина писатель»: https://vk.com/chekasinapisatel
«Ева Патия», https://vk.com/wall890607646_5 «Натали Конюшая»: https://vk.com/feed