Транспортное средство, устройство или просто механизм, созданный, или правильно сказать, построенный в гаражных условиях не всегда является уникальным и технически новым, но отличается оригинальностью. А отсутствие чертежей, технической документации или четкого техзадания устраняют «границы» для создания чего-либо. Очертить эти «границы» может только некий, уже существующий размер неотъемлемой детали или ответной части, под который необходимо подстроиться. Не является исключением постройка лодки. Например, мощность существующего мотора или ширина обязательного груза.
В деревнях, стоящих на реках встречаются очень интересные модели плавсредств. От деревянных классических однотипных, по примеру «как у соседа», до алюминиевых с деревянным каркасом (слеплено из того, что было под рукой). Вот одна из необычных: лодка двоюродного дядюшки, сделанная из дополнительного подвесного авиационного топливного бака (на главном фото). Нос без особых изменений, а к корме раскрытого в ширину и удлиненного листом алюминия с деревянным транцем под мотор. Эта модель отличается какой-то непропорциональностью, но имеет высокие показатели ходимости и остойчивости. И немаловажный фактор - низкий вес лодки, позволяет без труда её перетаскивать через лежащее в воде дерево.
Мое знакомство с моторными лодками началось в далеком детстве. Дядя своими руками выкроил, согнул и склепал из листов алюминия лодку. За «границы» размеров были взяты габариты автомобильного прицепа «Пчелка», для удобства её транспортировки. Если длиной можно было «поиграть», то ширина лодки была четко ограничена шириной межбортового пространства прицепа. Лодка была выкрашена в темно-зеленый цвет. Скамейки, рундук с крышкой. На вид плавсредство получилось, как заводское.
Наступила весна. Пришло время спускать субмарину на воду. Подвесной мотор «Ветерок 8» был отцовский. Поэтому «знакомство» лодки с мотором произошло на берегу реки, перед её первым выходом в плавание. Тут выявилась нестыковка. Толщина транца оказалась на пару мм больше размера струбцин подвески мотора с максимально выкрученными зажимными винтами. Но не отменять ведь поход. Пару ударов обухом топора в нужные места и мотор сел как родной. Загрузились, поехали. Нас было четверо: я с отцом и дядя с сыном. Пошли вверх по течению на случай отказа мотора и беспроблемного скатывания обратно.
Половодная река с черной водой казалось огромным бездонным морем. Мое детское экспертное мнение в области судостроения, ходимости и остойчивости самодельного плавательного средства дало самую высокую оценку. Я был в восторге. Поход, длившийся несколько часов, прошел без инцидентов.
Следующая совместная вылазка была тем же составом летом на рыбалку за судаком на Ладожское озеро. Та же лодка, только мотор «Ветерок» приказал долго жить, поэтому у отцовского товарища был взят в пользование мотор «Прибой». Который запускался на десятый раз и тоже отказал, но примерно в двух километрах от берега. И отец с дядей по очереди выгребали оттуда против ветра, стерев ладони до кровавых мозолей.
Видимо, детская впечатлительность и новизна каких-то, до этого чуждых, действий, оставляет нестираемый отпечаток в памяти, поэтому те картины и ощущения до сих пор хорошо помнятся с настолько точными деталями, что кажется, были вчера.
Очень хорошо помнится, как отец ремонтировал Ветерок, точнее один из моментов ремонта. Мотор был прикручен штатным креплением к тракторному культиватору, стоящему во дворе. При очередном пробном запуске мотора, после многократных безрезультатных действий с карбюратором, мотор, на удивление, запустился. А узел, с одного конца веревки, предназначенной для запуска, закусило в прорези, в специальном лотке на маховике мотора, и веревка опять намоталась на маховик, а привязанная на ней деревянная ручка стала крутиться вокруг маховика с большой скоростью. Пока отец успел присесть, чтобы увернуться, ручка успела ударить два раза, по ребрам и голове. Крови было много. После появились гематомы и синяки.
Следующие походы на Ладогу были с лодками отцовских друзей: «Казанка», «Прогресс» с моторами Ветерок и Меркурий. Помню, как эти советские лодки переносили шторм с метровой волной и порывистым ветром. А особенность Ладожской волны в её длине, она короткая, в плане частоты. Кто понимает, о чем я пишу, тот знает, что короткая волна страшнее длинной: корма еще на волне, а нос уже режет новую. В детстве, видимо, это особо не осознавалось, поэтому и страха не было. Даже разгрузка и погрузка лодки в прицеп, с заездом УАЗика в воду на глубину колес машины по каменистому дну, без какого-либо слипа выглядела очень эффектно в глазах ребенка.
Потом был промежуток времени, в котором самодельная лодка не была задействована. И когда я увидел её снова спустя примерно 25 лет, я очень удивился, насколько она оказалась маленькой. И как мы в ней помещались вчетвером, да еще и с вещами, остается загадкой.
После Ладожских приключений с самодельной алюминиевой лодочкой и мотором «Прибой», в семье появилась небольшая надувная моторная лодка Лидер 280. И четырехтактный пятисильный мотор Тохатсу. Недостатком этого мотора было то, что его можно хранить и перевозить только вертикально. Если для хранения это не проблема, то для транспортировки на легковом автомобиле это не самый удобный вариант. Класть мотор можно только на румпель на короткий промежуток времени, в противном случае масло затекает в камеру сгорания, и мотор сильно дымит некоторое время. Прицепа не было и лодку перевозили спущенную в машине. А мотор ставили вертикально за водительским сиденьем и привязывали к верхней точке крепления ремня безопасности к кузову. После немаленького расхода топлива мотором Ветерок 8, кажущееся преимущество нового мотора в плане экономичности затмевалось неудобством его транспортировки. Но нужно отдать должное лёгкости запуска этого мотора. Два раза подкачки «грушей» и на вытащенном подсосе мотор запускался со второго рывка после года простоя.
После этих «тренировок» с подбором лодки и мотора, в семье появилась корейская надувная лодка Санмарин 380 с алюминиевыми сланями (полом), надувным пауком на носу и тканевым капотом, препятствующим попаданию воды при захлестывании на волнах. На транец повесили пятнадцатисильную двухтактную Ямаху. Пока хватает и лодки и мотора.
Новый мотор также отличается легкостью запуска. После трехлетнего простоя (а такое однажды случилось), мотор запустился на оставшемся в баке старом топливе с третьего рывка. Если бы не отцовский опыт эксплуатации Ветерка и Прибоя, то я, наверное бы, не удивлялся этому.
Вот еще пример лёгкой «запускаемости»: после утренней эксплуатации мотора на весенней охоте оставили его лежа в багажнике машины и вытащили только после обеда. Естественно топливный шланг был отсоединен сразу после утренней остановки двигателя, перед его транспортировкой. И я решил дернуть ручку запуска с большой долей сомнения на положительный результат. Но, к моему удивлению, двигатель запустился. Я тут же заглушил его кнопкой. Получается, мотор отлежал на боку больше шести часов, и бензин никуда не вытек и не испарился с карбюратора!
В заключении скажу, что моторная лодка и открытая вода, в виде рек и озер, дает возможность добраться туда, куда не ведут никакие дороги. Открывая возможность для охоты, рыбалки, сбора грибов и ягод и просто туризма в новых местах.
Поддержать автора: