.
Точного подсчета времени в лагере никто не вел. Дни сливались в один бесконечный поток солнца и пыли, пока прибытие внушительного конвоя не застало обитателей врасплох.
Первым из машины выскочил Маузер. С прытью, неожиданной для его комплекции, он бросился к остановившемуся в центре внедорожнику. Роберт, наблюдая за этой суетой, догадался: прибыл «заказчик». Генерал Басванги вышел из машины с улыбкой, которая одновременно источала дружелюбие. Шерли, обычно такая резкая и уверенная, вдруг сжалась, явно чувствуя себя неуютно.
— Здравствуйте, господин Уайт, — генерал первым протянул руку. — Я могу обращаться к вам «Роберт»?
— Да, конечно. Здравствуйте.
— Басванги. Очень рад знакомству.
Он обвел взглядом лагерь, удовлетворенно кивая:
— Вижу, вам удалось обустроиться. Замечательно. Покажете мне, как вы тут живете?
Роберт провел генерала по лазарету, показывая операционную и палатки. Басванги то и дело вставлял «Да» и «Ок», после чего Маузер за его спиной начинал неистово кивать головой.
— Всё, что я увидел, устраивает меня в полной мере, — заключил генерал. — Вы настоящий профессионал. Господин Вольфовиц был прав. Как вам здесь живется?
— Замечательно. Как в сказке, — ответил Роберт на местном языке.
Занятия с Блэквеллом не прошли даром. Басванги на мгновение замер, а затем расплылся в широкой улыбке и заключил Уайта в объятия.
— Вот теперь я вижу в вас брата! Отдаю вам должное.
Бонгани, державшийся в стороне безмолвной тенью, поймал едва уловимый знак генерала. Басванги что-то шепнул ему на ухо, и проводник мгновенно исчез, словно растворившись в зарослях.
Басванги похвалил Роберта за Мирсу — союзы с местными племенами были ему крайне важны. Он говорил долго: о «справедливой борьбе», о скором прибытии союзников и о том, что Роберт станет тем, кто будет возвращать бойцов в строй. После каждого слова «сражение» и «свобода» Маузер вскидывал свой золотой пистолет и издавал боевой клич, который тут же подхватывали солдаты.
Затем начался пикник. Роберт понял: всё это представление — и речь, и обед — предназначалось для Шерли. После трапезы генерал, не терпящим возражений жестом, увел её в хижину.
Пока Басванги отсутствовал, Маузер успел поблагодарить Роберта за лечение (хотя и не избежал новой порции болезненных процедур для профилактики). Когда генерал появился снова, он передал Роберту желтый пакет. Пакет был ощутимо весомее предыдущего. Уайта ценили.
— Вы стали популярны в округе, Роберт. Хорошо, что вылечили Мирсу, — Басванги стал серьезным. — Но не стоит слишком привлекать внимание к нашему лагерю. Пока. Что еще требуется для завершения?
— Могу я знать, сколько будет пациентов? — прямо спросил Уайт.
— Борьба будет тяжелой. Считайте сами. Вы справитесь.
Роберт вспомнил слова Вольфовица о тридцати кубах воды и дорогу до Мирсу. — Я передам список необходимого, чтобы принять сто человек одновременно. Басванги прищурился, глядя на горизонт.
— Двести.
Вскоре кортеж скрылся в клубах пыли. Блэквелл был воодушевлен — его представили генералу в новом качестве.
Шерли пропустила ужин. Позже вышла из хижины.
— Ключи, — коротко Роберту.
Она направилась к клетке с алкоголем. Ключи она не вернула — просто швырнула их в пыль рядом с открытой дверцей. Блэквелл молча закрыл замок и приволок бутылку.
— За будущего доктора Элизабет Блэквелл, — Роберт хотел приободрить будущего коллегу.
— И за Шерли, — тихо добавил «будущий доктор», глядя в сторону её темной хижины.