Предисловие
Неуёмное любопытство привело меня в архивы Ленинки. Там был обнаружен краткий указатель литературы по специальности «Водолаз». На 15 странице не подлежащей продаже брошюры разместилась ссылка на статью в журнале «Старшина - сержант» №2 за 1963 год. Материал занятный; стремлюсь к тому, чтобы он нашёл свою аудиторию, по этой причине тут и публикую. Шутка ли, 63 года минуло. Погнали, приятного чтения!
С аквалангом подо льдом
Однажды летом я с товарищем был на Белом море. Сквозь прозрачную бледно-голубую воду виднелся загадочный мир. У нас возникло одинаковое желание: а что если проникнуть в это подводное царство! И мы нырнули в Белое море, но… через два года.
За это время мы окончили курсы инструкторов-общественников подводного спорта, овладели легководолазным снаряжением, опускались в Черное, Азовское и Каспийское моря.
Летом 1959 года наша группа москвичей-аквалангистов впервые погружалась в Белом море у Полярного круга. Подводное оснащение группы состояло из двух аппаратов, двух самодельных гидрокостюмов и одного гидрокомбинезона.
Вода на поверхности Кандалакшского залива даже летом не бывает теплее 14°С. А на глубине 10 метров и зимой и летом температура её держится около +4°С. Поэтому при первом погружении мы испытали необычное ощущение: всплываешь с пятнадцатиметровой глубины и кажется, что попал в теплую ванну. Ведь тогда у нас гидрокостюмы были без перчаток и с открытыми шлемами, отчего лицо и кисти рук сильно мерзли. Но ныряли мы охотно. Даже девушки освоили беломорские глубины.
В апреле 1960 года провели первые спуски под лед в Белом море. Гидрокомбинезоны ГК-2 на этот раз были с перчатками, на некоторых из них мы заменили жесткие резиновые боты мягкими чулками, собственноручно склеенными из прорезиненной ткани. Чулки заканчивались тапочками для плавания или двойным слоем материала на подошве. На них легко надевались ласты, да и плавать было удобнее.
Усовершенствовали и рукава комбинезонов. Перчатки крепили к рукавам через пластмассовые или металлические браслеты, надетые на кисти рук (металлические обшивали слоем материи для уменьшения теплопроводности). На браслет сначала натягивали манжет рукава гидрокомбинезона, а потом манжет перчатки. Снаружи это соединение затягивали резиновым жгутом.
Такое крепление оказалось наиболее удобным и надёжным. У легководолаза во время одевания руки были свободны, и он принимал участие в работе до момента натягивания перчаток непосредственно перед спуском.
Кроме того, благодаря браслетам не нарушалось кровоснабжение кистей рук.
Мягкие перчатки (типа анатомических) хорошо подошли для работы с приборами в воде. Сочетание шерстяных перчаток, поддетых под мягкие резиновые, было самым удобным и позволило производить подводные кино- и фотосъёмки. От жестких трехпалых перчаток, пригодных только для тяжелых водолазных работ, мы совсем отказались.
Во время подледных погружений наша группа пользовалась автономными дыхательными аппаратами на сжатом воздухе типа АВМ-1 - «Подводник».
Они работали безотказно.
Однако следует заметить, что соединение мундштучной коробки акваланга с гидрокостюмом ГК-2 при помощи накидной гайки очень неудобно. Если аппарат откажет под водой, его почти невозможно отсоединить от гидрокостюма. Отсутствие же дыхательной трубки у мундштучной коробки сильно затруднит плавание на поверхности в аварийном случае.
Поэтому в шлем одного гидрокостюма вместо очков мы вклеили маску с плоским стеклом-иллюминатором, которое крепилось двумя зажимами. Благодаря такому усовершенствованию лицо полностью закрывалось и в воде не мерзло. В случае же отказа прибора, всплыв на поверхность, аквалангист мог отбросить стекло и плавать или продолжать работу с дыхательной трубкой.
Применив два типа гидрокомбинезонов
- с открытым шлемом (и маской, надеваемой на лицо) и с закрытым шлемом (у которого откидывалось стекло), - мы погружались на
глубину до тридцати метров, не испытывая серьезных затруднений. Однако в гидрокостюме с открытым лицом и одевающейся маской работать в ледяной воде следует только в крайнем случае. Перед погружением нужно смазать вазелином губы и щеки. Это предохранит кожу от обветривания. Мы убедились, что днём подо льдом достаточно светло. Мягкий рассеянный свет, казалось, струился отовсюду. Снизу, из воды были хорошо видны тени наших товарищей на льду, отчетливо слышались их шаги и потрескивание льда. В безоблачный день сквозь трещины солнце опускало в воду голубые завесы. Плывёшь под ледяным покрывалом и вдруг натыкаешься на пелену света.
Обычные меры безопасности не применимы при работах подо льдом. Страховой конец цепляется за лёд и только мешает. Кроме того, страховщик не всегда может находиться близ места погружения. Поэтому мы работали попарно, без страховых концов, внимательно наблюдая друг за другом.
Во время нашего пребывания на Белом море температура воздуха не опускалась ниже четырёх-пяти градусов холода.
Выйдя из воды, мы сначала обтирали легочные автоматы аквалангов, а потом переодевались тут же на льду. При температуре воздуха ниже — 10°С лучше переодеваться в закрытом помещении, куда следует сразу же после выхода из моря относить и аппаратуру. Именно так и поступили научные сотрудники МГУ Савин и Пыркин, когда погружались под лёд вблизи Северного полюса. Из-за низкой температуры воздуха (до - 40°) они были вынуждены ставить палатку прямо над прорубью. Савин и Пыркин одни из первых доказали надежность и безотказность аквалангов АВМ-1 даже в таких суровых условиях.
Наши подлёдные погружения на Белом море еще раз подтвердили, что акваланг в холодной воде работает нормально. А вот гидрокомбинезон ГК-2 для зимних спусков неудобен.
В настоящее время всё шире применяются более удобные гидрокомбинезоны типа ГКП-4. Кроме того, появились новые отечественные гидрокостюмы типа «Садко».
Они при обследовании нами стенки Рижского порта в декабре 1962 года зарекомендовали себя с самой лучшей стороны. Эластичная прорезиненная ткань хорошо облегает тело, шлем имеет закрытую маску с широким обзором, в мягких резиновых перчатках можно выполнять любую работу.
Много мы плавали в 1960 году и без аквалангов у поверхности воды, присоединив к ГК-2 с закрытым шлемом дыхательные трубки. В таком снаряжении легководолаз погружался в ближайшую полынью, подныривая под небольшие льдины. Работая ластами, он пробирался в нужном направлении, ориентируясь по подводному компасу.
Позднее лёд стал рыхлым, появилось много трещин и разводьев. На лодке сквозь такую неразбериху пробираться к месту погружения стало невозможно. Поэтому мы одевались на берегу и шли к чистой воде пешком.
Погружение под лёд мало чем отличается от погружения в холодную воду. В легководолазном снаряжении с аквалангом можно форсировать замёрзшие, но имеющие полыньи и трещины водные преграды, выходить из подводных лодок и танков, оказавшихся подо льдом, подавать помощь утопающим, работать в затопленных шахтах, колодцах и подземных пещерах.
В заключение следует сказать, что несмотря на создание новых образцов гидрокостюмов, наш опыт спусков под лёд и опыт переоборудования снаряжения будет полезен аквалангистам армии и флота, так как позволит использовать существующие костюмы, а также заранее подготовиться к плаванию подо льдом и в холодной воде.
Сотрудник группы подводных исследований Союзморниипроекта
А. Рогов
Использованная литература:
- Журнал Старшина-сержант. «С аквалангом подо льдом», Nº 2, с. 18-19, 1963 г.
- Описание и инструкция по эксплуатации, уходу и хранению гидрокомбинезона ГК-2, с. 5, 1967 г.
- Человек под водой, с. 16, издательство ДОСААФ Москва — 1958 г.