Этим вопросом задается значительная часть объективных аналитиков: не подменил ли Трамп сколько‑нибудь рациональное прогнозирование безудержным авантюризмом? Шумер, лидер демократов в сенате, едва ли не впервые в парламентской практике США открыто обвинил президента страны в безрассудстве. Тем временем никто не оспаривает значения первых с 1979 года переговоров Ирана с США. Но с прогнозами не спешат: сам американский президент то излучает наигранное миролюбие, то заявляет о продолжении войны.
В ходе избирательных кампаний Трамп обыгрывал свою фамилию: trump по‑английски – «козырь». Своим козырем он считал экономическую стабильность. Но цена на золото при нем выросла более чем в три раза. Даже после «американизации» Венесуэлы баррель нефти может подорожать до 700 долларов. Это станет первым пунктом политического приговора Трампу. Слово «импичмент» звучит постоянно. Протестные акции в США проходят во всех 50 штатах. Против войны жестко выступил папа римский, американец по происхождению. А ведь за ним стоят 1,5 миллиарда католиков.
Общий ракурс: США начали эту войну налегке, недооценив перекрытие Ираном Ормузского пролива. Из‑за этого фрахт на танкеры‑газовозы вырос на 600 (!) процентов. Затягивающаяся война представляет опасность прежде всего для Израиля. «Эпическая ярость» может стать фактором консолидации не только исламского мира, но и широкого круга доселе нейтральных сил. Размах и последствия непредсказуемы.
Весь 90‑миллионный Иран не похитишь, как это сделали с Мадуро. Иран стремится поразить объекты, связанные в первую очередь с американскими акционерами. Трамп спешит с Ираном, заглядываясь при этом то на Кубу, то на Гренландию. Его цель – как можно громче встретить ноябрьские выборы в конгресс.
Конспирология во многом подменяет реальную политику. Например, американцы не своего пилота искали в Иране, а готовились к захвату обогащенного урана. Или такое: Иран от ядерного удара спасла либо роза ветров (радиоактивное облако якобы могло достичь Израиля), либо Пакистан, пригрозивший ответным ударом по Тель‑Авиву. Более правдоподобно то, что США и Израиль хотели использовать курдов для бунта в Иране, на что Турция пригрозила выходом из НАТО. В немилость к Трампу попали Франция (она якобы препятствовала пролету американских самолетов, но в Париже это опровергли) и Испания (запретила использование совместных баз для дозаправки самолетов).
Помимо Ближнего Востока мировые медиа уделили внимание пекинской встрече председателя тайваньской партии Гоминьдан (антияпонского в годы Второй мировой союзника компартии) Чжэн Ливэнь с главой Китая Си Цзиньпином. Не исключается сложный торг Вашингтона с Пекином, в том числе при неформальном посредничестве Тайваня. В основе торга – отношения Пекина с Ближним Востоком. Через него пролегает один из двух главных маршрутов китайского стратегического «одного пояса‑пути». На случай провала ожидаемого китайско‑американского саммита Пекин уже обвиняется в готовности передать Тегерану переносные зенитные ракетные комплексы. Ясность внесет одновременно планируемый визит Путина в Китай. В прессе упоминается даже вероятность пекинского саммита КНР – США – РФ. Без Европы.
О выборах в Венгрии. Поражение Орбана в первую очередь углубляет раскол между Европой и США. Как это скажется на нас, пока не очевидно.
Украина нам ближе. Линия фронта та же. ВСУ отступают, но густо минируют оставляемые земли. В центре внимания – территориальный вопрос. Нам предлагают посредничество исключительно спонсоров Киева: чем Брюссель эффективнее, например, Минска, нам не объясняют. За три последних месяца на Украине зарегистрировано более 300 нападений на сотрудников ТЦК (военкоматов). Скрываются от мобилизации более 2 миллионов человек, дезертировали 200 тысяч. Замечен медийный вброс о подспудной заинтересованности Трампа в поражении Европы на Украине. В то же время обеспечение ВСУ – прежде всего космическими технологиями – полностью зависит от США. Еще хуже другое: Европа откровенно готовится к войне с Россией. Что пока? Ярость, в том числе эпическая, рано или поздно иссякнет, а жизнь, слава Богу, продолжается…