Дима стоял на кухне и складывал вещи в рюкзак. Вера увидела это ещё из коридора — открыла дверь, и первое, что бросилось в глаза, — рюкзак на стуле, раскрытый, как пасть, и Димины вещи, которые он запихивал внутрь: футболки, носки, зарядка, наушники. Методично, аккуратно, словно собирался не домой, а в другую жизнь. — Мам, — он обернулся. Лицо — спокойное, решённое. — Я, наверное, завтра поеду. — Подожди. — Мам, мне надо... — Подожди. — Вера закрыла дверь. Сняла куртку. Повесила. И эти простые действия — куртка, крючок, — заняли целую вечность, потому что внутри всё ревело и рвалось, и Вера собирала себя по кускам, как разбитую чашку, и каждый кусок вставала на место медленно, со скрипом. — Сядь. — Зачем? — Потому что я прошу. Сядь. Пожалуйста. Он сел. Не потому что захотел — потому что «пожалуйста» снова сработало, как в тот раз, перед поликлиникой. Волшебное слово, которое Вера не умела говорить и от которого Дима не умел отказываться. Вера села напротив. Стол между ними — узкий, кух
Публикация доступна с подпиской
Истории по главам