Абдулхалек Абдулла — бывший советник президента ОАЭ, влиятельный политолог и комментатор — сделал заявление, которое в дипломатических кругах уже назвали «ближневосточным сюрпризом года».
«ОАЭ больше не нуждаются в защите Америки, поскольку во время иранской агрессии мы доказали, что способны достойно защитить себя. Что нужно ОАЭ, так это приобретать только самое лучшее и новейшее оружие, которое есть у Америки. Поэтому пришло время подумать о закрытии американских баз, поскольку они являются обузой, а не стратегическим активом»
По мнению Абдуллы, Объединённые Арабские Эмираты больше не нуждаются в военной защите Соединённых Штатов. Мало того — американские военные базы на территории страны превратились в «обузу», от которой пора избавляться.
Кто такой Абдулхалек Абдулла?
Это не рядовой блогер. Абдулла — бывший советник президента ОАЭ шейха Халифы бен Заида Аль Нахайяна (ныне покойного), многолетний декан факультета политологии в Университете ОАЭ, автор многочисленных работ по геополитике региона. Его мнение, даже если он сейчас не занимает официальной должности, отражает настроения в высших эшелонах власти Абу-Даби. В ОАЭ подобные публичные высказывания без молчаливого одобрения «наверху» практически невозможны.
На протяжении десятилетий Эмираты были одним из самых верных союзников США в арабском мире. На территории страны расположена ключевая авиабаза Эль-Дафра, откуда американские ВВС наносили удары по Ираку, Сирии, Афганистану и йеменским хуситам. База также служит важным узлом для дозаправки и разведки.
Однако, по словам Абдуллы, недавние события показали: ОАЭ способны защитить себя самостоятельно. Речь идёт об «иранской агрессии» — вероятно, имеются в виду атаки беспилотников и ракет на Абу-Даби, когда эмиратская система ПВО, укомплектованная американскими же комплексами Patriot и THAAD, а также израильскими технологиями, успешно перехватила большую часть угроз. Эмираты доказали: им не нужны иностранные войска на своей земле, чтобы чувствовать себя в безопасности.
«Обуза» — что это значит?
В своём сообщении Абдулла использует сильное слово. Под «обузой» он понимает:
- Политические ограничения: базы привязывают ОАЭ к военным авантюрам США, с которыми Эмираты могут быть не согласны (например, политика Вашингтона в отношении Ирана).
- Уязвимость для ударов: наличие американских объектов делает территорию ОАЭ легитимной целью для врагов США.
- Суверенитет: размещение иностранных войск всегда ущемляет суверенитет страны, пусть даже союзнической.
При этом ОАЭ не собираются рвать отношения с Вашингтоном в сфере вооружений. Наоборот, они хотят покупать самое лучшее и новейшее оружие. То есть: технологии — да, солдаты — нет.
Реакция США и перспективы
В Пентагоне пока хранят молчание. Официально американские базы в ОАЭ — это результат двусторонних соглашений, и вопрос их закрытия требует официального уведомления, а не заявлений бывшего советника президента. Однако эксперты уже заговорили о тектоническом сдвиге.
«ОАЭ долгое время были младшим партнёром США, который платил за защиту лояльностью, — комментирует Майкл Найтс, аналитик Washington Institute. — Теперь Абу-Даби чувствует себя достаточно сильным, чтобы диктовать условия. Если базы действительно закроют, это станет крупнейшим пересмотром американского военного присутствия в Персидском заливе после ухода из Саудовской Аравии в 2003 году».
Что дальше?
Заявление Абдуллы — не официальная нота. Это зондаж общественного мнения и сигнал Вашингтону: пересматривайте условия сотрудничества, либо мы сами пересмотрим ваше присутствие.
ОАЭ уже давно ведут многовекторную политику: дружат с Китаем (в порту Халифа работает китайская концессия), развивают отношения с Россией (встречи ОПЕК+, инвестиции), нормализовали отношения с Израилем. Американская военная монополия на безопасность Эмиратов уходит в прошлое.
Вопрос теперь в том, как на это отреагирует новая администрация США (в зависимости от исхода выборов) и согласятся ли Эмираты на частичный вывод войск или полный. Одно ясно: эпоха беспрекословного доверия к «американскому зонтику» в регионе завершается. И ОАЭ — не единственная страна, которая это поняла.