Написано для литературного конкурса "На острове Буяне"
15.04.2026
— Капитан, а почему у нас герой куда-то идет всё время?
— Потому что таков путь героя, приключенец! А еще потому, что мы тут с тобой за семь дней примерно накидываем скелет для большой истории. Тексты с тобой останутся навсегда. А это значит, что ты всегда можешь дописать из этого ивента книгу.
Многие так и делают, кстати, да-да.
Тем временем наш с тобой герой, какой бы выбор он ни сделал вчера, дошел до поляны. Если тебе хочется добавить “экшона”, можно в начале сегодняшнего текста описать, как ему пить хотелось или как он врагов сотнями рубил, чтобы к поляне пробраться.
При чём тут жажда? А вот, смотри…
На поляне — старый колодец. Замшелый такой, покосившийся. Сразу видно — заколдованный.
2. Заглядывает туда герой — пить-то хочется, — но видит не своё отражение, а момент из прошлого, который ему стыдно вспоминать.
2.1 Это не обязательно трагедия. Достаточно неловкого случая: обругал того, кто не заслужил, струсил в пустяке, наврал с три короба, украл сушёную рыбу у соседки.
3. Испытание морали в мифологии — важная часть становления личности героя. Поэтому реши, что твой герой делать с этим отражением будет?
4. Кстати, у нас ведь предмет от старухи есть. Может, пришла пора его использовать? Вдруг да поможет?
5. К финалу текста твой герой должен пережить неприятное воспоминание любым способом, который ты придумаешь. Если он у тебя захочет просто засыпать колодец землей, потому что вот настолько ему стыдно, это тоже можно описать.
Ну, а как переживет — пусть дальше идет.
Прим. от Королевы: колодец — тоже архетип.
Модификатор №2 (Свидетель. Появляется третий персонаж — маленький и молчаливый (мышь, воробей, паук на плече, комар, соседский кот). Он ничего не делает, но всё видит. Герой может его игнорировать или обращаться к нему.)
Продолжение...
«Странно... огонь не сжигает палку... может, это потому что она у меня в руке? И как его потушить? Кажется, эта бабулька мне не всё рассказала!»
Она устала бродить по лесу в поисках неизвестно чего и присела на бревно. Рядом с собой она воткнула в землю свой горящий факел, и он не потух. Она бросила грустный взгляд на огонь факела и вслух обронила:
— Кто же я такая?
Огонь разгорелся ярким красным пламенем, и из него вылетел маленький светлячок. Его жопка светилась не как у всех светлячков — зелёным светом, а красно-жёлтым огоньком. И сам он был цвета этого огонька. Сначала он кружил вокруг большого огня, из которого он вылетел, затем принялся кружить вокруг удивлённой девушки. Она не отмахивалась от него, как от назойливой мухи или жалящей осы, а наоборот — пыталась присмотреться, разглядеть в огоньке маленькое живое насекомое. Она понимала, что раз уж огонь — её друг, то и этот маленький светлячок ей вреда не причинит.
Он немного покружил вокруг неё, потом вокруг неё и факела, потом резко сорвался и полетел вдоль тропинки, периодически останавливаясь, как бы зовя девушку за собой. Она вытащила факел из земли и пошла за ним. Этот светлячок не петлял и не путался в тропинках, он вёл её в определённое место, и, похоже, что знал, в какое.
Маленький огненный светлячок привёл девушку на небольшую поляну. На этой поляне летали сотни светлячков разных цветов с разной силой света, и огонёк устремился к ним. Девушка осторожно шагала по светящейся разными цветами поляне и так увлечённо их разглядывала, что не заметила, как огонь на её палке полностью догорел. Маленькие разноцветные светлячки подлетали к ней, как будто изучая её. Вдруг она почувствовала, как в корнях её голубых волос что-то зашевелилось. Она бросила палку и, не успев поднести руку к голове, увидела, как из неё вылетают светлячки такого же голубого цвета, как её волосы. Они светились так сильно, что остальные светлячки на их фоне казались блёклыми и невзрачными. Они поднялись выше над остальными и осветили всю поляну так сильно, что в её центре она увидела какое-то дряхлое деревянное сооружение.
Она подошла к этому строению и увидела, что это был колодец, сделанный из такого же камня, как и печка, и обшитый дряхлыми досками, покосившимися от старости. Маленьких светлячков уже не было видно, то ли из-за того, что голубое облако, летящее над ней, светило в разы сильнее, то ли потому, что они сторонились этого колодца, и лишь огонёк наблюдал за ней издали.
Как только она коснулась одной из досок — они все встрепенулись, и облако голубых светлячков стремительно влетело в этот колодец. Она прислонилась ладонью к той же доске, и колодец снова зашевелился, будто оживая, — все доски становились на свои места, он выпрямлялся, мутные камни становились белее, а из его глубины доносился яркий голубой свет. Девушка наклонилась, чтобы заглянуть внутрь, и на неё хлынул оглушающий поток воды.
— Вставай, дрянь!!!
— Женщина, вы нарушаете покой! Немедленно покиньте палату!
— Это всё она! Это всё из-за неё! Отпустите меня!
Девушка попыталась открыть глаза. Шум в ушах распространялся по всей голове. Мозг пульсировал, как сердце бешеного зверя, загнанного в угол. Она рефлекторно сделала глубокий вдох, втянув в себя весь предназначенный для неё воздух.
— Она в коме уже несколько месяцев! Она физически не могла сделать то, о чём вы говорите! Покиньте палату!
— Да вы посмотрите! Она не спит! Она симулирует! Она убила моего сына!!!
Мышцы не слушаются — лежат мёртвым грузом. Распахнув веки, она увидела, как огромный санитар силой выводит из палаты какую-то истеричку — женщину средних лет, невысокого роста, с чёрными волосами средней длины и вытянутой формой лица. Она лежит на больничной койке, накрытая лёгким белым одеялом, из-под которого торчат какие-то трубки. Много трубок.
— Ты меня слышишь? Ты меня понимаешь? — обратился к ней доктор.
Девушка в ответ, соглашаясь, покачала головой.
— Эта безумная женщина — мать Гриши из соседней палаты. Ты помнишь Гришу?
В этот раз она покачала головой с отрицательной подачей.
— Вы с ним подружились перед тем, как ты впала в кому. Он шёл на выздоровление и внезапно умер. А ей какая-то гадалка сказала, что это ты утащила его в воду. Никак не может смириться со своей утратой. Совсем уже крыша у неё поехала.
Девушка молча слушает доктора, старательно пытаясь расшевелить атрофированные конечности.
— Кстати, эта гадалка называла тебя каким-то странным именем... Родослава. И говорила, что видела тебя с длинными голубыми волосами.
Девушка приложила все свои усилия, чтобы повернуть голову и посмотреть в маленькое зеркальце, стоящее на тумбочке. Отражение показало ей бледное лицо с потухшим взглядом и без единой волосинки, но с трубками, торчащими из носа и рта. В этот момент в палату зашёл невысокого роста мужичок:
— Доктор! У меня опять не работает отопитель! И выдайте мне уже наконец новую рубаху! Мне ходить не в чем! Хоть говном обмазывайся и ходи так! Ну в самом-то деле! Доктор!
Она услышала голос Теплодара Дымоходыча и, как только повернула голову в изначальное положение, почувствовала сильное жжение в шейном позвонке. От боли она закрыла глаза, и огонёк оторвал её за шею от колодца. Как только она его отпустила — он вновь стал дряхлым и безжизненным. Девушка лежала на траве, наблюдая за кружащим над нею огоньком.
— Родослава... Ну теперь я хоть знаю, как меня зовут...
