Парадокс Ремарка в том, что его вселенная держится не на войне, а на человеческих чувствах, отравленных войной.
Собрали подборку книг в духе Ремарка. Здесь нет прямых стилистических клонов или спекуляции на военной тематике. Здесь собраны романы, в которых время действует как кислота, разъедающая надежду, но оставляющая нетронутым достоинство одиночек. Каждая из этих книг — о том, как выжить в условиях, когда мир сошел с ума.
Джеймс Джонс — «Отныне и вовек»
Если «На Западном фронте» — это окопы Первой мировой, то монументальный роман Джонса — это гавайские казармы накануне Перл-Харбора. Но по сути — это тот же самый «потерянный рай» для мужчин в погонах. В центре — рядовой Пруитт, упрямый гордец и идеалист, вступивший в безнадежную схватку с армейской Системой. Здесь та же ремарковская двойственность: с одной стороны — грубая, физиологичная правда солдатского быта, с другой — щемящая нежность к шлюхам из публичного дома и верность товарищам. Это книга о том, что такое настоящий характер, когда у тебя отобрали всё, кроме умения играть на трубе «Блюз одиночества».
Луи-Фердинанд Селин — «Путешествие на край ночи»
Это книга-разрыв. Ее сложно читать после Ремарка, но именно она показывает, откуда у того растут корни литературной честности. Селин убирает из прозы «Трех товарищей» весь романтический флёр и оставляет голую, воющую бездну. Если герои Ремарка пьют, чтобы забыть ужас, то герой Селина (Бардамю) пьет, потому что мир — это бесконечное, вонючее недоразумение. Это Первая мировая глазами труса и дезертира, затем — африканские колонии и заводской конвейер в Детройте. Язык Селина — это крик, но в этом крике слышна та же правда об одиночестве маленького человека, которую так ценил и Ремарк. Только без сантиментов. Совсем.
Ромен Гари — «Обещание на рассвете»
Ромен Гари — это Ремарк, который выжил, но не смолчал. «Обещание на рассвете» — автобиография, которая читается как лучший авантюрный роман. В чем сходство? В той самой «безнадежной любви» к жизни, за которую платят сполна. Только у Ремарка в центре — мужская дружба и женщина, а у Гари — довлеющая, безумная, великая любовь матери к сыну. Это история бедного эмигранта (русского происхождения), который становится французским летчиком и писателем только ради того, чтобы оправдать безумные амбиции матери. Вкус абсента на Ниццком побережье, война, голод и величие духа — тот самый ремарковский коктейль, только приготовленный на французской кухне.
Читайте также: 7 книг, чтобы успокоить чувства и раскрыть эмоциональный интеллект
Джон Стейнбек — «Консервный ряд»
«Но здесь же нет войны!» — возразите вы. Формально — да. Действие происходит в сонном калифорнийском Монтерее среди бродяг, проституток и биологов-неудачников. Но это и есть та самая мирная жизнь, о которой мечтали герои «Трех товарищей» и которую они так и не смогли построить. Стейнбек пишет о людях, которых общество списало со счетов, но которые умеют радоваться лунному свету, украденной лягушке для опытов и кувшину дешевого вина. В этом романе слышен тот же тихий гуманизм, что и в коротких диалогах у стойки бара у Ремарка. Это лекарство от отчаяния, прописанное самым простым языком. Прочитайте — и поймете, почему потерянное поколение иногда смотрело на звезды с надеждой.
Купить постер с обложки: 667333922 (Озон). Не реклама, просто так.