Утро третьего дня началось со звонка гида. Максим бодрым голосом сообщил, что если я хочу первой выбрать место в минивэне, то должна быть готова к восьми утра. Я включила режим «вжух» и в 8.00 стою на пороге в предвкушении приключений.
Гид оказался пунктуальным и очень общительным. Правда, сначала он принял меня за сумасшедшую, которая приехала на север в весенней курточке, и сразу же позвонил своим друзьям, коллегам, наверное даже знакомым знакомых — с просьбой захватить для меня тёплую одежду. Спасибо ему за это. Итак, семейная пара пожилых, мама с дочкой и китаец были благополучно загружены в машину. И мы поехали.
Сначала мне дико не хватало руля и педалей, потому что машина оказалась праворульной. Максим заметил мои странные движения, особенно ногами и вежливо поинтересовался: непривычно, наверное, сидеть на месте водителя просто так и не управлять машиной. «Да, чувак, - сказала я. — Это действительно так».
Первая остановка — Ветровики. Место, где начинается тундра. Надо сказать, что я не читала программу тура. Мне хотелось, чтобы всё это было спонтанно и неожиданно. Поэтому, естественно, я офигела. Я думаю: «Тундра? Да ладно?» Я вышла из машины, и пронизывающий ветер мгновенно напомнил мне, где я нахожусь. Бесконечная белая пустыня простирающаяся до горизонта. Она вызвала во мне ощущение, что я — песчинка. Маленькая, хрупкая, совершенно не приспособленная к жизни здесь песчинка. Но при этом очень живая. Это чувство трудно описать словами, что-то вроде, смеси дикого восторга, страха и невозможности осознать происходящее. Щипаю себя за руку. Всё настоящее. Ветер есть. Снег есть. Я есть. А недалеко китаец позирует на фоне ветровиков.
Едем дальше и оказываемся на острове погибших кораблей. Нет, им не по сто лет. Они достаточно молодые, но морской климат беспощаден.
Только железный скелет напоминает о том, что это судно когда-то ходило в море, перевозило грузы, возможно и людей. Здесь смеялись матросы на палубе, рассказывая байки о море. А теперь тут стоит ржавый остов и чайки сидят на нём как хозяева. Красиво и грустно одновременно.
Следующий пункт — дегустация морских ежей, выловленных прямо из Баренцева моря. Я до этого никогда их не ела. Что-то слышала краем уха об их существовании, но не подозревала, как они выглядят. Нет, честно, мне раньше казалось, что это шарики с иголками, которые странные люди — любители острых ощущений и едят ради прикола. Я думала, что это какой-то гастрономический экстрим для мазохистов. Но гид настоял. Сказал: «Ты в Арктике, детка, расслабься.» И что я скажу — это было обаденно вкусно!!! Честно! Я даже не знала, что морепродукты могут быть настолько вкусными. Что-то невероятное — солёное, свежее, прямо пахнет океаном, и этот вкус взрывается во рту как маленький северный фейерверк. Я чуть язык не проглотила.
И да, на этой точке мне наконец-то привезли тёплую одежду, и не страшно, что тулуп оказался пятьдесят шестого размера, зато в нем было очень тепло.
И вот наконец-то мы в Териберке. И чем ближе мы подходили к океану, тем больше я думала: «Когда же я проснусь и этот сон закончится?» Но нет. Он не заканчивался. Я начала осознавать реальность. Я на краю земли. Передо мной только море, за ним — бескрайний океан и Северный полюс. И это не сон. Это реальность. И тут у меня потекли слёзы по щекам. Максим тревожно спросил, всё ли хорошо. Я шепчу, что всё прекрасно. Это слёзы радости, чувак. Синие волны бьются о камни, которые здесь называют драконьими яйцами.
Они такие гладкие, огромные, будто гигантские рептилии отложили их миллионы лет назад и уползли в море. Вода насыщенного синего цвета, которого я никогда раньше не видела. Красотища невыносимая. Боже, у меня опять текут слёзы.
Максим предлагает идти дальше. На горе виднеется крест.
Дорога, говорит, займёт два часа. Все отказываются. Кроме меня и китайца, который ничего не понимает и просто идёт за гидом. Надо сказать, китаец был в неплохой физической форме. Я — не очень. Первые пятнадцать минут горизонтального подъёма прошли нормально.
А потом начался вертикальный. Непростой. И вот уже в моей голове проснулись мысли: «А действительно ли мне надо было наверх? А действительно ли я не переоценила себя и свои физические данные?» Но, посмотрев сзади на китайца, который держался очень даже бодрячком, я подумала: «Ну нет, Россия не ударит в грязь лицом». И молча поползла наверх.
Вот он, крест. И вид на море. Я перевожу дух, и тут Максим кричит: «Киты! Киты!» Нет, выпрыгивающего из воды кита, как в соцсетях, конечно, не было. Были просто спины. И пока я дрожащими руками вытаскивала телефон, они уплыли. Уплыли, представляете? Я стояла с телефоном наперевес и смотрела вслед. Классика.
Максим предложил идти вглубь, к водопаду. Китаец, который грустно смотрел в сторону обратной дороги, внезапно начал демонстрацию кунг-фу. Прямо на сопке. Мы переглянулись с Максимом. Он говорит: «Интересно, он нам угрожает или что?» Мы лениво похлопали и пошли дальше. Вот и водопад. Гид предлагает спуститься вниз, поближе. Я говорю, что очень боюсь высоты. А он заманивает меня словами: «Отсюда лучший вид». Ну, лучший так лучший. Спустилась. Вид действительно прекрасный.
Вода падает с высоты, разбивается на миллион брызг, и в них сверкает северное солнце. Скалы коричневые, острые. Красота.
Потом Максиму пришла в голову идея перебраться на другую сторону водопада. Непонимающий взгляд китайца, но нет. Сказано — сделано. Какие там виды! Синий океан, птичьи базары, скалы, облепленные чайками, которые орут так, будто им зарплату задерживают и... водопад. И тут мне приходит в голову мысль, что я немедленно должна попить из водопада. Я аккуратно подошла, зачерпнула рукой и выпила. Потом ещё и ещё. Китаец смотрел на меня с ужасом, что-то говорил, махал рукой. Для меня это был просто набор звуков. Я, конечно, по жестам понимала, что он говорит мне: «Не пей, козлёночком станешь». Интересно, есть перевод сказки про Иванушку, который стал козлёночком, в китайской литературе? Но мне было всё равно. Я пила воду из водопада на краю земли и кайфовала.
Обратная дорога заняла час. Но пока мы шли, я чуть не уснула. Просто иду — и засыпаю на ходу. Думаю: «Может, уже началось превращение в козленочка?» Нет, обошлось. Мы благополучно добрались до машины, где нас ждали остальные участники группы. Недопокорители Арктики. Группа ленивцев, которые не захотели идти к кресту. Ну и Бог с ними, им же хуже.
Едем на обед. Максимально сытный и питательный. На первое подали сливочную уху с треской.
Потом салат из ламинарий. И пельмени чёрного цвета из оленины. Чёрные пельмени, вы только вдумайтесь! Китаец сидел рядом и показывал пальцем в мою тарелку, что-то восклицая. Я показала пальцем в его тарелку. Он обиженно отвернулся. Ну а что он хотел? Чтобы я на китайском рассказала ему процесс приготовления пельменей или что?
Выйдя из арктического ресторана, я увидела табличку. «Край земли». Представляете? Я на краю земли. На самом краю земли. Блин, это невероятно. У меня сумасшедший восторг. Дальше мы поехали на берег, где лежит скелет детёныша кита.
Рядом — огромные качели. Максим предложил сделать на них кадр. Я сажусь, и тут он берёт качели, максимально оттягивает их назад и отпускает. Я кричу: «Мы так не договаривалииииииись!» Поздно. Я взмываю в воздух. Мне кажется, мои вопли слышали на другом конце океана. Максим в это время делает сто пятьсот фото и показывает класс. Потом говорит: «Ну вот, отличные снимки получились». Я отвечаю: «Ты бы предупредил». А он: «Тогда бы не получилось естественно». Логика гида — она особенная.
Идём дальше. Перед нами ферма с северными оленями. Можно купить ягель за сто пятьдесят рублей и покормить их. Что я и сделала. Олени бодаются друг с другом, выясняют отношения. А я пытаюсь честно разделить лакомство между ними. Это нелегко, когда у тебя в руках ведёрко ягеля, а вокруг пять лохматых морд с рогами.
Плюс там вдалеке тоже были олени, но они даже не решались подойти ко мне. Жаль. Остались голодные. Потом я пошла к хаски.
На самом деле, я очень боюсь собак, и подойти к ним я не решилась. Пока один не сорвался с цепи и не подошёл ко мне. Ха-ха. Ну, подошёл, обнюхал, я его погладила. Даже пыталась угадать его кличку. Потом пожамкала его бока и отпустила. Он посмотрел на меня, вильнул хвостом и ушёл по своим собачьим делам. А я выдохнула.
Вспомнила, как гид рассказывал про старый корабль на берегу.
Пошла к нему. Иду, собираю ракушки — они тут все какие-то не такие, как в тёплых морях, маленькие, бледные, но я всё равно складываю в карман. И просто умираю от счастья.
Холодный ветер дует в лицо, пытается отобрать мою кепку. В первый раз ему почти удалось это сделать, но сейчас я готова. Тулуп пятьдесят шестого размера прекрасно греет, а капюшон придерживает кепку. В душе — безумная радость и лёгкость.
Ощущение, будто ты растворилась. Будто нет никаких проблем, никаких забот, никаких дел, никаких тревог. Есть только ты, северный ветер, серое небо и бескрайнее море. И это счастье, оно такое огромное, что оно не помещается в груди, распирает изнутри, и хочется то ли смеяться, то ли снова плакать. Я просто стояла и дышала. Дышала этим воздухом, этим моментом, этой жизнью.
А потом начался сильный ливень. Гид поторопил нас, чтобы мы вернулись обратно, потому что погода в тундре непредсказуемая. Он сказал, что может начаться сильный снегопад, и мы можем застрять тут дня на три. Что нас, конечно же, не устраивало. Поэтому мы погрузились в машины — уставшие, счастливые, довольные — и поехали в обратный путь. Я сидела, смотрела в окно на проплывающую тундру, и меня накрывало.
Такое тёплое, огромное чувство, будто я только что прожила маленькую жизнь. Или большой фильм. Или что-то, что останется со мной навсегда.
И в принципе, на этом закончилось моё путешествие в город, о котором впервые я узнала учебнике окружающего мира, когда училась в школе. И для меня это казалось настолько далёким, что сейчас это сопоставимо с другой планетой. То есть я мечтать не могла, что когда-нибудь я окажусь тут. А я оказалась. И не просто оказалась — я прошла по этому краю земли, дышала этим ветром, плакала от счастья, пила воду из водопада, боялась собак, кормила оленей, летала на качелях и чуть не замёрзла в весенней курточке. И знаете что? Я ни капли не жалею. Это было невероятно! Это было страшно, холодно, тяжело, прекрасно, грустно и смешно одновременно. Это была жизнь. Настоящая. Не та, которую смотришь по телевизору или листаешь в телефоне. А та, которую чувствуешь каждой клеткой.
Мурманск, Териберка, Баренцево море — вы теперь часть меня. Спасибо вам!!!