Супруги-мультипликаторы - Майя Бузинова, работавшая, в частности, над фильмами "Варежка", "Приключения барона Мюнхгаузена", "Жила-была курочка" и Иосиф Доукша ( "Почтарская сказка", Дядюшка Ау", "Свинопас", "Соловей") похоронены на Кузьминском кладбище.
К сожалению, день рождения только раз в году... А день смерти – ну, это уже конечно, к счастью - один раз в жизни.
Вдохнула душу в Чебурашку
Кукольная анимация - это не только сами куклы и декорации, но и то, как они двигаются. Все ведь помнят, что анимация в буквальном смысле - это оживление, одухотворение - от латинского anima - душа. В докомпьютерные времена все кадры кукольного мультфильма снимались по отдельности. При этом в каждый следующий кадр вносилось небольшое изменение: чуть левее или правее рука, поворот туловища, появилась улыбка, ресниц, больше наклон головы, движение глаз, взмах ресниц. Когда все это склеивается и запускается на скорости, герои начинают двигаться.
Чебурашку, ставшего не только популярнейшем мультигероем, но и элементом национальной культуры, оживила - научила ходить, говорить, трогательно вздыхать, смотреть сияющим глазами, маршировать, подпрыгивая и помогая себе хвостиком, -- художник-мультипликатор Майя Бузинова.
«Она была летящая»
Ее фамилия стоит первой в титрах художников-мультипликаторов Чебушкариады - «Крокодил Гена» (1969), «Чебурашка» (1971) и «Шапокляк» (1974), не только по алфавиту (дальше следуют Наталья Дабижа, Кирилл Малятнович, Юрий Норштейн, Мария Портная), но и потому, что именно она, Майя Бузинова, вдохнула душу в неуклюжего плюшевого персонажа - то ли зверька, то ли игрушку - сделала его живым, реальным, теплым.
«Вся уникальность, трогательность, беззащитность и нежность этого персонажа -- от нее, от Майечки”, -- отмечал Юрий Норштейн. По его выражению, она освещала студию. «И самое главное – она была летящая… Каждый оставляет свой отпечаток в пространстве не только своим обликом, но главное – тем, ЧТО он делает и КАК он это делает. Так вот, Бузинова Майя была Явлением в работе».
Мценск. Деревня Пахомово
Будущая художница-мультипликатор родилась в 1932. Ее родители познакомились в Москве, куда мама – Евгения Софронова, дочь известного в Орле земского врача Федора Васильевича Софронова, приехала, чтобы поступить в педагогическое училище.
У Майи были брат Геля и сестра Мира.
- Летом 1941 года, в самом начале войны, погиб наш отец - попал под локомотив-тягач на станции Мценск, - рассказывала Майя Николаевна в 2019 году в интервью журналисту «Люберецкой газеты» Богдану Колесникову. – Когда начались обстрелы, мы прятались в землянке – узкой щели, которую папа успел вырыть во дворе и накрыть деревянным настилом. Вскоре в дом попала бомба, пришлось искать новое жилье. После долгих мытарств обосновались в деревне Пахомово, недалеко от Мценска. Жили в квартире при школе, где работала мама.
Эхо «Бубнового валета»
В конце 1940-х Майя уехала в Москву и поступила в художественно-промышленное училище имени М.И. Калинина, на живописно-декоративное отделение.
Выбор был неслучайным. В Москве, на улице Мясковского (Большой Афанасьевский переулок) жила тетя, младшая сестра матери, художница-авангардист Антонина Фёдоровна Софронова.
Она окончила студию живописи и рисования Ильи Машкова, еще до революции участвовала в выставках группы «Бубновый валет» и объединения «Мир искусства», а после революции – группы «Тринадцать», дружила с Татьяной Мавриной и художником Николаем Кузьминым.
«Фазовки у меня получались легко и быстро»
Дипломной работой Майи стала хохломская роспись - деревянная ваза.
- На постоянную работу сразу устроиться не удалось, первое время занималась оформлением выставок, - вспоминала Майя Николаевна. - Однако вскоре друзья предложили вместе с ними показаться на «Союзмультфильм» - при студии в то время действовали курсы фазовщиков. И меня приняли.
Фазовщик – от слова фаза – специализация художника-мультипликатора, который работает над фазами - промежуточными точками в движении персонажа-куклы, когда та меняет положение и позу, идет, бежит, прыгает, говорит.
Майя училась у художника-мультипликатора Владимира Пекаря, в будущем - постановщика мультфильмов «Умка» (1969), «Почтовая рыбка» (1976), «Василиса Прекрасная (1977), «Баба-яга против» (1979-1980).
- Поскольку рисовала я хорошо, фазовки у меня получались легко и быстро, - рассказывала художница. - Он стал давать мне более серьёзные работы, и я справлялась на ура. Поэтому меня довольно быстро приняли на работу на «Союзмультфильм».
«Он пошел меня провожать»
Здесь же, на «Союзмультфильме» - произошла встреча, определившая всю дальнейшую судьбу Майи.
«Как обычно на рабочем месте я занималась своим делом, ни на кого внимания не обращала, но чувствовала, что на меня время от времени поглядывает молодой человек, - вспоминала Майя Николаевна. - Ну, я тоже - для приличия- пару раз на него взглянула. Вскоре мы познакомились. Это был мультипликатор Иосиф Доукша. Два дня мы с ним пообщались, а уже на третий он пошёл меня провожать. С тех пор мы с ним не расставались».
Первой картиной, над которой Майя и Иосиф работали вместе, стал рисованный «Дракон» (1961) по сказкам Бирмы и Вьетнама. Вторым - сатирический «На чистую воду» - про директора фабрики, сбрасывавшей отходы в реку, который оказался на дне, на речном суде, и держал ответ перед рыбами, которых эти выбросы отравляли.
Потом были « Фунтик и огурцы» по рассказам Николая Носова (1961 год), «Королева зубная щетка» (1962), «Странички календаря» (1967).
«Страна Оркестрия»
В 1964 году Бузинова и Доукша сделали свой первый кукольный фильм – и одновременно первый музыкальный мультфильм для взрослых «Страна Оркестрия» - о том, как жители музыкального города – виолончель , тромбон, скрипка – обсмеяли и выгнали устроивших дебош гастролеров – чуждых Черную гитару, Саксофон и Барабан. . Бюджет студии был ограничен, и для изготовления игровых персонажей иной раз использовался подручный материал: лоскуты, кусочки меха, кожи, пояски, ремешки, пуговки, бусинки.
«Мы с ней по-настоящему познакомились, когда она пришла на кукольную студию, к нам на Спасопесковский переулок, вместе с Доукшей, - вспоминал Юрий Норштейн. - Он нависал над ней, и странным образом был в какой-то гармонии, несмотря на то, что он был неподвижен рядом с её лёгкостью. Они были замечательной парой, что и говорить, но, при этом Майя была женщиной летящей, она была всё равно главной в этом дуэте, и это обозначалось и в форме работы, и в том, как вообще она подходила к открытию художественной задачи. В общем, она являла собой цельный художественный инструмент".
И еще о легкости Майи Бузиновой и ощущении полета, которое рождалось рядом с ней.
«Я… видел абсолютно очаровательную женщину, которая не шла, а летала, летела она, - приводит свидетельства Юрия Норштейна историк анимации Георгий Бородин. - Почти не касалась земли, что-то было в ней абсолютно неземное. Она ни на кого не обращала внимания, у неё было лицо самостоятельной женщины. А когда я услышал её разговор, вот это её палатальное «р» - такое перекатывающее, когда нет твёрдого звука, оно придавало её облику какой-то дополнительный совершенно чудный смысл".
Дискретность движения
В 1967 году Майя Бузинова участвовала в создании фильма «Варежка» - о том, как девочка хотела собаку, а строгая и поглощенная собой мама – в одной руке сигарета, в другой - книжка – не разрешает. Тогда девочка воображает, что ее варежка превратилась в симпатичного маленького щенка. «Удивление и восхищение проявилось, когда она работала на «Варежке»., - рассказывал Юрий Норштейн.- Безусловно, она в группе мультипликаторов была лидер, это не оспаривается, по-моему, никем. Она делала главные сцены, важнейшей из которых был эпизод, когда девочка варежку укладывает на коврик, пододвигает блюдечко с молоком и варежку кладёт на край блюдечка, а потом берёт на руки и начинает её гладить. Это был абсолютный шедевр, который можно показывать на любых конкурсах, в любых школах, он везде будет вызывать одно только восхищение. Вот что такое Майечка для меня… Я обожал смотреть ее сцены и удивлялся, как они проработаны по дискретности движения».
«Невозможно было сказать, кто же он такой»
Через несколько лет творческая бригада «Варежки» встретилась на новом проекте – мультфильме по повести Эдуарда Успенского «Крокодил Гена и его друзья».
Привычный облик Чебурашки, сделавший его любимым персонажем миллионов, символом Олимпиады, брендом множества товаров и героем сиквелов и киноверсий, сложился не сразу. В книжке как сказано? «У меня, когда я был маленьким, было три любимых игрушки: громадный резиновый крокодил по имени Гена, маленькая пластмассовая кукла Галя и неуклюжий плюшевый зверёк со странным названием — Чебурашка. Его сделали на игрушечной фабрике, но сделали так плохо, что невозможно было сказать, кто же он такой: заяц, собака, кошка или вообще австралийский кенгуру? Глаза у него были большие и жёлтые, как у филина, голова круглая, заячья, а хвост коротенький и пушистый, такой, какой бывает обычно у маленьких медвежат. Мои родители утверждали, что Чебурашка — это неизвестный науке зверь, который водится в жарких тропических лесах».
От Мики-Мауса к локаторам
Первый иллюстратор повести, художник Валерий Алфеевский так его и изобразил: хвост от медвежонка, лапки, как рисуют крыс, голова как у Микки-Мауса, держит зернышко, как белка.
В диафильме художника Бориса Степанцева (1969) Чебурашка стал мохнатым, у него вырос кошачий хвост, укоротились лапки, уши стали похожи на кроличьи и между ними появилось что-то вроде лохматой макушки.
«Два флага его души»
В набросках к мультфильму неизвестный науке зверь сначала ходил на длинных ножках.
Убрать колени и икры и оставить только ступни предложила Майя Бузинова.
"Она повертела в руках Чебурашку, и сказала: «Ты знаешь, мультипликаторам с куклой работать будет не очень легко, а что если вообще убрать ножки и оставить только ступни?" - вспоминал художник-постановщик Леонид Аронович Шварцман в интервью Ларисе Малюковой, которая написала книгу «Леонид Шварцман. Образ мастера».
Мультипликаторы поддержали это рационалистическое предложение. - "Директор нашего объединения Иосиф Боярский был в обмороке. Многое из уже сделанного пришлось переделывать, мы могли выбиться из графика работы. Тем не менее, мы решились. Походка Чебурашки стала еще больше малышовая, неуклюжая».
Но в итоговом варианте, после того как фильм был отмонтирован, Чебурашка стал двигаться легко и быстро, почти скользить – то как будто на цыпочках, то пришлепывая ступнями. От этого стал еще милее, появилась стремительность и целеустремленность.
«Когда я стал рисовать Чебурашку, я сделал глаза не зелеными, а большими черными. И вмиг они стали глазами удивленного маленького ребенка, а не филина, - вспоминал художник. Ушки вначале рисовал, как положено: «ушки на макушке». Нормальные такие ушки, как у любого зверенка. Но постепенно они начали по ходу работы увеличиваться и сползать по сторонам головы, как у человека. … Уши росли от эскиза к эскизу постепенно, пока не превратились в два флага его души. Был у него еще медвежий хвостик, который мы сильно уменьшили. Все это был такой живой, неописуемый процесс, в котором, казалось, и сам Чебурашка принимал активнейшее участие».
Старуха Шапокляк
Удавались Майе Николаевне и отрицательные образы. В 1974 году в мультфильме «Крокодил Гена» она одушевила антагониста главных героев - старуху Шапокляк. Юрий Норштейн в беседе с Георгием Бородиным восхищался тем, как сделан этот образ – его сущность видна уже при первом появлении этого персонажа, по походке и песенке: «Как остро снимала, как она синкопы движений держала! А какое острое движение, и в движении растворена музыкальность! Она могла в компоновках нарисовать движение, и это было бы безупречно точно».
В начале 1970-х Майю Бузинову – вместе с Леонидом Шварцманом, Эдуардом Успенским и режиссером фильма выдвигали на Государственную премию за создание образа Чебурашки. Но не сложилось.
Куклы – живые
В 1977 году Майя Бузинова и Иосиф Доукша ушли из «Союзмультфильма» на телевидение, на студию «Мульттелефильм». Их режиссерским дебютом стала «Почтарская сказка» по Карелу Чапеку – история о том, что происходит на почте ночью, когда она заперта, все служащие ушли. Откуда не возьмись появляются маленькие человечки - почтовые домовые. Сначала они доделывают незаконченную работу, исправляют ошибки почтальонов и приемщиков посылок, а потом садятся играть в карты письмами и открытками.
Киноведы считают, что именно на этом фильме родилась собственная анимация Бузиновой и Доукши, где главное - добиться впечатления, что куклы – живые, что они играют, как настоящие актеры
В 1978-м, на следующий год после «Почтарской сказки» вышел мультфильм «Дядюшка Ау». Затем началась эпоха литературных сказок «Свинопас» (1980), «Палле один на свете» (1981), «Хитрая сказка, или Упрямый лисёнок» (1982), «Маленький Рыжик» (1982) и далее - как по часам «Хочу Луну» (1984), «Голубая стрела» (1985), «Новоселье у Братца Кролика» (1986), «Белая цапля» (1987), «Домовой и хозяйка» (1988), «Новое платье короля» (1990).
Подарок японского императора
Всего Майя Бузинова и Иосиф Доукша сняли около 60 мультфильмов.
Последним стал «Соловей» 1991 года. Андерсеновский мотив о том, что лучше - живой соловей – с прекрасным голосом, но невзрачный на вид - или механический, красивый и блестящий – получает новое развитие. Китайский император у себя в покоях с восторгом и слезами на глазах слушает живого китайского Соловья, принесенного ему из соседнего леса. Птица сидит в золотой клетке, каждый день его выпускают полетать на привязи – к лапке привязана ленточка.
Соловью все это не очень нравится, но он продолжает услаждать слух своего императора. Через некоторое время во дворец приносят подарок из Японии: сосед - японский император - вручает нашему, китайскому, механического соловья, сверкающего золотом и драгоценными камнями. Он поет, когда его заведут ключом.
Императору это пение тоже нравится, и он просит, чтобы две птицы спели дуэтом. Настоящий соловей отказывается, отвязывается с ленточки и улетает. Император кричит ему вслед, что издает указ об изгнании упрямой птицы из страны, придворные его поддерживают: гораздо лучше Соловей механический, потому что все его песни известны заранее.
Проходит еще како-то время. Механический соловей ломается – лопнула пружинка, починить нельзя. Наш император заболевает, он задыхается, к нему является Смерть. А вместе с ней -- толпа ужасных, галдящих и завывающих призраков – это результаты неправедных дел императора и его несправедливых решений. «Музыку! Музыку!», - кричит Император, чтобы заглушить их голоса. «Поздно, поздно, - возражает Смерть. – Там, где я - только тишина кладбищ». Но вдруг за окном раздается пение Живого соловья. Он прилетел, чтобы спасти Императора . Смерть отступает. Выздоровевший и помолодевший Император встает, чтобы справедливо и праведно вершить государственные дела.
В 1992 году Иосиф Осипович заболел – тяжелая форма диабета. Майе Николаевне было 62 года. «Наверно, я могла бы продолжать работать, но без Оси это было совсем уже не то», - отвечала она на вопрос о новых фильмах и творческих планах на протяжении последних тридцати лет жизни.