Как в Мальцеве новые михрютки поселились
Шло время, все ближе срок родов Дезабелл. Михрютки волновались: кошка молодая, неопытная, одни глупости в голове:
– И как я буду детей воспитывать в этой глуши? – причитала Дезабелл. – Ни телевизора, ни общества приличного. Какое я им образование дам?
– Ты роди сначала, – ворчал Алефаль. – Воспитаем. Общество ей подавай! А мы что, тебе не общество?
В общем, много было переживаний и хлопот, но закончилось все благополучно: на свет появились четыре котенка: черный, дымчатый и два полосатеньких.
И за всей этой суетой Алефаль с Элизелем чуть было не пропустили одно чрезвычайное событие. Однажды вечером пришли к ним соседи и говорят:
– Собирайтесь, завтра в гости поедем в Мальцево, мы уже с мышами договорились.
– А к кому же это в гости в Мальцево? – удивились михрютки. – Там же никто не живет!
– Эх вы, совсем от жизни оторвались со своей кошкой! Там опять Хозяин с Хозяйкой поселились и михрюток с собой привезли. Зовут их Михрей и Ряпа.
На заре собрались михрютки, поехали. Приезжие им стол накрыли. Некоторын кушанья михрютки впервые пробовали: семечки черные, а раскусишь – там белые зернышки, вкусные. Очень Элизелю понравились.
– Это подсолнухи, – сказал Ряпа. – Кушайте на здоровье.
Хорошие новые михрютки, приветливые, хлебосольные. Мастью малость потемнее здешних, и говорят немного не так, но все понятно. Приехали они из дальних солнечных краев, из города. Ряпе не очень хотелось оттуда уезжать, но делать нечего. Но Михрей его ободрял:
– Ничего, не трусь! Не пропадем.
И видно по нему было – с таким точно не пропадешь.
– Хозяин-то наш поездил по белому свету, – рассказывали новые михрютки. – Служба у него была такая. Теперь на пенсию вышел, решил в деревне пожить. Сам-то он тоже из деревни, только от нее совсем ничего не осталось, вот он сюда и приехал.
Много всего Михрей с Ряпой рассказали – и чего они в жизни не навидались! Уже совсем поздно вечером вернулись михрютки домой. Элизель всю дорогу вздыхал:
– Ах, как и мне хотелось бы попутешествовать!
– Иди себе знай! – ворчал Алефаль. – Путешественник нашелся!
А самому тоже страшно хотелось мир повидать.
Как Михрей трактор изобрел
Прошло лето, осень на пороге. Котята подросли, уже сами ловить мышей пытаются. Давно ли Элизель им колыбельную пел:
Ходит котик по лавочке,
Водит кошку за лапочки.
Топы-топы по лавочке,
Цапы-цапы за лапочки.
А теперь шустрые такие, ловкие. Разыграются – не остановишь, того гляди с ног собьют. Котята первые это известие и принесли:
– Мальцевский Михрей трактор изобрел!
Потом и соседи подтвердили: правда, трактор. Алефаль никак верить не хотел:
– Какой-такой трактор? Да из чего он его смастерил?
Элизель не выдержал, отправился вместе с леди Дезабелл посмотреть. Вернулся и рассказал:
– И правда – трактор! Тут колесики вертятся, тут дым идет, весь сверкает и блестит, Рюта его начистил. Михрей руль вертит – едет трактор, фырчит. Где хочешь, проедет, что хочешь, повезет. Ах! Чудо, как хорош!
Все равно Алефаль не верит:
– Да что ты в тракторах понимаешь? Разахался тут! Чудо, как хорош! Чего он там изобрести мог? Да не верю, и все.
А сам про себя решил тоже что-нибудь изобрести. И вот, смотрит Элизель – Алефаль все что-то мастерит, деревяшечки собирает, обстругивает. Долго трудился, никому не показывал. Только к следующему лету вывел свою машину на свет божий.
– Это что ж такое? – удивился Элизель.
– Автомобиль это! – гордо ответил Алефаль.
Автомобиль деревянный, колеса тоже деревянные – все деревянное без единого гвоздика, а кузов из бересты сплетен.
– А ездить-то он может? – поинтересовалась леди Дезабелл.
– Еще как!
Уселся Алефаль и поехал, да так быстро! Ничего не фырчит, дым не идет – знай себе едет по дорожке. Элизель и кошка с котятами следом бегут, михрютки издали удивляются. Ехал-ехал, а потом дорожка вниз пошла, под уклон. Так и въехал автомобиль Алефаля в канавку, а обратно никак не выберется. Автомобиль-то был на ножной тяге: педали крутишь, он и едет. А в канавке застрял.
И пришлось михрюткам Михрея из Мальцева вызывать, чтобы он алефалевский автомобиль своим трактором вытащил. Трактор-то у него сильный, из железок собран, на навозном топливе – 20 мышиных сил. Михрею-то что – тросом зацепил и вытянул, а Алефаль после этого две недели с Элизелем не разговаривал: «Это ты во всем виноват!» Но потом ничего, отошел и машину свою усовершенствовал, и даже Элизеля на ней катал – по ровным, конечно, дорожкам.
История старика Мухоморкина или как Алефаль в чашку с брагой свалился
А один раз вот что произошло. Пошел Элизель на речку постирать кое-что. Вдруг прибегает котенок и кричит, запыхавшись:
– Скорей, скорей! Алефаль утонул!
Ничего Элизель не понял, но быстренько домой побежал, подумав:
– Неужели он в колодец свалился?
Прибежал, а Алефаль уже дома – мокрый весь, какой-то вонью пропахший и ужасно злой. Оказывается, пошел он к Мухоморкину посмотреть, как его хозяева гуляют – к ним как раз гости приехали. Пока он собирался, самое гулянье уже кончилось, остался только стол неубранный. Ну, Алефаль с Мухоморкиным и полезли поглядеть, а там и попробовать. Правда, пробовать почти нечего было: хозяева все сами слопали. И подначил Мухоморкин Алефаля в чашку заглянуть:
– Посмотри, какая там вкусность!
Алефаль стал смотреть и как-то вдруг в эту чашку и свалился. А в ней никакая не вкусность, а брага оказалась. Алефаль стал барахтаться, а вылезти никак не может. Мухоморкин же, подлец, только хохочет. Не иначе, как он сам Алефаля и подтолкнул. Тут леди Дезабелл шум услыхала, пришла, чашку опрокинула и Алефаля спасла. Ужаснулся Элизель и потащил Алефаля скорей на речку – отмываться. Целый час Алефаль отмокал, а потом Элизель его чаем отпаивал. Но все равно от него еще целую неделю запах браги чувствовался и злобность не проходила.
Михрютки – они человеческих пьяных напитков не понимают, потому что потом у них потом голова сильно болит и черножелчие одолевает. Ежели какой михрютка много этой браги употребит, запросто может весь озлобиться и в черную крысу превратиться. А для веселья у михрюток собственное удовольствие есть: чай пить из разных травок и листиков. И вкусно, и полезно. Потому и живут михрютки так долго.
Но и среди михрюток свои пьяницы попадаются, редко, правда. Вот дед Мухоморкин, к примеру. Смолоду он ничего был – михрютка как михрютка. А потом пристрастился мухоморную настойку употреблять, отсюда и прозвище свое получил. Так со временем и совсем обмухоморился: зеленым мхом порос, чумазый ходит и песни поет. Да и не песни вовсе, так, бормотуха какая-то. Ничего в жизни его не интересует, только пакости разные михрюткам учиняет. Так и живет, в ус не дует. Хотел его Алефаль побить за вредность, но потом пожалел:
– Ну его, убогого. Пальцем ткнешь, он и развалится.
И Элизель Алефаля одобрил:
– Правильно, нечего с этим шелапутом связываться.
Как у Алефаля с Элизелем Хозяин появился, а потом и Хозяйка
Однажды поздним летним вечером, когда Элизель с Алефалем уже спать улеглись, раздались вдруг совершенно неожиданные и удивительные звуки – шаги над головой! Кто-то ходил в пустом доме, хлопал дверьми и чем-то грохотал. Михрютки малость струсили, но все же пошли посмотреть, кто там ходит. И видят: вселился в дом Хозяин – такой высокий, бородатый, представительный. Обрадовались михрютки. Но Хозяин недолго пожил: починил кое-что в доме, свет провел, замки повесил и уехал. Но михрютки спокойны: замки повесил – значит, вернется!
И точно, через некоторое время вернулся Хозяин и симпатичную голубоглазую Хозяйку с собой привез. И пошла в доме чистка и мойка, уборка и перестановка. Из заброшенных домов натащили они всякой мебели и утвари: лавки, сундуки, шкаф посудный и даже самовар. Занавесочки разные появились, половички – красота. И такими вкусностями по дому запахло, каких давно уже михрютки не пробовали и не нюхали. Особенно им Хозяйка приглянулась – все время она чем-то занята: то шьет, то стирает, то готовит, то прибирает. И так все ловко и весело у нее выходит.
Хозяин – тот, конечно, тоже без дела не сидел: за водой ходил, ремонт всякий производил для пользы дома. Но так резко все делал, чуть что – ругается, прямо как сам Алефаль. Ну, и за грибами Хозяева, конечно, ходили, за ягодами. На речку опять же. А иной раз возьмет Хозяин табуреточку и ящичек светлый полированный, да идет в поле или к реке. Сядет на табуреточку, ящичек раскроет и что-то интересное делает. Пошли михрютки посмотреть, а он на маленькой картонке целый луг изобразил! И речку, и лес дальний, и закат над лесом! Так михрюткам эта картинка понравилась, что они с тех пор стали за Хозяином следить: как он ящичек берет с табуреточкой, михрютки за ним. Он себе рисует, они себе любуются. И так однажды увлеклись, что Хозяин их заметил:
– О! – говорит. – Смотри-ка – михрютки!
Струсили Элизель с Алефалем и бежать скорей. А Хозяин домой вернулся и Хозяйке рассказал:
– Ты знаешь, я сегодня михрюток видел!
– Да? А какие они – михрютки?
– Смешные такие, забавные. Я думаю, ты их тоже скоро увидишь. Вот, смотри – я их зарисовал быстренько.
– Ой, милые какие! Я с ними хочу дружить!
Слушают михрютки, удивляются: как это так – люди городские, приезжие, а про михрюток знают? Странно…
Как Алефаль с Элизелем свой портрет получили или почему михрюткам нельзя смотреться в зеркало
Люди обычно михрюток не замечают: смотрят, но не видят. Особенно мужчины, те только спьяну могут увидеть, да и то думают, что им мерещится. Женщины – те обычно за мышь принимают и визжать начинают. Вот дети всегда михрюток видят, но взрослые им все равно не верят, да и михрютки стараются детворе на глаза не попадаться: поймать могут, повредить что-нибудь. Поэтому Алефаль с Элизелем и удивились, что Хозяин их заметил. А еще очень интересно было на свое изображение посмотреть – как это их Хозяин нарисовал?
И вот как-то, когда Хозяева в лес ушли, вылезли михрютки на экскурсию. Сначала дом осмотрели – чисто, красиво стало! Потом конфету съели, она как будто нарочно для них лежала. А потом стали свой портрет искать. Долго искали, наконец, увидели: на стене картонка висит, а на ней Элизель и Алефаль как есть похожи! То есть, конечно, Алефаль Элизеля сразу узнал, а Элизель – Алефаля. А каждый сам себя ни за что не признает: нет, я не такой! И так они заспорили – Алефаль ругается, Элизель плачет – и не заметили, как Хозяева домой вернулись. Подошла к ним Хозяйка и говорит:
– Михрютки! Ой, михрютки! Что это вы, милые мои, развоевались, а?
А михрютки так разошлись, что даже и не испугались – стали ей на портрет и друг на друга жаловаться. Засмеялась Хозяйка и пальцем их по головам погладила:
– Экие вы смешные! Ничего, я вас сейчас утешу.
И дала им каждому по шоколадной конфете. Успокоились михрютки, бумажками шуршат, щечки набили – кушают.
– Неужели вы себя никогда не видели? – спросила Хозяйка.
– Нет! – ответили михрютки. – Где ж нам увидеть? Так, только друг на друга смотрим.
– А я вам зеркало подарю, – предложила Хозяйка.
– Нет, нет, что ты! Нам зеркало никак нельзя! – испугались михрютки.
– Почему же это?
– Мы от него умереть можем!
– Ладно, тогда я сама вас нарисую – такой портрет, как вы хотите. Садитесь здесь, на шкатулочку. Я вас рисовать буду, а вы мне расскажете, чем для вас зеркала опасны. Только скажите сначала, чем вас портрет не устраивает.
Алефаль объявил, что на портрете он слишком маленький, и не такой сильный с виду, как на самом деле. А Элизель признался, что ему хотелось бы постройнее быть и еще глазки побольше.
– Ладно! – засмеялась Хозяйка.
И нарисовала так, как они хотели. Хороший портрет получился. Правда, теперь Алефаль считал, что Элизель решительно не похож, а Элизелю казалось, что с Алефалем никакого сходства нет. Зато своим собственным изображением каждый доволен был.
...
Окончание следует