Лера тогда вернулась из магазина раньше обычного, вошла в коридор и невольно прислушалась.
— …и долго ты собираешься этот цирк устраивать? — говорила потенциальная свекровь. — Девчонка молодая, глу..пая, но она же не слепая. Рано или поздно поймет.
Отношения с Антоном в последнее время катились под откос. Он стал каким-то отстраненным, постоянно пропадал с радаров, а потом и вовсе выдал, что вместе им быть не стоит.
Это было как обухом по голове. Лера плакала ночами, комкала подушку, удаляла его номер и снова записывала, чтобы в итоге собрать волю в кулак и стереть все контакты окончательно.
Три месяца она училась дышать заново: ходила на работу, гуляла в парке, заставляла себя улыбаться отражению в зеркале.
Она почти поверила, что справилась. Жила вполне себе обычной жизнью, пока однажды вечером на экране телефона не высветилось уведомление.
Сначала пришло сообщение со ссылкой на один из сайтов-исповедей, где он расписывал, как ошибся, а потом посыпались звонки.
— Алло, Лера? Пожалуйста, не вешай трубку.
— Зачем ты звонишь? — спросила она, чувствуя, как предательски дрожат коленки.
— Я не могу без тебя. Понял это только сейчас. Давай встретимся, просто поговорим? Я все объясню.
Лера знала, что совершает ошибку, но поделать с собой ничего не могла.
Они встретились в маленьком кафе на окраине города, Антон говорил много и красиво: клялся в любви, обещал, что больше никаких тайн не будет.
И она сдалась. Все закрутилось по второму кругу — он снова переехал к ней.
Но идиллия длилась недолго.
Однажды, когда Антон пошел в душ, оставив телефон на кухонном столе, экран "ожил".
Лера не хотела смотреть, правда… Рука сама потянулась к гаджету.
Там была открыта переписка с какой-то женщиной.
«Любимая, я скоро буду, — писал Антон. — Потерпи еще немного».
В этот раз Лера не стала устраивать скан...дал сразу. Она решила действовать иначе.
Ей нужно было знать, кто эта женщина, ради которой он готов был так рисковать их отношениями.
Поиски в социальных сетях заняли пару часов, она узнала имя, фамилию, нашла фотографии.
— Ты не поверишь, что я узнала, — шептала Лера, встретившись с подругой через неделю.
— Нашла ее? — подруга округлила глаза.
— Да. Ей сорок два года. Представляешь? Антону двадцать семь, а ей сорок два. У нее двое взрослых сыновей, она в разводе.
— Ого. Ну, может, она какая-то роковая красотка?
Лера достала телефон и открыла сохраненную фотографию. Со снимка смотрела обычная женщина с тяжелым подбородком и не самой удачной прической. Ничего выдающегося.
— И как это понимать? — подруга долго разглядывала экран. — Как он на нее вообще смотреть может? Она же ему в матери почти годится.
— Вот и я не понимаю, — вздохнула Лера. — Оказалось, они даже жили вместе несколько месяцев, пока мы с ним не общались.
А потом она его выгнала. Сама! Причину я не знаю, но факт остается фактом.
И теперь он снова пишет ей, называет любимой, хотя живет со мной и строит планы на будущее.
— Ты ему сказала?
— Нет. Держусь. Хотелось закатить скан...дал, но я не стала.
Делаю вид, что все хорошо. Наблюдаю за этим цирком.
Антон вел себя и правда странно. Он зачем-то постоянно обнимал Леру, шептал, что она — его единственная надежда и опора.
И все чаще и чаще заводил разговор о… детях.
— Лер, а ты не думала, что нам пора выйти на новый уровень? — спросил он как-то вечером, перебирая ее волосы.
— Ты о чем? О свадьбе? — она внимательно посмотрела на него.
— О детях. Я очень хочу ребенка. Представь, маленькая девочка, похожая на тебя. Или пацан.
— Антон, мы же обсуждали, что пока не время. Работа, жилье...
— Да к черту все это! — он заметно разволновался. — Главное — это семья.
Ты не представляешь, как для меня это важно. Ты ведь не... ну, ты не принимаешь ничего?
— В смысле? — Лера притворилась, что не поняла вопроса.
— Ну, таблетки там…
— Нет, конечно, — соврала она, глядя ему прямо в глаза.
На самом деле Лера принимала противозачаточные уже второй месяц, тщательно пряча блистер в подкладке старой сумки.
Рожать ребенка от человека, который бегает к сорокадвухлетней, разведенной женщине — это было выше ее понимания.
Но Антон не унимался.
— Ну что? Нет задержки? — спрашивал он, едва проснувшись.
— Нет, Антон, нет. Все по графику, — спокойно отвечала она.
Зачем ему это было нужно? Ответ напрашивался сам собой. Та, другая женщина, вряд ли могла или хотела рожать ему детей в свои сорок два.
Лера была для него идеальным вариантом: молодая, здоровая, влюбленная — по крайней мере, он так думал.
Однажды вечером Антон в очередной раз упомянул о детях, и Лера поняла: пора.
— Слушай, Антош, — она отложила вилку. — Я тут недавно видела одну женщину. Ну, знаешь, такую... лет сорока с хвостиком.
И почему-то сразу о тебе подумала. Как там поживает твоя «любимая»?
Антон опешил:
— Ты о чем вообще?!
— О той, которой ты пишешь, что скоро будешь. О той, которая тебя выставила за дверь пару месяцев назад. Не надо делать вид, что ты не понимаешь.
Антон поставил кружку на стол.
— Лер… Это... это все не то, о чем ты думаешь. Это старая история, она мне абсолютно не нужна, понимаешь?
Мы давно не общаемся, она просто преследует меня, пишет всякое...
— Пишет? — Лера усмехнулась. — Это ты ей пишешь, Антон. Я видела сообщения.
Ты называешь ее любимой, ты обещаешь ей прийти.
Зачем ты врешь мне в лицо?
— Потому что я запутался! — неожиданно крикнул он. — Я запутался, Лер. Она — это как наваждение, как д...рная привычка, от которой мне пока сложно избавиться.
Но люблю я тебя. Только тебя! Ты же видишь, как я стараюсь. Я хочу от тебя ребенка, я хочу нормальную семью, а с ней этого никогда не будет.
Она — это гр...зное, ненужное прошлое.
— Если оно ненужное, почему ты не можешь его оставить?
— Я оставлю, клянусь! Я уже ее заблокировал. Пожалуйста, не уходи. Ты — единственное светлое, что у меня есть.
Лере вдруг стало невыносимо тошно.
— Ты хочешь ребенка только для того, чтобы привязать меня к себе? Чтобы иметь официальный повод не возвращаться к ней?
— Нет! Я хочу ребенка, потому что люблю тебя!
— Совсем заврался…
Антон вскочил со стула и упал перед ней на колени.
— Лер, не бросай меня. Я все исправлю! Я докажу тебе.
Хочешь, мы уедем отсюда? Сменим квартиру, город? Только не уходи.
Я не переживу, если ты исчезнешь снова.
Лера не знала, что ответить. С одной стороны, ей хотелось встать, собрать ему вещи и выставить их за дверь, а с другой… Он действительно запал ей в душу.
Она прекрасно помнила те моменты, когда они были счастливы, когда планировали будущее, когда казалось, что они — одно целое.
Вот что это? Любовь? Или просто болезненная зависимость, которая не дает разорвать этот порочный круг?
— Я не знаю, Антон, — прошептала она. — Я просто не знаю.
— Дай мне шанс. Один единственный шанс.
Он не знал, что Лера продолжает принимать таблетки, и уж тем более не подозревал, что его «единственное светлое» заходит на страницу той женщины каждый день, разглядывает каждое новое фото и с огромным трудом сдерживается, чтобы не сорваться и не написать.
***
Через три недели после разговора по душам жизнь вроде бы вошла в привычную колею, но доверие так и не вернулось.
Лера никак не могла прийти в себя, она все чаще и чаще находила повод побыть одной.
Она видела, как Антон старается: цветы без повода, завтраки в постель, бесконечные разговоры о том, как они назовут первенца.
Но каждый раз, когда его телефон пищал от входящего уведомления, она вздрагивала.
Поделиться своими переживаниями было особо не с кем.
— Ты опять поверки ему устраиваешь? — спрашивала подруга. — Чего ты сама хочешь, Лер? Сама над собой измываешься…
Лера отрицательно мотнула головой.
— Да нет, я перестала. Какой смысл? Если он захочет скрыть, он скроет. Я сказала ему просто, что в курсе ситуации.
— И что ты решила? Уйдешь?
— Я не могу, — Лера покачала головой. — Глупо, правда? Я знаю, что он мне врет, знаю, что где-то там есть эта женщина, которая в любой момент может поманить его пальцем, и он побежит.
Но я готова простить ему все. Просто потому, что не представляю своей жизни без него.
Подруга тихонько стукнула ладонью по столу.
— Слушай, ну это ведь не нормально!
Лера пожала плечами.
— Может быть… Но пока я остаюсь. Посмотрим, кто кого пересидит…
Лера только об одном подруге не сказала: она понимала, что это путь в никуда. Она видела, как он тайком удаляет сообщения от нее, как быстро блокирует экран телефона, когда она входит в комнату.
Он не бросил свою «мадам». И Лере просто жизненно необходимо было узнать, почему он от нее не уходит.
***
Ответ на мучивший Леру вопрос пришел сам собой в ближайшие выходные — к Антону приехала мать, Марина Петровна.
Лера тогда вернулась из магазина раньше обычного, вошла в коридор и невольно прислушалась.
— …и долго ты собираешься этот цирк устраивать? — говорила потенциальная свекровь. — Девчонка молодая, глу...пая, но она же не слепая. Рано или поздно поймет, что ты к Светлане бегаешь.
Лера замерла в прихожей, прижавшись спиной к стене. Пакет с продуктами в руке стал невыносимо тяжелым, но она боялась даже пошевелиться.
— Мам, не начинай, — устало отозвался Антон. — Ей понимать ничего не надо. Мне от нее нужен только ребенок. Здоровый, крепкий наследник.
Ты же знаешь, у Светы со здоровьем проблемы, ей сорок два, врачи прямо говорят: риск огромный.
Родит инвалида — и что мне с ним делать? А Лера… она как породистая кобылка. Молодая, кр...вь с молоком. От нее дети будут что надо.
— А потом? Оставишь ее с младенцем на руках?
— Оставлю, — хмыкнул Антон. — На время, пока не подрастет. А потом уже познакомлюсь, общаться буду.
Как жена Лерка мне не интересна. Как только я увижу две полоски и пойму, что все, процесс пошел, я уйду к Свете.
Она — моя женщина, я ее люблю.
А Лера… ну, поплачет и успокоится. Она из тех «святых», что аборт никогда не сделают. Так что за сына или дочь, я спокоен, вырастит как миленькая!
Она осторожно поставила пакет на пол и вошла на кухню. Марина Петровна вздрогнула и поперхнулась чаем, а Антон побледнел.
— Лер… это… Я...
Лера скривилась:
— Замолчи, Антон. Просто замолчи!
Она сбегала к вешалке, достала из сумки блистер и вернулась на кухню.
— Твоему «наследнику» не повезло, — произнесла она, глядя ему прямо в глаза. — Он не родится.
Не потому, что я сделаю аборт, а потому, что я ни секунды не собиралась рожать от тебя после того, как узнала о твоей Свете.
Я пью эти таблетки уже два месяца. Каждый день.
— Ты мне врала?! — взвился он. — Ты же говорила, что ничего не принимаешь!
— Где ты учился, я там преподавала, — Лера усмехнулась. — И знаешь, что самое смешное?
Ты так боялся больного ребенка от любимой женщины, что в итоге останешься вообще без детей.
Потому что ни одна нормальная женщина не захочет продолжать «род» такого ни..что..жест..ва!
Она повернулась к Марине Петровне, которая сидела, поджав губы.
— А вы, Марина Петровна, можете гордиться сыном. Какой план провернуть пытался! Жаль, что не вышло.
Оба сейчас встаете и на выход. На сборы тебе, Антоша, полчаса.
Время пошло!
Уходили мать и сын со скан...далом. Антон кричал, что его не правильно поняли, что он вообще не то имел ввиду.
А Марина Петровна просила ее сыночка простить, потому что с взрослой женщиной он связался по глу..пости, и она теперь с ним обязательно поговорит, и на путь истинный наставит.
Лере даже отвечать на этот бред не хотелось. Через полтора часа дверь за ними наконец захлопнулась. Лера мысленно перекрестилась: наконец-то!