Всем привет, друзья!
Советский командарм погиб 19 апреля 1942 года. Погиб в окружении под Вязьмой.
Генерала Михаила Ефремова, командующего 33-й армией, немцы предали земле под оружейный салют — редкая честь для противника. За плечами у него были оборона Москвы и участие в Ржевско-Вяземской наступательной операции, вошедшей в число наиболее кровопролитных за всю войну. Отрезанные от основных сил, бойцы его армии держались два с половиной месяца против многократно превосходящего врага. Что ответил советский генерал на предложение немецкого командования капитулировать — и чем объясняется решение противника похоронить его с почестями?
Ефремов прошёл три войны и революцию. В Первую Мировую он воевал в составе тяжёлого артиллерийского дивизиона на Юго-Западном фронте. В 1917-м примкнул к большевикам и участвовал в Октябрьском вооружённом восстании в Москве. В годы Гражданской войны оборонял Астрахань от белогвардейцев, а в Бакинской операции командовал группой бронепоездов — в ходе установления советской власти в Азербайджане.
С началом Великой Отечественной Ефремову поручили 33-ю армию. Это назначение стало для него последним.
«Михаил Ефремов — известный советский военачальник, человек, вошедший в историю своими подвигами, действительно поступавший так, что в честь советского офицера даже немцы дали салют. На его долю выпали наиболее тяжёлые бои 1941 года. Его задачей было отстоять Москву всеми возможными способами», — говорит кандидат исторических наук Антон Бредихин.
За несколько месяцев 33-я армия изменила положение на своём участке фронта. Немцы, по собственным признаниям, были поражены стойкостью Ефремова и его солдат — однако судьба соединения сложилась трагически. В конце ноября 1941 года армия заняла один из самых опасных участков обороны — у реки Нара, на юго-восточных подступах к Наро-Фоминску. Западная часть города уже была в руках нацистов, продолжавших движение на восток. Советских бойцов было впятеро меньше.
1 декабря немцы прорвали оборону 33-й армии и двинулись вдоль Киевского и Минского шоссе к Москве. До столицы оставались считанные километры. Генерал Жуков приказал Ефремову нанести контрудар.
«В тяжелейших условиях Ефремову и его армии пришлось принять встречный бой, враг был остановлен. Армия закрепилась, и немцы не прошли в Москву», — рассказывает историк Александр Сидоров.
К 26 декабря ефремовцы полностью выбили противника из Наро-Фоминска, затем освободили Боровск и Верею. Эти бои обескровили армию: люди гибли, техника и боеприпасы были на исходе. Тут из штаба Западного фронта пришёл новый приказ Жукова — взять Вязьму, смоленский город, с октября 1941-го находившийся под немцами.
В конце января 1942 года армия начала наступление. Подступы к Вязьме давались с трудом: измотанная пехота одновременно расчищала дороги от снега и разминировала их. На юго-восточных подходах к городу 33-я армия попыталась прорвать немецкую оборону — и не смогла.
«Немцы успели быстро парировать атаку и нанести фланговые удары. Армия Ефремова оказалась в кольце, полностью окружённой», — говорит Александр Сидоров.
Два с половиной месяца ефремовцы пробивались из окружения. Положение ухудшалось день ото дня. Раненые, обмороженные, голодные — солдаты варили похлёбку из картофельных очисток, жевали разваренные ремни и кожаные подошвы найденных сапог. Танков и артиллерии не было. Боеприпасы кончились, воевали трофейным оружием, снятым с убитых немцев.
«В то время как у немецкого командования в подчинении находились 13 армий общей численностью 270 тысяч человек, у Ефремова была одна 33-я — 11,5 тысячи бойцов. Очень большая разница между наступающими немецкими войсками и обороняющимися советскими», — поясняет Антон Бредихин.
2 апреля 1942 года немцы предложили Ефремову сдаться. Он отказал. Ещё через неделю Сталин распорядился прислать за генералом самолёт.
«Но Ефремов решил, что его место там, где гибнут его солдаты. На самолёте он отправил боевые знамёна — чтобы не достались противнику — и тяжелораненых бойцов, а сам остался», — рассказывает Бредихин.
Жуков приказал прорываться через партизанские районы в направлении Кирова. Ефремов понимал: истощённая армия такого пути не осилит, и предложил другой маршрут — через реку Угру. Сталин план одобрил и выслал навстречу 43-ю армию. До окружённых она не дошла: немцы отбросили её всего в двух километрах от кольца.
18 апреля армия предприняла очередную попытку прорыва. К тому времени под непосредственным командованием Ефремова оставалось около двух тысяч человек. Снег таял, Угра разлилась. На другой берег сумели переправиться лишь разрозненные группы бойцов. Выйти из окружения было уже невозможно.
«При очередной атаке немецких войск Ефремов был тяжело ранен. Солдаты вынесли его с поля боя», — говорит Бредихин.
Сражаться он больше не мог. Сдаваться в плен — не стал. 19 апреля 1942 года Ефремов застрелился. Тело нашли немцы. По приказу полковника Артура Шмидта его похоронили в селе Слободка с воинскими почестями; на могиле установили табличку с надписями на русском и немецком языках.
«Есть предположение, что сам фельдмаршал Модель сказал своим солдатам: вот как надо воевать за нацистскую Германию — как Ефремов воевал за Советский Союз», — отмечает Александр Сидоров.
В марте 1943 года в Слободку приехал сын командарма — капитан Ефремов. Могилу вскрыли; по остаткам одежды он опознал отца. Останки командующего 33-й армией генерала Михаила Ефремова торжественно перезахоронили в Вязьме, на Екатерининском кладбище.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!