300 лет назад Робинзон Крузо — настоящий! — был освобожден из своего островного одиночного заключения. Исследователи реконструировали обстоятельства длительного пребывания английского моряка на необитаемом острове.
Жертва собственного темперамента
Матросы на борту английского каперского судна «Duke» — «Герцог», находившегося в дальнем плавании в южном полушарии, заметили на необитаемом островке огонь — там полыхал большой костер.
Моряки насторожились: что бы это такое могло быть?
На следующий день капитан послал на остров вооруженный отряд. Когда посланцы вернулись, они удивили всех двумя сюрпризами: привезли на корабль массу лангустов и косматое существо на двух ногах.
2 февраля 1709 года на борт английского судна вскарабкался странный человек, больше похожий на дикого зверя, — босой, завернутый в козью шкуру.
Он находился в состоянии крайнего нервного возбуждения, бормотал что-то нечленораздельное. Из этого бормотания с трудом можно было понять — вернее, угадать — только отдельные слова. Но и этих простых коротких слов оказалось достаточно, чтобы с натугой произносивший их человек вошел в историю...
В своем романе, опубликованном в 1719 году, Даниэль Дефо дал островитянину имя Робинзон Крузо.
Настоящего Робинзона звали Александр Селкирк. Он был шотландцем, седьмым сыном деревенского сапожника, и вырос в деревне Ларго неподалеку от Эдинбурга, на противоположном берегу узкого залива.
Селкирк провел четыре года и четыре месяца на острове Мас-а-Тьерра в архипелаге Хуана Фернандеса, в 650 километрах от берегов Чили.
Он был там абсолютно одинок — как только может быть одинок человек в этом мире. Никакого туземца Пятницы, как в романе Даниэля Дефо, с ним не было...
Александр Селкирк не стал жертвой кораблекрушения, как герой знаменитого романа Дефо. Строптивого и буйного шотландца после многократных стычек высадил на остров капитан судна, на котором он плавал. Его выбросили из шлюпки у берега и оставили одного.
Можно представить, с каким бессильным отчаянием следил покинутый на острове моряк за удалявшимся к горизонту кораблем!
Из всех благ цивилизации ему отдали только часть его собственного добра: постельные принадлежности, нож, ружье, навигационные приборы, котелок, немного табаку и Библию...
Разбойник, пропойца, головорез
К 300-летнему юбилею возвращения Александра Селкирка с острова Мас-а-Тьерра в человеческое общество исследователи решили воссоздать картину пребывания моряка на необитаемом острове, затерянном в Тихом океане.
Теперь они уверены, что точно знают, где и как он жил. Им удалось отыскать предметы, принадлежавшие Селкирку, и проследить его дальнейшую жизнь.
Портрет исторической личности получился не слишком привлекательным, но типичным для того сорта людей, которые в начале XVIII века странствовали по морям и океанам в поисках наживы.
Шотландский моряк Александр Селкирк был морским разбойником, пропойцей и головорезом.
Он родился в семье, где драки и пьянство были обычным делом. В 17 лет сбежал из дому и нанялся на корабль. Юный Александр побывал в каперских рейсах. Сначала — в Средиземном море, потом — за океаном, в Карибском бассейне. Вместе с другими пиратами грабил французов и испанцев.
Он был неглуп, многому научился, даже стал штурманом, но характер у него был скверный. Он никогда не умел поддерживать с людьми добрые отношения, со всеми был на ножах. Вероятно, нелюдимость и замкнутость помогли ему выдержать четырехлетнее одиночество и сохранить здравый рассудок.
Археолог Дэвид Колдуэлл, научный сотрудник Шотландского национального музея в Эдинбурге, по своей специальности и по должности занимается историей Шотландии. Но когда японец Дайсуке Такахаси, увлеченный историей Робинзона Крузо, предложил ему участвовать в раскопках на том самом островке, где выживал Александр Селкирк, Колдуэлл не устоял перед искушением и согласился.
Энтузиаст Дайсуке Такахаси нашел в США, в Национальном географическом обществе, спонсоров для финансирования своей экспедиции. И японцу срочно требовался специалист, настоящий ученый, который помог бы ему в изысканиях.
Дэвид Колдуэлл — квалифицированный специалист. Кроме того, у него в музее есть две реликвии, связанные с Александром Селкирком: кубок, который пират якобы сам вырезал, а также сундучок, сделанный в Северной Италии, который Селкирк, возможно, привез из грабительских походов по Средиземному морю.
Хижина на склоне вулкана
Более месяца провели археологи на маленьком острове, который с 1966 года официально называется островом Робинзона Крузо.
Это и до сих пор очень спокойное и уединенное место. На острове живет 600 человек, в основном ловцы лангустов. Здесь построили две дороги без твердого покрытия, по которым ездят десятка два автомобилей, но нет ни одного ресторана или бара.
У этого острова периодически бросают якорь круизные лайнеры по пути с Галапагосских островов к Огненной Земле.
О своих находках исследователи недавно опубликовали в специальном издании «Post-Medieval Archaeology» пространное сообщение.
Они производили раскопки там, где Такахаси предполагал местонахождение лагеря Селкирка. Это было хорошо защищенное место на склоне вулкана, на высоте почти 300 метров над уровнем моря, со всех сторон окруженное зарослями колючего кустарника.
Селкирк не поселился на берегу у самого моря — это было неразумно с точки зрения безопасности. Ему не приходилось остерегаться дикарей-людоедов, как герою романа Даниэля Дефо. Но он не хотел попадаться на глаза испанцам. Они его просто убили бы или обратили в рабство и продали на рудники.
Археологи вскоре наткнулись на остатки испанского склада боеприпасов. В 1750 году испанцы снова заняли этот остров, чтобы помешать своим врагам делать здесь промежуточные остановки.
Под складом боеприпасов Колдуэлл нашел следы двух более старых кострищ, в которых лежали обугленные кости.
Археологи копали вокруг этого. Хижина стояла, по всей вероятности, именно здесь. Колдуэлл буквально просеивал землю. Но поначалу в ней не было никаких доказательств присутствия Селкирка.
Археологу попался металлический предмет — очевидно, деталь или обломок. Разочарованный ученый не придал находке никакого значения, но потом рассмотрел его внимательно и убедился: заостренный бронзовый обломок длиной 1,6 сантиметра имеет ту же форму, что и нижняя деталь измерительного циркуля, который входил в набор навигационных инструментов штурмана Александра Селкирка.
Оказавшись на необитаемом острове, Селкирк, должно быть, использовал свой циркуль не по назначению и при этом сломал его.
Металлургический анализ показал, что металл выплавлен в Корнуэлле. «Это такое веское доказательство, какое в археологии редко удается получить», — говорит Колдуэлл.
Пленник, но свободный
От площадки, на которой Селкирк разбил свой лагерь, до вершины горного хребта нужно подниматься по крутому склону еще 300 метров.
На вершине он устроил наблюдательный пункт, где, вероятно, проводил ежедневно долгие часы. Если вдали появлялся парус, он терялся в догадках: друг это или враг? Нужно ли разжигать сигнальный костер, или лучше подальше спрятаться?
Он видел несколько кораблей. Два из них, оба испанские, даже приблизились к острову. Моряки высадились на берег. Селкирк еле успел от них убежать и скрыться в зарослях кустарника...
Первые восемь месяцев на необитаемом острове стали для него самыми трудными. Храбрый пират, жадный до золота искатель приключений, впал в депрессию.
Но настал такой момент, когда он пришел в себя и начал обживать свою новую родину...
Из всех островов Селкирку достался именно тот, который словно специально был создан для него. Вскоре он почувствовал себя даже лучше, чем когда-либо до или после. Он был пленником и одновременно пользовался полной свободой.
Климат на острове Робинзона Крузо почти круглый год мягкий и преимущественно сухой. Ядовитые или хищные животные там не водится. Пресной воды в ручьях — сколько угодно.
Не берег выползают жирные тюлени. В лагуне кишат рыбы и лангусты. На суше тоже много всего съедобного: лесные ягоды, ароматные травы, дикий перец, сочная зелень, напоминающая по вкусу капусту.
Не хватало только соли, как островитянин пожаловался потом своим спасителям...
Наперегонки с козами
Александр Селкирк не был первым человеком, жившим на острове Мас-а-Тьерра.
В 1574 году испанские первооткрыватели завезли туда коз, другие корабли привезли кошек и крыс, а также редьку и пастернак. Животные размножились и жили на острове постоянно — в отличие от людей, появлявшихся там изредка и ненадолго.
Селкирк приручил успевших одичать кошек, и те защищали его от наглых вездесущих крыс, которые по ночам так и норовили укусить пирата за пятки.
Он научился охотиться на коз, приноровился их выслеживать, тренировался бегать, как козы, даже быстрее, бросался на них на бегу и опрокидывал на землю.
Многих животных он потом отпускал, потому что часто охотился для удовольствия, ради спортивного интереса. Но, конечно, добывал мясо и шкуры.
Селкирк сказал взявшим его на борт морякам, что убил 500 коз, причем о каждой добыче сделал подробную запись в дневнике...
Чтобы не забыть окончательно человеческий язык, Селкирк перечитывал Библию, молился, пел псалмы.
Своим избавителям он признался, что никогда в жизни не был столь набожным христианином, как тогда на острове, и что он сильно сомневается, что сможет таким остаться...
Когда одинокого обитателя Мас-а-Тьерра нашли, состояние его здоровья было лучше, чем у моряков с корабля, который его подобрал. Половина команды судна, много месяцев назад покинувшего Англию, страдала от цинги. Александр Селкирк — молодой мужчина 30 с небольшим лет — питался совсем неплохо: ел овощи и мясо, употреблял в пищу много зелени, не пил вина и крепких алкогольных напитков, зато пил козье молоко. Не удивительно, что он был вполне здоров.
На острове было достаточно тепло, чтобы круглый год ходить босиком. Кожа на ступнях Селкирка затвердела, ороговела, и шотландец прыгал по камням и колючкам своего вулканического острова с такой быстротой и ловкостью, что за ним и собака не угналась бы.
Первое время после возвращения в цивилизацию Селкирк не мог носить сапоги, а его организм совершенно не принимал рома.
Звезда пабов
Почти три года шотландец провел на каперском корабле вместе с моряками, которые его спасли.
Они пиратствовали в морях обоих полушарий, нападали на торговые суда, грабили, убивали. Все это пираты проделывали с благословения короля и разрешения британского Адмиралтейства, поскольку жертвы разбоя считались врагами британской короны.
В конце 1711 года Селкирк возвратился в Англию с солидной добычей. Мало того, он приобрел на родине чрезвычайно большую популярность и охотно рассказывал свою увлекательную историю в пабах — за выпивку и угощение.
Археолог Колдуэлл предполагает, что, возможно, Даниэль Дефо тоже познакомился с шотландским пиратом в пабе и услышал его рассказ...
Однако человеческое общество не нравилось Селкирку. Среди людей он был не в своей тарелке.
Скоро Селкирк затосковал по своему острову. Один журналист цитировал в статье его слова: «У меня сейчас 800 фунтов, но никогда я не буду так счастлив, как тогда, когда не имел даже четверти пенни».
Угрюмый шотландец напивался и затевал драки. Он женился, потом связался с другой женщиной. Но ни с той, ни с другой не смог ужиться.
Сбежал от опостылевшей сухопутной жизни и снова вернулся на флот, на этот раз — в качестве лейтенанта Королевского военно-морского флота...
45-летний Александр Селкирк закончил свою жизнь неожиданно: 12 декабря 1721 года у берегов Западной Африки его свалила желтая лихорадка…
Роман Даниэля Дефо «Робинзон Крузо» в то время уже был опубликован и имел огромный успех у читателей. Эта книга до сих пор переиздается, переведена на многие языки мира. Современным читателям история моряка, оказавшегося на необитаемом острове, тоже интересна.
Тем не менее в биографии Александра Селкирка есть невыясненные моменты.
Из его собственных рассказов известно, что на Мас-а-Тьерра он вел дневник. Письмо вдовы Селкирка подтверждает факт наличия дневника. Где же эти заметки? Археолог Колдуэлл попытался выяснить местонахождение дневника.
После смерти Александра Селкирка его бумаги попали к герцогу Гамильтону — богатейшему шотландскому аристократу. В XIX веке потомкам герцога срочно понадобились деньги, и они продали доставшиеся по наследству картины и коллекции в Лондоне на аукционе «Кристи».
В то время на аукционе самыми активными покупателями были немцы — представители высшей знати и правящей династии молодой Германской империи.
Если дневник настоящего Робинзона — Александра Селкирка — сохранился до наших дней, то он может находиться где-то в Берлине.
«Я полагаю, — говорит Колдуэлл, — что, скорее всего, эти рукописные материалы лежат забытыми на полке, на дальнем стеллаже, в государственной библиотеке «Прусское культурное наследие»...
Федор Шорыгин
По материалам зарубежных изданий