Еве было девятнадцать, когда она впервые увидела Евгения. Её, совсем юную девушку, увлечённую горнолыжным спортом, друзья пригласили в небольшое путешествие на север. Природа манила Еву с детства. Раньше она часто ходила в походы с отцом, бывалым геологом, который привил ей любовь к бескрайним просторам, лесу, экстремальному отдыху и адреналину.
Сидя в палатке, разглядывая звёздное небо и попивая заваренный отцом в котелке чай, девчонка мечтала, что однажды станет великой путешественницей и обойдёт все потаённые уголки, раскинувшиеся на тысячи километров родной земли. Отца не стало, когда Еве исполнилось семнадцать. Молодой ещё мужчина, пышущий здоровьем и строящий далеко идущие планы, стал жертвой несчастного случая.
Он возвращался домой, когда несущийся на полной скорости автомобиль, протаранив ограждение, вылетел на тротуар и унёс жизни троих человек. Одним из них был отец. В тот день привычный Евин мир рухнул. На носу были выпускные экзамены, а девочка только и делала, что проклинала судьбу и погружалась в пучину апатии. Кое-как получив аттестат, она совсем забросила учёбу и пыталась найти утешение, бродя по местным горам.
Там она нашла новых друзей, которые привели её в горнолыжку. Зная, как остро дочь переживает потерю отца, мать Евы, Майя, старалась её ни в чём не ограничивать. Она не нависала над душой, не требовала срочно учиться дальше или идти работать. Без лишних слов давала деньги на очередную необходимую вещь, оплачивала поездки.
Довольно быстро мать снова вышла замуж. Ева не одобряла этот выбор, чтя память отца, но одновременно понимала, что Майя ещё молода и жить до конца дней затворницей — вариант так себе. Сама она не спешила связывать свою судьбу с кем-либо. Да, Ева была красива, за ней постоянно бегали толпы поклонников из горнолыжной тусовки, но красавица оставалась недоступной, предпочитая либо дружбу, либо мимолётные интрижки.
Единственным мужчиной в её жизни продолжал оставаться отец. Девушка подсознательно искала в каждом новом знакомом родные черты и, не найдя желаемого, тут же теряла интерес. Но встреча с Евгением резко поменяла её планы.
Ева вместе со своей подругой Настей и приятелями Егором и Ромой отправились смотреть полярное сияние в Териберку. Тогда это направление только-только набирало популярность на фоне повышенного внимания со стороны китайских туристов.
— Я уже был однажды за полярным кругом, — хвастался Егор, заправляя койку в плацкартном вагоне. — Но от знакомых слышал, что в Териберке не только всё лучше видно, там и эстетика особая.
— Скажешь тоже, — смеялась Настя, подогнув колени на верхней полке. — Обычная глушь. Лучше бы на Красную Поляну поехали — вот где вся движуха.
— Мы не на лыжах едем и не хвастаться новой курточкой, Анастасия, — поправив очки, посмотрел на неё щупленький Рома. — Тебе бы только тусоваться. Неужели ты не хочешь просто полюбоваться поистине прекрасными вещами?
— Вообще удивляюсь, как ты поехала, да ещё в плацкарте? — фыркнул он.
— Ты меня за кого принимаешь? Просто вы — ценители подобной эстетики, а я люблю скорость, адреналин. Поэтому в своё время и выбрала сноуборд. Вот Ева — другое дело. Она всю жизнь по походам шаталась, а лыжи в её жизнь пришли недавно. Но это вовсе не означает, что я глупая блондинка. Мне тоже хочется посмотреть на красивые места, да и северного сияния я никогда раньше не видела.
— Что вы препираетесь? — засмеялась Ева. — Самое главное — мы вместе. А на Красную Поляну после новогодних праздников и так ездили, зачем так часто? Я вот, например, очень хочу научиться фотографировать и считаю, что в Териберке будет много достойных кадров. Так ведь, Егор?
Егор был опытным сноубордистом, но основное время работал фотографом в модном журнале. Однако мечтал он прославиться не снимками шаблонных моделей, а натуральными съёмками. Он регулярно отсылал сделанные в походах и поездках фотографии во всевозможные издания и агентства, иногда даже успешно. Поэтому, когда его лучший друг Рома заикнулся о поездке в Териберку, Егор тут же организовал ребятам тур. Снимки северного сияния, забытой богом деревни где-то на краю света, закованной льдом и ночью, могли быстро попасть на обложку или хотя бы разворот какого-нибудь журнала. Не было смысла упускать такой шанс.
— Я слышал, что, посещая новые места, непременно нужно загадывать желание, — романтично посмотрел в снежную белизну за окном Рома. — Что бы вы загадали?
— Ну, меня и спрашивать не нужно, — засмеялся Егор. — Это и так все знают: стать величайшим фотографом.
— Ты и так хорош, — потянулась к нему с верхней полки Настя, чтобы ущипнуть, но парень ловко увернулся. — А сама, наверное, мужа богатого попросишь?
— Это тоже все знают, — съязвил Егор. — Потому и катаешься по горнолыжным курортам: подцепить какого-нибудь дурачка при деньгах.
— И не вижу в этом ничего постыдного, — надулась Настя. — Мечтать о хорошей жизни не вредно. Или ты предлагаешь за тебя замуж выйти?
— Ещё чего! Мы все прекрасно знаем, какой у тебя характер. Ищи дурачка, который будет его терпеть. Нет, как подруга ты очень даже ничего, но я бы точно не вписался с тобой в отношения.
— Да кто тебе предлагает? — снова попыталась ущипнуть парня Настя. — Но если без шуток, то я бы загадала стать величайшим хирургом. Нет, серьёзно! Вы, конечно, посмеётесь: всем известно, что учёба мне нелегко даётся, хвосты вечные… Но я стараюсь, очень хочу помогать людям. Может, это и есть моё призвание?
— Похвально, Настя, — улыбнулся Рома. — Латынь только подтяни. Тебе бы терапевта для начала получить, а потом уже о хирургии думать. Но ты человек хороший, высшие силы должны это учитывать. Поменьше бы тусовалась после пар — глядишь, и успеваемость повысилась бы.
— А сам-то ты о чём мечтаешь, умник? — сморщилась Настя.
— Даже не знаю, — задумался Рома. — Вроде бы всё и так есть. Хотя… Я бы хотел переехать куда-нибудь к морю. Купить там маленький домик, завести собаку.
— Какая-то старпёрская мечта, тебе не кажется? — съязвила Настя. — В двадцать лет обычно более высокие цели у людей.
— Уж как есть, — вздохнул Рома. — Если честно, достало это папино давление. Я и на эконом ради него поступил. Он всё твердит, что банковское дело — наша фамильная специальность. Понятно, что он сделает всё, чтобы я тёпленькое местечко получил, женился на дочке какого-нибудь депутата или крупного бизнесмена, о наследниках задумался, дом построил. Только вот меня к этому не тянет. Я хочу осознанного одиночества, не думать о кредитах, машинах, а просто наслаждаться жизнью.
— А ты, Ева, чего молчишь? Придумала уже, что бы ты хотела загадать?
— Я?.. — растерянно откликнулась девушка, будто вырванная этим вопросом из какого-то далёкого мира. — Ой, простите, я что-то задумалась. Увы, то, чего бы я хотела… нереально.
— В космос, что ли, полететь? — усмехнулся Егор.
— Дурак! — одёрнула его Настя.
— Если бы, — не обратила внимания на шутку Ева. — Я бы очень хотела отмотать время назад, к тому дню, когда папа был жив, предупредить его, чтобы он не шёл той дорогой. Два года прошло, а я всё никак не могу смириться с тем, что его нет.
— Он всегда рядом с тобой, милая, — потрепала её за волосы подруга. — И нечего стыдиться, это нормально, что мы скорбим по ушедшим людям. Мы все знаем, как дорог тебе был отец, но жить прошлым тоже не стоит. Вряд ли бы он был рад, что его любимая дочурка всё время печальна.
— Как бы и чем я ни пыталась заглушить эту боль, ничего не выходит, — вздохнула Ева. — Мама новую жизнь себе устроила. Поражаюсь, как быстро она забыла отца. Но я её не виню, её право. Головой я всё равно понимаю, что делаю неправильно. Мне бы жить и радоваться, мёртвых всё равно не вернуть. А я вечно живу воспоминаниями, думаю о нём постоянно. Даже личную жизнь из-за этого устроить не могу.
— А ты к психологу ходила? — исподлобья посмотрел на подругу Рома. — Это же травма, её лечить нужно, наверное.
— Я у кого только не была, — устало ответила Ева. — И понимаю прекрасно, о чём говорят эти люди, но всё равно принять не могу. Даже на горные лыжи встала по совету одного из психологов. Помогает немного, конечно, но после вот этой поездки, думаю, устроиться на работу. Надоело на маминой шее сидеть. Ладно, она мне квартиру отдала, потому что сама с Толей живёт, но даже продукты она мне оплачивает. Другая бы жила и радовалась, а меня совесть мучает. Неплохо было бы ещё и учиться пойти, но пока не понимаю, как всё совмещать. Как-то после школы на всё плюнула.
— Хорошо, когда родители поддерживают, — хмыкнул Егор. — Насчёт учёбы: всегда можно дистанционно образование получать. Главное — определиться со специальностью. А вот работа… Есть у тебя уже места на примете?
— Вообще ноль, — отвернулась Ева. — Да и кто меня возьмёт без опыта, со средним образованием? Но я готова на любую работу, даже полы мыть.
— Что болтаешь? Какие полы? — поперхнулась Настя. — Ты красивая, можно этим пользоваться.
— Ты опять за своё, — мрачно взглянул на девушку Егор. — Не все же такие легкомысленные, как ты. Не слышишь, что ли, человек независимости хочет, а ты — под венец к богатею.
— Вовсе нет, — возмутилась Настя. — Я совсем другое имею в виду. Вот нет у тебя опыта, зато есть красивое лицо. Легко же можно устроиться бариста, хостес, администратором. А если место поприличнее, то и зарплата будет хорошей. Если ты, Ев, серьёзно, то я могу поговорить с парой знакомых. Что насчёт профессии бармена? Правда, там обучение нужно будет пройти. Зато потом…
— Я же даже не пью, — улыбнулась Ева. — Какой из меня бармен?
— Так это очень хорошо, что не пьёшь. Бармен готовит напитки, а не употребляет. Нет, ты подумай, попроси мать инвестировать в тебя последний раз. Это очень хороший вариант. Место приличное, никакого пьяного быдла там не водится: априори ценник не тот, а владелец — мой старый приятель. Школа барменов, кстати, тоже есть на примете.
— Я смотрю, у тебя много приятелей, — засмеялся Егор.
— Ты чего ко мне пристал? — вскочила с койки Настя, ударившись локтем об опору. — Ну вот, ещё и покалечил.
— Это милый вспомнил, — продолжал смеяться парень. — Вторым локтем надо постучать, чтобы не забыл.
— Да я тебя!.. — замахнулась Настя и тут же засмеялась. — Слушай, Ева, — вмешался в разговор Рома, — а ведь подруга дело говорит. У меня знакомый барменом работает, правда, при дорогом ресторане, так он себе на одних чаевых приличный капитал сколотил. Недавно вот квартиру купил.
— Серьёзно? — с сомнением посмотрела Ева. — Не знаю даже. А вдруг это не моё?
— Так не попробовав — не узнаешь! — потряс её за плечи Егор. — Ты же особо ничего не теряешь. Если мать денег не даст, то мы скинемся. Ведь так?
— Ну, поясок затянем, да, конечно, — закивала Настя.
— Вообще без вопросов, — подтвердил Рома. — Для хорошего человека ничего не жалко.
— Ребята… Спасибо вам, — с любовью посмотрела на своих приятелей Ева. — Как же хорошо, когда есть друзья.
В Мурманск поезд пришёл ранним утром. Почти половина дня ушла на то, чтобы найти подходящий внедорожник в аренду и забронировать комнаты в самой Териберке. После долгих телефонных переговоров Егор наконец улыбнулся и сообщил друзьям, что можно отправляться в дальнейший путь.
Старенький, но крепкий внедорожник мчался по ровному, как глазурь на торте, снегу. Навстречу полыхал оранжево-жёлтый закат, а из снежной промороженной дымки то и дело возникали гиганты ветряных мельниц, величественно разрезавшие своими лопастями ледяной воздух. Перед машиной ребят ехало ещё несколько автомобилей, поэтому Егор, сидевший за рулём, был спокоен: даже если бы двигатель внезапно заглох, не пришлось бы долго ждать помощи. Он был наслышан, как люди оказывались в этих местах в весьма затруднительных ситуациях, но то было раньше. Сейчас вереницы машин с китайцами тянулись до самого горизонта, примерно столько же попадалось и навстречу.
Сама картина безлюдной снежной равнины, по которой, как муравьи, ровными рядами скользили внедорожники и фургоны, казалась какой-то сюрреалистичной. Почти всю дорогу ребята молчали, только иногда вслух выражая свой восторг от тундровых пейзажей за окном.
Примерно в шесть вечера, когда уже окончательно стемнело, компания добралась до деревни. Они сразу отправились на поиски гостиницы. Дом был самым обычным — бревенчатая изба с новой, странно смотревшейся на ней вывеской «Отель». Внутри было тепло и по-домашнему уютно. Устав и замёрзнув с дороги, ребята тут же разошлись по номерам. Договорились лечь спать пораньше, а завтра с самого утра отправиться исследовать местность.
Как только рассвело, вся компания уже толпилась в фойе, готовясь выйти на заснеженную улицу. С погодой повезло: только недавно закончились снегопады, а значит, можно было не беспокоиться, что облачность и плохая видимость помешают осмотру местных достопримечательностей.
Оказавшись на берегу Баренцева моря, ловя руками ветер, Ева радовалась, как ребёнок. Когда-то здесь кипела жизнь, остуженные волны гулко разбивались о борта рыбацких лодок. Девушке казалось, что она слышит весёлые переклички рыбаков, довольных уловом и спешащих в свои дома, где их с нетерпением ждут жёны и дети. Теперь о былом напоминали лишь выброшенные на берег остовы кораблей, лежащие, словно отправленные на волю вечности, скелеты древних рыб.
Деревянные, побелевшие от времени и соли кресты с разноцветными лоскутками, усеянными неразличимыми письменами, придавали месту настроение мрачной святости, суровой и непоказной духовности. Даже разговаривать казалось чем-то чуждым и лишним. Над сопками, раскинувшимися вдали, нависал плотный туман, вот-вот грозящий покрыть своей пеленой всё, чего касался взгляд. И только чайки своими грубыми криками напоминали, что этот мир ещё жив.
— Шикарное, конечно, местечко! — присвиснула Настя, нарушив молчание.
— Я здесь как будто в каком-то зазеркалье, — кивнула Ева. — Ничего подобного раньше не испытывала. Будто стоишь лицом к лицу с вечностью, а она дышит на тебя холодом, напоминая о хрупком равновесии между природой и человеком.
— Не зря это место называют кладбищем кораблей, — щёлкнул несколько раз затвором Егор. — Столько кадров! Это просто невероятно! Надо будет летом сюда приехать, говорят, тут пляжи, чистый песок, а на некоторые лодки даже залезть можно.
— Да уж, — усмехнулся Рома. — Сейчас я бы точно не рискнул нигде лазать.
продолжение
Рекомендую👇👇👇