Я помню себя с пяти лет. И первые воспоминания — не про игрушки и мультики, а про то, что мама меня не хотела.
Она не хотела меня рожать. Совсем. Пошла было на аборт, но гинеколог её отговорил. А на дворе 1988 год — замуж, дети, всё как у людей. Бедную мою маму заставили родить. И она родила. На свою голову.
Потому что всё моё детство она мне говорила: «Я тебя ненавижу, ты мне надоела, лучше бы я тебя не рожала». Или: «Отдам тебя в детский дом». Мне пять лет, я это слышу, запоминаю намертво, но не понимаю этой злобы. А я тут при чём? Ты же сама меня родила. Я же не сама к тебе пришла и в дверь постучалась. 😁
Не, моя мама не злодейка. Она весёлая, позитивная, с ней можно было поржать. Она никогда меня не била. Но в углу я стояла каждый день. Конечно, я сама была виновата — стояла за свои проступки. Но это уже другая история.
Я очень сильно любила маму, несмотря на её нестандартное хобби — она могла неделями пить алкоголь. Мне это не нравилось, но любовь от этого не становилась меньше.
По сути, меня воспитали не родители, а бабушки. Им огромное за это спасибо. Конечно, там были свои приключения, но благодарность к ним — огромная.
Но знаете, какой я была ребёнкой, несмотря на весь этот цирк? Гиперактивной. Непослушной, вредной. 😂😂😂 Бегала, прыгала, танцевала, рисовала. На улице постоянно бегала, со всеми дружила, общительная до тошноты. Даже если одна дома — никогда не скучала. Фантазировала, придумывала истории. И ещё я была упёртая. Если что решила — не переубедить.
И эта упёртость однажды привела меня к эпичной разборке из-за шмоток.
Жили мы тогда на севере, в посёлке городского типа, где вообще ничего нормального не было. Мама иногда ездила в Москву, закупалась вещами, привозила и продавала — разбирали как горячие пирожки, потому что у неё хороший вкус. И вот как-то раз она привезла много вещей, в том числе два детских плаща: розовый и голубой.
Я любила голубой и ненавидела розовый.
— Юля, бери розовый.
— Нет, мне голубой нравится.
— Ты же девочка, розовый.
— Оба девчачьи, какая разница?
Спорили до ругачки, до истерики. Она впихивает розовый, говорит: голубой продастся. Я говорю: я не буду его носить. Упёртая — невозможно. В итоге мама сдалась и оставила мне оба. Договорились: в голубом гулять, в розовом по гостям ходить.
Ну вы уже догадались? Я вышла гулять в розовом.
Во дворе все ребята старше меня. Первый класс, третий, пятый. А мне пять, я единственная малявка, зато гениальные идеи придумывала. Играем. И тут я нахожу банку с краской. Цвета «детская неожиданность» — ну такой поносовый, сами понимаете. И меня осеняет.
— Светка, а твой отец же хотел забор покрасить? Давай поможем!
— Нет, папа убьёт.
— Почему убьёт? Мы же поможем! Он уже сколько лет не может.
Все загорелись. Кисточка одна — я крашу кисточкой, а они ветками деревьев. Я командую. Мы увлечённо красим деревянный забор. Весело, замечательно.
Покрасили треть. И тут выходит Светкин отец. Видит это великолепие. Челюсть упала, потом начался ор. Светку загнал домой, на нас с палкой кинулся. Мы как тараканы разбежались.
Я влетаю домой с бешеными глазами. Мать смотрит на меня — и у неё глаза увеличиваются. Я ничего не понимаю. Она орёт, а я не разбираю слов. Потом опускаю голову. А мой розовый нелюбимый плащ — весь в поносовой краске. Ухайдокала. И тут-то я поняла, что мать на меня так орёт.
Она орёт. А я смотрю на этот плащ — и меня пробивает. Я начинаю жёстко смеяться. У меня истерика. Мать злится ещё больше, а я не могу остановиться. Потому что я стою и думаю: «Ну я же сказала — не надо мне розовый плащ. Ну вот он мне и не нужен».
Мать чем только не пыталась отмыть — материлась, ругалась. Но краска всё равно осталась навсегда. С психом кинув в меня плащ, она сказала: «Так носить будешь». А я и согласилась. Мне пофиг. Это же розовый, а не голубой плащ.
На следующий день сосед наконец покрасил забор в тот цвет, который хотел сам. В зелёный.
А я осталась при своём. И при розовом плаще в краске цвета «детская неожиданность».
Вспоминая эти истории, я понимаю, почему мать хотела отдать меня в детский дом. 🤣🤣🤣
Продолжение следует...