Четверть века — срок немалый. За 24 года можно построить империю, вырастить сад, воспитать новое поколение… или так и остаться наедине с прошлым, которое никак не отпускает. Громкий развод продюсера Александра Шульгина и певицы Валерии в своё время прогремел на всю страну. Казалось, время лечит, но в этой истории оно скорее расставило всё по местам, не убрав главного вопроса: как сложилась жизнь каждого из участников той драмы?
Сегодня Александр Шульгин — фигура почти призрачная. Он не мелькает на обложках, не даёт скандальных интервью и не пытается напомнить о себе громкими заявлениями. Он словно ушёл в тень, оставив на поверхности лишь музыку. А дети тем временем выросли. И у каждого из них — своя правда, своя боль и своё представление о том, кого называть отцом.
Давайте спокойно, без надрыва, разберёмся, что же произошло за эти 24 года. Как живёт сейчас Александр Шульгин после развода с певицей Валерией? Кем стали их общие дети — Анна, Артемий и Арсений? И почему старые раны до сих пор не затянулись?
Музыка как главный ориентир
Чтобы понять Шульгина, нужно начать с самого начала. С того, что всегда было для него важнее семьи, скандалов и даже славы. Музыка. Она появилась в его жизни раньше, чем осознанное желание чего-то добиться.
Родился будущий продюсер в Москве, в обычной семье, далёкой от эстрады. Никто не водил его за ручку в консерваторию и не заставлял разучивать гаммы. Всё пришло само собой. Сначала стихи — подростковые, корявые, но искренние. Потом вдруг обнаружилось, что он с лёгкостью подбирает на слух любую мелодию. Знаете это чувство, когда слышишь песню и пальцы сами тянутся повторить? Вот у него так и работало.
В школе Шульгин играл в ансамбле. Выделялся, конечно. Но не виртуозной техникой — её как раз не было, — а какой-то внутренней одержимостью. При этом никакого классического музыкального образования он так и не получил. Ни музыкальной школы, ни училища, ни тем более консерватории. Для академических музыкантов это почти ересь. А он просто пожимал плечами: зачем ноты, если музыка звучит у меня внутри?
И действительно, многие его хиты были написаны «на коленке», без партитур и стройных теоретических выкладок. Это одновременно и сила, и слабость Шульгина. Сила — потому что он не зажат рамками. Слабость — потому что в профессиональной среде к нему всегда относились с долей скепсиса.
С поступлением в вуз тоже вышло не гладко. Он пробовал лингвистику, экономику, юриспруденцию. Кидался из одной сферы в другую, как человек, который ищет себя и не находит. Но везде его настигала музыка. В 19 лет он оказался в группе «Круиз». И вот тогда стало окончательно ясно: случайностей не бывает. Этот парень рождён для сцены, пусть и не как артист.
Почему он не стал классическим композитором?
Отсутствие «корочек» долгие годы было для Шульгина больным местом. В интервью он не раз говорил, что его не воспринимали всерьёз мэтры с консерваторским прошлым. А он в ответ просто писал хиты. Много хитов. Для Олега Газманова, для Дмитрия Маликова, для Александра Малинина. Его мелодии звучали по радио, их напевали миллионы. И какая разница, умеешь ли ты читать с листа, если твою песню знает вся страна?
Шульгин пробовал себя и в симфонической музыке, и в восстановлении архивных записей. Это была какая-то бесконечная, почти маниакальная тяга охватить всё. Он словно доказывал самому себе: я не самозванец. Я настоящий.
Но настоящим его сделала не симфония, не диплом, а одна женщина. Та, что стала его главной музой и главной трагедией.
Германия и первые шаги в продюсировании
В конце 80-х группа «Круиз» уехала в Германию. Для советских музыкантов это был шанс. Другой мир, другой уровень заработка, другая сцена. Шульгин отправился вместе с коллективом и провёл за границей несколько лет.
Этот период оказался для него не просто гастролями, а настоящей школой. Он не только играл и писал. Он наблюдал. Смотрел, как работают западные продюсеры, как заключаются контракты, как строится шоу-бизнес с нуля. В СССР понятия «продюсер» в современном смысле почти не существовало. Были худсоветы, были комитеты по телерадиовещанию, но не было людей, которые лепят звезду от и до.
Шульгин понял: вот оно. Вот чем он будет заниматься. Не просто писать песни, а создавать артистов. Эта мысль засела в голове крепко. Он вернулся в Москву уже не просто композитором, а человеком с чётким планом.
И тут в его жизни появилась она.
Валерия и семейная история
Алла Перфилова — так звали девушку, которой суждено было стать певицей Валерией. Он встретил её, когда ему было 27, а ей — 23. Она уже имела музыкальное образование (Аткарское музыкальное училище, потом Гнесинку), участвовала в конкурсах, но до большой славы, как до луны.
Она была скромной, талантливой и очень красивой. А он — уже опытный, знающий, как устроены механизмы популярности. Шульгин предложил сотрудничество. Она согласилась — потому что видела в нём шанс. И не ошиблась.
Их творческий союз быстро перерос в личный. На тот момент Алла была замужем. Но тот брак, как позже выяснилось, трещал по швам. Вскоре он распался, и Перфилова вышла за Шульгина. Именно он придумал ей псевдоним «Валерия» — простой, запоминающийся, красивый. И начался взлёт.
Как Шульгин строил империю Валерии
Это сейчас любой школьник знает, что артисту нужен продюсер. А в 90-е Шульгин был первопроходцем. Он сам писал для Валерии песни, сам искал аранжировщиков, сам договаривался о ротации на радио и телевидении. Он создал её образ: утончённая, немного холодная, невероятно голосистая. И публика клюнула.
Альбомы выходили один за другим. «Татьянин день», «Анна», «Фамилия, часть 1» — эти пластинки раскупали. Валерия стала одной из главных звёзд российской эстрады конца 90-х. Со стороны их семья выглядела идеальной: успешный продюсер, красавица-жена, трое детей — дочь Анна и сыновья Артемий с Арсением. Казалось, вот оно, счастье.
Но за красивым фасадом, как это часто бывает, кипело совсем другое.
Тень за дверями
Сама Валерия спустя годы, уже после развода, рассказывала о психологическом давлении, о постоянном контроле, о том, что Шульгин не терпел возражений. Его жёсткий характер, который в работе помогал добиваться результата, дома превращался в тиранию.
Она говорила, что он ревновал её к сцене, к каждому взгляду зрителей. Что мог устроить скандал на пустом месте. Что финансовая сторона была полностью под его контролем, и она практически не видела своих денег. Верить или нет? Трудно судить. Но когда из одной и той же семьи уходит жена и при этом трое взрослых детей позже отказываются от общения с отцом — это о многом говорит.
В какой-то момент Валерия решилась. Она забрала детей и ушла. Не просто от мужа — от сцены, от славы, от всего, что он для неё построил. На какое-то время она вообще перестала петь. Ради покоя. Ради детей.
Позже в её жизни появился Иосиф Пригожин. С ним она обрела то, чего так не хватало: поддержку, уважение и настоящую семью. А отношения с бывшим мужем оборвались окончательно. И, как оказалось, навсегда.
Жизнь после развода
Что чувствовал Александр Шульгин после развода? Сначала — отрицание. Он не принимал обвинений, называл их ложью. Говорил, что Валерия просто нашла более выгодную партию в лице Пригожина. Пытался оправдываться, давал интервью, где выглядел обиженным и не понятым.
Но ситуация изменилась, когда подросли дети. И они публично, во взрослом возрасте, заявили: общаться с отцом мы не хотим. Это был удар. Удар не столько по репутации, сколько по самолюбию. Ведь дети — это не бывшая жена, у них свои счёты. И если все трое отказываются от тебя… значит, что-то было не так.
Шульгин после развода пытался наладить личную жизнь. Самый громкий его роман — с Юлией Михальчик, участницей «Фабрики звёзд-3». Она была молодой, яркой, талантливой. Отношения развивались стремительно: цветы, признания, планы на свадьбу. Казалось, Шульгин снова нашёл свою музу.
Но совместная поездка, которую пара предприняла перед возможным браком, всё расставила по местам. Что именно произошло — детали неизвестны. Но после неё они расстались. И больше Шульгина не видели в серьёзных отношениях ни с кем.
Он остался один.
Дети
Прошло уже больше 24 лет с момента распада семьи. Старые обиды не исчезли — они просто затихли, превратившись в глухую, но прочную стену. Дети Шульгина — взрослые, состоявшиеся люди — по-прежнему не хотят иметь ничего общего с биологическим отцом.
Для них он — человек из далёкого прошлого. Тень, о которой не принято вспоминать. И это, пожалуй, самое красноречивое свидетельство того, насколько глубокими были травмы.
Давайте посмотрим, кем стали Анна, Артемий и Арсений. Каждый выбрал свой путь. И каждый, по сути, переписал историю своей семьи заново.
Анна Шульгина (Шена)
Старшей дочери — 32 года. Она выросла яркой, глубокой и очень самостоятельной. Анна не пошла по проторенной дорожке «дочери звезды». Хотя могла бы — связи, протекция, всё это было. Но она предпочла искать себя сама.
После учёбы в легендарном Щукинском училище она попробовала кино. Снималась в телепроектах, но чувствовала, что это не её. Ей было тесно в чужих сценариях. И тогда Анна ушла в музыку. Но не в поп-эстраду, где блистала мать, а в более глубокое, личное звучание.
Сегодня её знают под именем Шена. Она пишет песни сама — и музыку, и тексты. Её творчество — это исповедь. Она не делает ставку на хайп, не гонится за ротациями. Просто говорит о том, что болит. И у неё получается искренне.
По фамилии она по-прежнему Шульгина. Но в жизни своим настоящим отцом она считает Иосифа Пригожина. Это он был рядом, когда рушился мир. Он поддерживал, помогал, не предавал. И Анна не скрывает этой благодарности.
Артемий Шульгин
31-летний Артемий — полная противоположность сестре. Он не выносит шумных тусовок и светских раутов. Его стихия — тишина, порядок, предсказуемость.
Артемий сознательно ушёл от московской суеты. Получил образование за границей, изучал финансы и IT. Умница, прагматик, человек, который просчитывает шаги. Сейчас он живёт в швейцарском Монтрё — тихом, дорогом, красивом городе на берегу Женевского озера.
Там он развивает собственную студию звукозаписи. Не для того, чтобы стать знаменитым продюсером, как отец. А просто потому, что это интересно. Это бизнес, который приносит доход и удовольствие.
Несколько лет назад Артемий женился на Наталье, своей давней знакомой. Свадьба прошла в узком кругу — без камер, без жёлтой прессы, без фальши. И, как говорят, без человека, с которым у семьи связаны тяжёлые воспоминания. Биологического отца там не было.
Артемий не хочет ворошить прошлое. Он живёт настоящим. И это его осознанный выбор.
Арсений Шульгин
Младший, 27-летний Арсений, в детстве считался вундеркиндом. Он рано сел за фортепиано, выступал с оркестрами, побеждал на серьёзных конкурсах. Казалось, вот оно — музыкальное продолжение династии. Но Арсений, повзрослев, решил всё сломать.
Он оставил музыку. Полностью. Не то чтобы разлюбил — просто понял, что это не его путь. И переключился на бизнес. Сегодня он развивает предпринимательские проекты, ведёт блог, активно работает в цифровых направлениях. У него своя семья и двое детей.
Интересно, что именно Арсений, самый младший, первым сделал Шульгина дедом. Но это родство — чисто биологическое. Общения с отцом у Арсения, как и у брата с сестрой, нет.
Чем он живёт сейчас
Сегодня Александру Шульгину 61 год. Он не женат. Официальной семьи нет. Но творческая деятельность, к его чести, не прекращается.
Он выпускает инструментальные альбомы. Создаёт крупные музыкальные произведения — своего рода симфонические полотна. Пишет саундтреки для телевидения и сериалов. Одна из самых масштабных его работ — композиция, посвящённая Сибири и озеру Байкал. Мощная, эпичная, совсем не похожая на его старые эстрадные хиты.
Кроме музыки, Шульгин получил богословское образование в Православном Свято-Тихоновском университете. Увлёкся этническими направлениями — собирает фольклор, изучает обрядовые песни. И параллельно интересуется инвестициями в технологические проекты. Человек-оркестр, как и прежде.
В светской жизни он почти не появляется. Интервью даёт редко, а когда даёт — о личном говорить не любит. Изредка обмолвится, что «сердце свободно». И всё.
Известно, что у него есть внуки от сына Арсения. Но отношения с семьёй, по данным близких, он не поддерживает. О прошлых конфликтах предпочитает не вспоминать. Слишком больно. Или слишком стыдно. Или просто уже неважно.
Сегодня Шульгин ведёт закрытый образ жизни: без лишнего шума, но с постоянной работой. Он остался тем, кем был изначально, — музыкантом-самоучкой, одержимым своим делом. Только без семьи, без детей, без той самой певицы Валерии, которая когда-то была центром его вселенной.
Так сложилась жизнь Александра Шульгина после развода. 24 года — огромный срок. Можно было всё исправить, всё переиграть. Но, видимо, не всё в этой жизни исправляется. И не все раны заживают, даже если их не трогать.