Помните картины, где Николас Кейдж сходит с ума? В смысле, не вся его фильмография, а где он по-настоящему безумен. Знаменитый безумный взгляд молодого племянника Копполы, разлетевшийся на мемы. Что же это за сумасшествие в глазах его персонажа? Это, дамы и господа, странная, трэшовая комедия, где Кейдж становится вампиром (репетиция Дракулы для «Рэнфилда»).
Режиссёр Роберт Бирман представляет нам менеджера Питера, который строг к своим сотрудникам, посещает психолога и не прочь развлечься после бара с очаровательной красоткой. Кажется, типичная (киношная) жизнь американца, для которого поход в бар после работы – это ежедневный ритуал. Всё бы нечего, но в эту безмятежную рутину добавлено вампирское фэнтези (нужно быть внимательнее при выборе партнёрш), что целиком и полностью меняет жизнь Питера.
Символизм в картине на каждом углу: от летучей мыши в форточке до укусов на шее. Естественно, ещё Джон Карпентер поговаривал, что вампирами не становятся сразу, поэтому зрителю представлена постепенная трансформация персонажа. К сожалению, главный сюжетный поворот режиссёр раскрывает почти на середине хронометража, что уничтожает интригу финала. Те не менее, Питер меняет образ жизни, постепенно сходя с ума. Это выражается также на его подчинённых, в частности на клерке Альве, которая вынуждена терпеть все издевательства босса и выполнять поставленные задачи.
Зрителю предстоит погрузиться в безумие Николаса Кейджа, когда он был ещё молод. Актёру на момент съёмок было 24 года, но эти вываливающиеся глаза! Герой Кейджа не просто сходит с ума, он также доставляет неудобства окружающим. Ведь превращение в вампира меняет не только приоритеты, но и физические потребности. Мания преследования своей сотрудницы, охота на жертв в ночных клубах и затворнический образ в квартире, уже переоборудованной под жизнь упыря.
Страшно и комично Питер выстраивает свою жизнь. Местами операторская работа делает особый акцент на безумии, вот только со временем возникает вопрос, который охватывает всех вампиров. Но, чем больше зритель готовиться к преобразованию Питера, тем больше герой поражает своим поведением, пока в отчаянной попытке он не понимает, что хочет и готов стать вампиром, что ему нужно как-то подтолкнуть свой организм к трансформации. Это не Антон Городецкий из «Ночного дозора» Тимура Бекмамбетова, пьющий кровь из банки, это более сумасшедшая и бредовая затея.
Зато Кейдж получается полное удовольствие от процесса съёмки. Мне кажется, что он просто импровизировал, а Роберт Бирман оставлял всё это в кадре, чтобы добавить ещё больше странного безумия. Ключевым становится демонстрация обратной стороны такого преображения, когда зритель видит, к чему привёл поцелуй вампира. Этот неожиданный поворот, который уже заявлял о себе ранее, разрушает представление о персонаже и дарит нам концовку под стать всему хронометражу фильма. Что в этом крутого на сегодняшний день? Бредовое существование персонажа, активная трансформация и Николас Кейдж. По крайней мере, этот актёрский опыт показал Кейджа на стадии зарождения необычных, эксцентричных ролей.