Смерть Петра III — один из самых туманных и обсуждаемых эпизодов российской истории XVIII века.
Официально все выглядело просто: император умер вскоре после свержения, а новая власть во главе с Екатериной II объявила причиной «геморроидальную колику». Но если вчитаться в свидетельства современников, картина начинает меняться — и превращается в почти детективную историю.
По одной из версий, которую записал в дневнике сотрудник датского посольства Адреас Шумахер, смерть Петра наступила вовсе не 6 июля, как утверждал официальный манифест, а двумя днями раньше — 4 июля 1762 года. Причем датчанин прямо писал о насильственной гибели: императора якобы задушили ружейным ремнем. Исполнителем назывался не привычный для учебников круг заговорщиков, а малоизвестный Шванвиц — бывший лейб-компанец, физически сильный человек, действовавший не один.
Косвенные детали только усиливают подозрения. Например, загадочная судьба камер-лакея Маслова — потенциального свидетеля событий в Ропше, где содержался под арестом бывший император. По одним данным, он «заболел» и был отправлен в столицу, по другим — его просто вывели из дворца и увезли в неизвестном направлении. В обоих случаях результат красноречив: ключевой свидетель исчезает накануне гибели императора.
Интересно и описание реакции Екатерины, оставленное французским дипломатом Клавдием Рюльером. По его словам, известие о смерти супруга застало императрицу за обедом. Вошедший в зал человек (традиционно считается, что это был Алексей Орлов) выглядел потрясенным: растрепанный, в пыли, с явными следами спешки. Екатерина без лишних слов удалилась с ним в кабинет, а спустя несколько минут уже обсуждала с Никитой Паниным, как правильно подать новость народу.
«Она встала, не говоря ни слова, прошла в кабинет, куда он за ней последовал, и через несколько минут приказала позвать туда графа Панина, уже назначенного министром. Она сообщила ему, что император умер, и советовалась с ним о том, как объявить народу об этой смерти. Панин посоветовал дать пройти ночи и распустить это известие на другой день, как будто оно было получено в продолжение ночи», — пишет дипломат.
«Приняв этот совет, императрица возвратилась в столовую с прежним спокойным видом и также весело продолжала свой обед. На другой день, когда объявили о том, что Петр умер от геморроидальной колики, она вышла, заливаясь слезами, и выразила горечь свою в особом манифесте», — заметил Рюльер.
Таким образом, решение было сугубо политическим: объявить о смерти не сразу, а на следующий день — как будто известие поступило ночью. И действительно, официальная версия прозвучала аккуратно и «медицински»: император умер от болезни.
Главный вопрос, который волнует историков уже более двух столетий: знала ли Екатерина о готовящемся убийстве? Прямых доказательств ее приказа нет. Даже современники расходились во мнениях. Тот же Шумахер отрицал ее причастность, полагая, что инициатива исходила от заговорщиков, стремившихся обезопасить себя. Но в этой логике есть слабое место: если Петр представлял угрозу для них, то он тем более был угрозой для самой императрицы.
Ключ к пониманию ситуации — в политическом контексте. Екатерина, скорее всего, не отдавала прямого приказа убить мужа. Но и заговорщики вряд ли решились бы на такой шаг, не будучи уверены в ее молчаливом согласии и собственной безнаказанности. Особенно показателен тот факт, что Алексей Орлов позволял себе писать императрице письма с прозрачными намеками на «необходимость» избавиться от Петра.
После гибели императора у Екатерины оставался выбор: начать расследование, наказать виновных и обнародовать правду или же умолчать о том, что произошло в Ропше. Расследование привело бы к удару по собственной власти: среди участников переворота был ее фаворит Григорий Орлов. В итоге Екатерина выбрала молчание.
Официальную версию Екатерина отстаивала до конца жизни. Даже в частных разговорах, например с польским королем Станиславом Понятовским, она повторяла ту же историю: болезнь, ухудшение состояния, безуспешная помощь врачей. При этом императрица добавляла детали, вплоть до описания «маленького и сморщенного сердца» покойного. Но проверить эти слова невозможно: ни протокола вскрытия, ни медицинского заключения не сохранилось.
Если вам понравилась статья, поставьте лайк этой публикации — так её увидит больше читателей. Подписывайтесь на нашу группу «Вконтакте» — там вы найдёте дополнительные материалы к статьям и новые увлекательные истории.