18 апреля исполняется 95 лет со дня рождения народной артистки РФ Нины Ивановны Гуляевой (1931 – 2025).
На сцене Художественного театра она прожила огромную творческую жизнь – более 70-ти лет, от роли Сережи в «Анне Карениной», которую сыграла на втором курсе Школы-студии МХАТ, – до Бабушки в спектакле Айдара Заббарова «Белые ночи» (премьера 2019 года). МХАТ был действительно ее домом – с самого начала молодую актрису тепло приняли «старики» Художественного театра, здесь она встретила свою любовь – Вячеслава Михайловича Невинного, который стал ее мужем, в Художественном театре играл ее сын Вячеслав Невинный-младший.
Сегодня мы хотим вспомнить пять ролей блистательной актрисы во МХАТе.
Суок, «Три толстяка», режиссер Владимир Богомолов, 1961
У этого спектакля по сказке Юрия Олеши была долгая жизнь, он прошел 761 раз. Его очень любили зрители. И в немалой степени из-за Суок – так убедительно Нина Ивановна играла куклу наследника Тутти и живую девочку. Сама Гуляева рассказывала о спектакле так: «Ставил спектакль Володя Богомолов, репетировали все увлеченно. Я взяла для репетиций широкую юбку, из нее сделала пачку, и получилась широкая юбочка. Бант себе присобачила, еще что-то придумала, чтобы было “более или менее”... Слава Невинный уже был тогда в театре. Он играл продавца воздушных шаров. Тут уж у нас возникли отношения, он начал меня провожать, какие-то конфеты мне все время дарил. Когда я стала изображать куклу, Володя Богомолов сказал: “Может быть, тебя как-нибудь подозвучить?” И Слава придумал: “О! Я буду подозвучивать ее!” Так и было. Он за это деньги получал как “шумовик”. Раньше за это платили. “Три толстяка” мы играли много лет. Уже мой Славка пришел на спектакль, ему было, наверное, пять лет. После спектакля они с отцом меня поджидали, и я спрашиваю: “Ну, Славочка, тебе понравилось?” Он говорит: “Мама! Ты такая маленькая...” Подошел к штакетнику и показал на него: “Ну, вот такая…”».
Александра, «Егор Булычов и другие», режиссеры Борис Ливанов, Иван Тарханов, 1963
В постановке по пьесе Максима Горького Нина Гуляева играла любимую дочь главного героя Егора Булычова, Александру. И была в этой роли совершенно пленительна. Вот ее рассказ об этом спектакле: «В “Булычове” Ливанов становился еще мощнее — двухметровый... шапка была богатая, лисья... И огромная черная суконная, подбитая лисой, шуба — в пол! Вот так выходил он на сцену — проходил анфиладу комнат на крутящемся круге, руки в перстнях, какие-то часы с золотой цепочкой. Купец, Демидов, гигант! И вот идет он сквозь и кричит: “Шурка! Шурка!” И идет, идет... А я с другого конца бегу к нему навстречу через эту же анфиладу, выбегаю на зрительный зал. “Папа!” — ору. Он уже не идет, а бежит, все быстрее, быстрее, рванулся ко мне, широко расставив руки, и я на него прыгаю, буквально прыгаю. Он говорит: “Плохо прыгнула. Плохо!” Я сначала стеснялась: как же это, я так не могу... “Да не бойся ты ничего. Мне не больно”. Я то как прыгну, так коленками и стукну его. А потом, когда он умер, оказалось, что у него уже был рак печени... Но тогда мы ничего не знали. И он заставлял меня прыгать... И чем выше я прыгну, тем больше он меня хвалил: “Молодец!” Хватал он меня, поднимал, прижимал к себе, а я болтала ногами — и хохотала, и брыкалась, он же не отпускал меня, и мы с ним шли, я целовала его: “Папа! Папа! Здравствуй, здравствуй!” И смеялись, смеялись, и он бежал со мной бесконечно — и всегда аплодисменты, мы просто тонули в аплодисментах! Всегда».
Старуха Анна, «Последний срок», режиссер Владимир Богомолов, 1977
За эту роль Нина Ивановна получила Государственную премию. То, что режиссер Владимир Богомолов доверил именно ей воплотить на сцене образ старухи Анны из повести Валентина Распутина, было смелым ходом – ведь Нине Ивановне в год премьеры спектакля исполнилось всего 46 лет, и она меньше всего ассоциировалась с возрастными ролями. Скорее в памяти зрителей еще были свежи роли девчонок и мальчишек, которые Гуляева играла во МХАТе, ведь начинала она как травести. А тут – 80-летняя деревенская старуха, созывающая своих детей, давно живущих в городе, в предчувствии того, что ей пришел «последний срок»: мудрая, добрая, бесконечно трудолюбивая. В этой роли открылась новая грань актерского дарования Гуляевой, Нина Ивановна поднималась в ней до подлинно трагических высот.
Дорина, «Тартюф», режиссер Анатолий Эфрос, 1981
В постановке Анатолия Эфроса был блистательный состав: Тартюфа играл Станислав Любшин, Оргона – Александр Калягин, Эльмиру – Анастасия Вертинская, госпожу Пернель – Ангелина Степанова, Клеанта – Юрий Богатырев. Нина Гуляева, выходившая в роли хитроумной и проницательной служанки Дорины, была не менее яркой звездой этого триумфального спектакля. Рецензенты писали о ее героине так: «Она живет всеми событиями в доме, первой распознает в Тартюфе его истинную сущность, оказываясь умней, активней хозяев, и, не боясь, открыто высказывает свое возмущение. Монологи Дорины сложны — в страстном порыве обличения надо передать все оттенки стихотворной речи. И надо отдать должное актрисе — она делает это мастерски». Дорину называли «горластой и шаловливая умницей с улыбкой на устах», которая «отваживается дерзко перечить холодно чопорной, сварливой госпоже Пернель — А. Степановой». Со временем в спектакле сменились основные исполнители и Тартюфа стал играл Алексей Жарков, Оргона – Александр Семчев, а госпожу Пернель – Кира Головко и Раиса Максимова, но Дорина Гуляевой по-прежнему радовала зрителей.
Бабушка, «Белые ночи», режиссер Айдар Заббаров, 2019
Это была последняя премьера, в которой она сыграла. «Белые ночи», инсценировка повести Федора Достоевского. Нина Ивановна выходила в роли Бабушки, у которой жила юная Настенька (Надежда Жарычева). Витальная, сияющая той ясной благородной красотой, которая в определенном возрасте больше свидетельствует о правильно прожитой жизни, чем о природных данных, Бабушка Гуляевой вовсе не выглядела деспотом или ханжой. Инспектируя чтение внучки (не оказалось бы среди книг безнравственных сочинений!), Бабушка ностальгировала по тем временам, когда под переплетами прятали любовные записки. Ее желание привязать к себе внучку – приколов ее платье к своему булавкой – было скорее от избытка жизненных сил: с Настенькой интересно, она дает энергию. Бабушка с большим энтузиазмом откликалась на предложение постояльца поехать в театр, на “Севильского цирюльника”. В этот момент Гуляева начинала напевать арию Розины, с лукавой оглядкой на зал сетовала, что в старину были “такие партнеры” и “такие спектакли” – не чета нынешним, но слышалось в этом не брюзжание, а предвкушение, ожидание нового праздника. Обаятельные фиоритуры ее Бабушки и сегодня звучат в памяти.
В тексте использованы рассказы Нины Ивановны Гуляевой, записанные народным артистом России Виктором Гвоздицким, из его книги «Последние».
Фото Екатерины Цветковой, Игоря Александрова и из фондов Музея МХАТ