Блатная песня как культурный код нашей страны

Писатель, поэт и бард Юз Алешковский сочинил песню «Окурочек» . К этому времени он уже двенадцать лет как освободился из лагеря и пять лет как был автором песни «Товарищ Сталин, вы большой ученый». «Окурочек» отчасти стал международным хитом: песню по совету Дины Верни взял в свой репертуар французский шансонье Ив Монтан, которого поразил внутренний драматизм произведения.

Мы не сидели, не «мотали срок» и не прятали заточку в сапоге. Но когда на кухне под гитару кто-то затягивал «Таганку» или «Ванинский порт», внутри что-то предательски щемило. Нам хотелось выпить водки, обнять соседа и заплакать о своей сложной, «пропащей» доле, даже если самая большая наша проблема — это ипотека и просроченный отчет на работе.

Как так вышло, что «блатняк» стал культурным кодом страны, которую не сажали поголовно, но которая поет эти песни с таким надрывом, будто завтра этап? Давайте разбираться. И заодно выясним, при чем тут гений Высоцкий, французская муза и концерт, на который вам точно захочется пойти.

Аркадий Северный. По легенде, интерес к городскому фольклору проснулся в нем, после того как вернувшаяся из колымского лагеря сестра Людмила подарила ему тетрадку с песнями.

Что такое «блатная песня» на самом деле?

Многие ошибочно называют шансоном всё, где есть аккорды Am и Dm. Но настоящий блатняк — это не коммерческая попса про «рюмку водки на столе». Это народный эпос, родившийся в конце XIX века на каторге и окончательно сформировавшийся в лагерях ГУЛАГа .

Это музыка маргиналов, кодекс чести, переложенный на три аккорда. В отличие от слащавого «коммерческого шансона» про красивую жизнь и богатых папиков, настоящая блатная песня — это минорная, надрывная, часто страшная по содержанию история. Там не хвастаются богатством, там рассказывают, как герой случайно зарезал родную мать и теперь страдает . Или как пароход увозит его на Колыму, и «передач не видать, как своих ушей». В этом жанре убийца и вор — всегда страдалец. Он жертва обстоятельств, романтик, которого «засосала опасная трясина».

Когда увидел эту фотографию, то вспомнил строчки: "Из колымского белого ада Шли мы в зону в морозном дыму..."

Почему мы все знаем эти песни?

Ответ прост: советская власть сама загнала блатняк в народ.

1. Магнитофонная революция. В СССР это был запрещенный плод. Официальной эстрады с такими текстами не существовало, зато были катушечные магнитофоны и записи Аркадия Северного с «Братьями Жемчужными». Слушать «Гоп-стоп» на перемотке было актом свободы .

2. Кухонные посиделки. Интеллигенция, которая никогда не видела зоны, пела «По тундре, по железной дороге» именно потому, что это было пронзительно честно на фоне казенного вранья с телеэкранов. Это была «элитная музыка для шпаны», которая вдруг стала голосом настоящих чувств .

3. Лагерная пыль. Миллионы людей прошли через лагеря и вернулись. Они принесли этот фольклор с собой в коммуналки. Даже те, кто не сидел, жили бок о бок с этой болью.

Высоцкий и «блатняк»: как интеллигент переиграл урок

Владимир Высоцкий. Поначалу основу репертуара Высоцкого составляли чужие произведения — это были тюремные и уличные песни «Постой, паровоз», «Течёт речка», «Была весна» и другие.

Многие уверены, что Высоцкий сидел. Настолько достоверно он пел про «Большой Каретный» и «Бодайбо». Это миф. Владимир Семенович в тюрьме не был ни дня .

Но его ранние дворовые песни потому и стали народными, что он разрушил романтику блатного мира изнутри. Там, где урка пел про «фарт», Высоцкий показывал, что это «темень тьмущая», где «товарищ может продать», а финал у героя — всегда тупик и тоска . Он взял блатную форму и вложил в нее экзистенциальный ужас целого поколения. Он сделал так, что блатные песни запели инженеры и врачи, увидев в «нейтральной полосе» не зону, а жизнь в СССР. Он показал, что «весь мир — тюрьма», но мы не урки, мы заложники системы .

От подворотни до кабаре: куда идти за настоящей эстетикой сегодня?

Сегодня жанр, к сожалению, сильно опошлили поп-шансоном про «бокал-пожарче» и конвейерными хитами радио «Шансон» (которое, иронично, придумали только в 90-е как маркетинговый ход, чтобы легализовать запрещенку) .

Но есть проекты, которые возвращают этому явлению глубину и искусство. И здесь мы переходим от теории к делу.

Если вы хотите не просто послушать «блатняк», а прожить его как высокую драму, в Питере грядут два события, которые нельзя пропустить.

1. Кабаре «Шум»: Блатной код: музыка на краю закона

эстетика «дна» в прочтении Анастасии Солари. Режиссер Юля Вишневская создает не просто концерт, а настоящее кабаре. Здесь хулиганский дух одесских двориков встречается с изысканной театральностью. Это тот случай, когда песни «для шпаны» звучат как элитное искусство, не теряя своей колючей, надрывной сути.

2. Спектакль «Элитная музыка для шпаны» в МТК — 21 апреля

Это бомба для тех, кто любит красивые и страшные истории. Спектакль посвящен Дине Верни — удивительной женщине, музе скульптора Майоля, участнице французского Сопротивления, которая спасла от забвения пласт лагерной русской песни. Она вывозила эти «запрещенные голоса» на Запад. Какой шик, какой риск! Спектакль в МТК — это попытка разгадать загадку: почему парижская элита сходила с ума по русской тоске и что за свобода скрыта в этой «элитной музыке» .

Блатная песня — это наша коллективная тень. Мы вышли из той кухни, но аккорды Am и Dm до сих пор заставляют сердце биться чаще. Хотите понять про себя что-то важное? Сходите на «Дину Верни» или в «Шум». Там будет настоящий нерв. А вы какую блатную песню помните наизусть с детства?

Напишите в комментариях, проверим вашу "кухонную" подготовку!