Ужинали вчера со знакомой, знакомой срочно нужно было поделиться новостями.
Она где-то год назад замутила роман, все буквально насторожились. Мужчина был приличный, обитал в Дубае и работал там по контракту. Работал он не садовником, то есть платили ему хорошо и в комфорте он знал толк. Эта моя знакомая к нему слетала раз, слетала два, вроде как дельце-то и сладилось. Она у него там в этом его комфорте сидела по несколько месяцев, то есть буквально сидела - он всю неделю в офисе, приезжает поздно, а она весь день кукует в квартире. Правда, там при квартире палисадничек, так что иногда она куковала в палисадничке, но редко, там днем без кондиционера особо не покукуешь. Вечером он являлся, приносил что он там привык есть, они ужинали, а после уже было как-то и спать пора.
Пару раз он свозил ее на уикенд куда сам привык ездить, и еще пару раз они съездили в отпуск, куда опять же он хотел. Дома у нее в это время не происходило никакого развития: с работы она уволилась ради этой великой любви, пассивного дохода не было никакого, мужик не чесался ни туда ни сюда, и ее стала как-то беспокоить эта финансовая(зачеркнуто) неопределенность. Она посмела намекнуть, реакция была ожидаемая и вскоре все это дело развалилось.
То есть новость, которой нужно было срочно поделиться, заключалась в том, что вот же ж козел.
И самое мерзкое, говорила эта моя знакомая, воздевши ввысь вилку с маринованным шампиньоном, - самое мерзкое, что никто меня не понимает. Все говорят - да где ж он козел-то, он же столько для тебя сделал. А где он что для меня сделал? - звенела она, сверкая очами. Я вижу, что он делал для себя - вот это я вижу, да. А что он делал для меня - нет, не вижу. Ни фига он для меня не сделал.
Мне вспомнилось, как моя мама когда-то рассказывала про одну коллегу с работы. Была у них такая сотрудница, молодая задорная блондинка с перманентом, находилась в разводе и жила одна. Получала она в этом их НИИ ерунду, как все бабы, но нрав имела жизнерадостный и решала эту проблему посредством разнообразной личной жизни.
Она ходила на танцы в Дом Офицеров и танцевала там, соответственно, с офицерами. Им тогда еще мало-мальски сносно платили, с НИИшными зарплатами не сравнить, поэтому какой-нибудь майор считался щедрым кавалером. Познакомившись на танцах, они с майором ехали к ней домой, под сень струй. Задорная блондинка заливалась серебристым смехом, и майор, хоть и сильно спешил под сень, но все же правила знал и по пути они заворачивали в гастроном. Где майор приобретал все, что могло понадобиться на свидании - например, водку. Ну и шампанского даме. И чем закусить.
На этом знание правил у майора заканчивалось, а вместо него включалась, наоборот, рачительность. И закуски он покупал с большим скрипом, вот прямо ровно чтоб закусить выпитое. А у героини повествования замысел состоял в том, чтоб этот баран не просто поматросил, а забил ей холодильник, и чтоб ей в ближайшую неделю не тратиться на пропитание, потому что зарплата в НИИ была см. выше. Так что еще вопрос, кто из влюбленных был рачительнее, а также во весь свой гигантский рост вставал вопрос, кто кого сборет. Майор тоже был не мальчик и деньги считать умел не хуже.
Но бедняга не знал, с кем связался.
Серебристо хохоча, блондинка показывала пальчиком на 200г пошехонского сыра, приобретенные кавалером, хлопала ресницами и вопрошала: - Это ты себе купил, да? А мне?
Кавалер багровел загривком и кряхтя, лез снова за кошельком. Пропитание на неделю было обеспечено, и предстояла ночь любви. Жизнь была не так уж плоха.