Пиратские саги, овеянные мистикой и соленым ветром, всегда будоражили умы. Чаще всего это были предания о корсарах, бороздивших южные моря. Но стоило лишь тени корабля-призрака скользнуть по страницам такой легенды, как она тут же обретала бессмертие в сердцах читателей.
И лишь немногим известно, что своя, не менее загадочная история о призрачном судне хранится в холодных водах русской Ладоги.
История карельского «Летучего голландца» началась летом 1955 года, и рассказал её старшина Балтийского флота Семён Шкруднев. Он гостил у родных в небольшом посёлке на ладожском берегу.
Как-то под вечер Семён вышел на моторке в озеро — проверить расставленные сети. В сгущавшихся сумерках лодка на полном ходу врезалась в скрытое под водой бревно. Проклиная свою близорукость, Шкруднев поплыл к видневшемуся вдали острову. Единственной его надеждой было дождаться утра и подать сигнал какому-нибудь судну.
"Капитан, куда ведет нас судьба?
С рассветом, сквозь предрассветный туман, моряк увидел судно у озера. Он позвал на помощь, но ответа не последовало.
Охваченный тревогой, моряк нырнул в воду, чтобы выяснить судьбу экипажа. Ухватившись за канат, Шкруднев поднялся на борт.
Мужчина ощутил холод, который не мог списать на обычную утреннюю прохладу озера. Этот холод был неестественным, пробирающим до костей. К тому же, моряка встревожили многочисленные трупы чаек и отвратительный запах гниющих водорослей и тины. Людей же не было нигде.
Вдруг у штурвала он заметил фигуру, укутанную в брезентовую робу. Облегчение захлестнуло его – наконец-то он нашёл кого-то живого! Первым, что вырвалось из его уст, был вопрос:
– Куда идём, капитан?
В ответ раздался хриплый, словно от долгого молчания, голос:
Когда человек у штурвала повернулся, Семён застыл в ледяном ужасе. Вместо лица под фуражкой зияли кости черепа, их гладкая поверхность тускло блестела, а глазницы были черными, бездонными провалами.
Не в силах вынести это кошмарное зрелище, моряк мгновенно нырнул в темные воды и, собрав последние силы, поплыл прочь от призрачного судна. Судьба была к нему благосклонна: на горизонте показался рыболовецкий баркас. Заметив барахтающегося в воде Семёна, его вытащили на борт.
Капитаны, чьи суда бороздили просторы Ладожского озера в последние семь десятилетий, наверняка предпочли бы, чтобы история Семёна Шкруднева осталась лишь вымыслом. Но, увы, это мрачное судно не раз появлялось в разных уголках Ладоги, словно призрак.
Чаще всего его видели в те часы, когда мистика особенно сильна: на заре, в сумерках и под светом полной луны. И никто, кроме самого Шкруднева, так и не осмелился ступить на палубу этого зловещего корабля…
