Серафим, сегодня у него закончилась срочная служба, он демобилизовался — и я, отец, забираю его домой. Сынок мой, Серафим… В эти долгие месяцы я писал самые светлые свои полотна — но ни одно из них не сияло так, как сейчас сияет этот день, когда моя кисть наконец может отдыхать, потому что её место заняло твоё живое, родное плечо. Я столько раз представлял, как провожу пальцами по знакомому рисунку твоего лица, проверяя, не стерла ли его служба, как время — краски со старого холста, — и вот сегодня реальность оказалась прекраснее любой моей картины: ты вернулся целым, ты стоишь предо мной, и этот час — самый торжественный и тихий в моей жизни. Серафим, я забираю тебя домой, где весь год, мы всей семьей молились и ждали, и я так безмерно счастлив, что мой ангел, мой мальчик, наконец-то дома— невредимый, живой, настоящий. Спасибо Господи за всё!
