— Катя, это не активная фаза, это отсутствие элементарного воспитания! Ребенок в восемь лет должен понимать, где можно беситься, а где нужно вести себя прилично. А Алиса? Посмотри на нее! Ты потакаешь им во всем, Катя. Буквально во всем. Они же на голову тебе сядут. Ты хоть понимаешь, что ты растишь эгоистов, которые не знают слова «нет»? Для моего сына подарки были поощрением, наградой! А у вас? Вчера я видела, как ты купила Тимофею дорогущий конструктор просто потому, что он заныл в магазине.
***
Восьмилетний Тимофей, не обращая на бабушку никакого внимания, сделал очередной кувырок, едва не задев ногой дорогую хрустальную вазу на журнальном столике.
— Тимофей, немедленно слезь с дивана! Ты его порвешь, это же итальянская кожа, отец на него полгода зарабатывал! — Лидия Петровна вцепилась в спинку кресла так, что побелели костяшки пальцев.
— Мне мама разрешила! — звонко выкрикнул он, тяжело приземляясь на подушки. — Она сказала, что диван — это не музейный экспонат, а место для игр! Мам, скажи ей!
Катя, невестка Лидии Петровны, вошла в гостиную с подносом, на котором дымились чашки с кофе. Она даже не взглянула на сына, который в этот момент пытался встать на голову прямо на сиденье.
— Лидия Петровна, ну что вы так нервничаете? — Катя мягко улыбнулась, ставя поднос на стол. — Это всего лишь вещи. Диван можно почистить или перетянуть, а радость ребенка — она бесценна. Пусть прыгает, у него сейчас активная фаза.
— Активная фаза? — Лидия Петровна почувствовала, как в груди начинает неприятно жечь.
Шестилетняя Алиса в этот момент увлеченно рисовала фломастерами прямо на обоях за шторой. Она услышала свое имя и на мгновение замерла, пряча руки за спину.
— Мам, я просто цветочки рисую! — пропищала девочка.
— Молодец, солнышко, — отозвалась Катя, даже не оборачиваясь. — Главное, чтобы тебе нравилось. Мы все равно планировали переклеивать обои через год.
Лидия Петровна медленно опустилась в кресло. Ей казалось, что она попала в какой-то сюрреалистичный фильм, где здравый смысл был объявлен вне закона.
— Я ращу свободных личностей, Лидия Петровна, — Катя присела напротив, изящно поднося чашку к губам. — Я не хочу, чтобы у них были травмы и комплексы. Пусть исследуют мир.
— Рисование на стенах — это не исследование мира, это неуважение к чужому труду! — отрезала свекровь. — Виктор в их возрасте уже знал: если хочешь получить новую машинку, нужно закончить четверть без троек и помогать мне на даче.
— Ему очень хотелось, — пожала плечами Катя. — Зачем мучить ребенка отказом, если у нас есть возможность купить?
— Чтобы он знал цену деньгам! — Лидия Петровна подалась вперед. — Чтобы он понимал: блага не падают с неба. Ты же его даже тарелку за собой помыть не просишь. Тимофей! Ну-ка, иди сюда.
Мальчик нехотя сполз с дивана и подошел к бабушке, вытирая вспотевший лоб.
— Что?
— Тимофей, ты уже большой. Почему после завтрака твоя грязная тарелка так и осталась стоять на столе? Иди на кухню и вымой ее. И кружку свою тоже.
Мальчик округлил глаза и посмотрел на мать.
— Мам, я должен мыть посуду? Ты же говорила, что я еще маленький и могу порезаться или разбить ее.
— Конечно, милый, — Катя бросила на свекровь предостерегающий взгляд. — Лидия Петровна, я же просила: не надо нагружать детей домашними делами. У них должно быть детство. Успеют еще наработаться, вся жизнь впереди с ее хлопотами и бытовухой. Пусть играют, пока есть возможность.
— Детство — это не синоним паразитизма, Катя! — голос Лидии Петровны сорвался на высокую ноту. — Полить цветы, убрать свои игрушки, вытереть пыль в своей комнате — это не «гнуть спину», это ответственность! Если он сейчас не научится ухаживать за своим домом, он и к жене потом будет относиться как к прислуге. Как Виктор...
Она осеклась. Сравнение было не в пользу ее сына. Виктор, хоть и вырос в строгости, дома палец о палец не ударял, привыкнув, что мать все делает сама. Но Лидия Петровна считала это сугубо своей ошибкой, а не системы воспитания.
— Вот именно, — подхватила Катя. — Виктор вырос под вашим прессом, и теперь он просто не умеет расслабляться. Вечно в напряжении, вечно боится ошибиться. Я не хочу такой судьбы для своих детей.
***
Вечером, когда Лидия Петровна уже собиралась домой, в квартиру вошел Виктор. Он выглядел изможденным: серый цвет лица, темные круги под глазами. Он бросил портфель в прихожей и, даже не разуваясь, прошел на кухню, где дети устроили настоящий «форт» из подушек и одеял прямо посреди прохода.
— Папа приехал! — закричала Алиса, бросая в отца мягким кубиком.
Виктор устало улыбнулся, присаживаясь на корточки.
— Привет, банда. Как вели себя? Бабушку не обижали?
— Бабушка злая, — буркнул Тимофей, не отрываясь от планшета. — Она заставляла меня посуду мыть. Сказала, что я лентяй.
Виктор нахмурился и посмотрел на мать, которая стояла в дверях кухни.
— Мам, ну опять ты за свое? Мы же договаривались.
— Витя, — Лидия Петровна тяжело вздохнула. — Я просто хочу, чтобы твои дети выросли людьми. Ты посмотри, что здесь творится. В доме хаос, дети неуправляемые, Катя только и делает, что улыбается. Ты хоть понимаешь, сколько она сегодня денег спустила в интернет-магазине? Привезли три огромных коробки с какими-то пищалками и нарядами. Для чего?
— Мам, если Катя считает нужным купить — значит, это нужно, — Виктор устало потер виски. — Я работаю для того, чтобы моя семья ни в чем не нуждалась. Тебе не кажется, что ты слишком вмешиваешься?
— Мне не кажется, Витя. Я вижу результат. Через десять лет ты будешь для них просто банкоматом, а Катя — аниматором. У них нет к вам уважения. Только требования. «Дай», «купи», «хочу». Ты хоть раз слышал от них «спасибо» сегодня?
Виктор промолчал. Он прошел к холодильнику, достал бутылку воды.
— Знаешь, — продолжала Лидия Петровна, — я вчера заходила к соседке, у нее внук — ровесник Тимофея. Так он сам в магазин за хлебом ходит! И в комнате у него идеальный порядок. А у вас? В детской завалы, я сегодня два раза чуть не упала, наступив на детальку лего.
— У соседа растет маленький солдат, — подала голос Катя, заходя на кухню. — А у нас — счастливые дети. Чувствуете разницу, Лидия Петровна?
— Я чувствую разницу между счастьем и вседозволенностью, дорогая моя. Счастье — это когда ты гордишься своими достижениями. А какими достижениями может похвастаться Тимофей? Тем, что он прошел очередной уровень в игре?
— Он прекрасно рисует! — вскинулась Катя.
— На обоях? — съязвила свекровь.
— На всем! У него творческий склад ума. И я не собираюсь забивать его мозг правилами о том, как правильно ставить тарелку в посудомойку.
***
Лидия Петровна старалась заходить реже, чтобы не портить себе нервы, но сердце все равно болело за внуков. Однажды она пришла без предупреждения — хотела занести домашние пирожки.
Дверь открыла Алиса. Девочка была в нарядном платье, которое все было заляпано чем-то фиолетовым.
— Бабушка, привет! У нас праздник! — закричала она.
— Какой праздник, Алисочка?
— Просто так! Мама сказала, что сегодня день шоколадных конфет. Мы съели целую коробку!
Лидия Петровна зашла в гостиную и замерла. Катя сидела на полу вместе с детьми. Весь ковер был усыпан фантиками, остатками шоколада и какими-то мелкими деталями от новых игрушек. На телевизоре висел кусок тюля — видимо, дети играли в привидений.
— Катя, ты в своем уме? — Лидия Петровна поставила сумку на пол. — У детей будет диатез! А ковер? Ты знаешь, как трудно отчистить шоколад от ворса?
— Ой, Лидия Петровна, — Катя рассмеялась, вытирая испачканный рот салфеткой. — Расслабьтесь! Ковер — это всего лишь шерсть. Мы его отдадим в химчистку. Зато посмотрите, как детям весело! Мы весь день придумывали страну Шоколандию.
— Страна Шоколандия... — прошептала свекровь. — А уроки? Тимофею завтра в школу. Ты проверила его портфель?
— Зачем его проверять? — удивилась Катя. — Если он что-то забудет, это будет его личный опыт. Он поймет, что нужно быть внимательнее. Я не хочу быть надзирателем.
— Ты не надзиратель, ты мать! Ты должна направлять! — Лидия Петровна начала собирать фантики с пола. — Тимофей! Немедленно начни убирать мусор. Алиса, помоги брату.
Дети замерли. Тимофей посмотрел на бабушку с нескрываемым раздражением.
— Бабушка, ты нам игру портишь. У нас сейчас бал в Шоколандии! Уходи на кухню, если хочешь ворчать.
Лидия Петровна замерла с фантиком в руке. Кровь ударила в голову.
— Как ты со мной разговариваешь? — тихо спросила она. — Ты понимаешь, кому ты это говоришь?
— Тимофей, извинись перед бабушкой, — лениво сказала Катя, но в ее голосе не было строгости. — Хотя, Лидия Петровна, вы действительно ведете себя слишком авторитарно. Это их пространство, их игра.
— Их пространство?! — Лидия Петровна выпрямилась. — В этом доме нет ни одного сантиметра пространства, за которое они бы заплатили или которое бы они сберегли! Катя, ты совершаешь преступление. Ты делаешь их неспособными жить в реальном мире. Реальный мир не состоит из Шоколандии. Там есть начальники, есть законы, есть обязанности. Что они будут делать, когда столкнутся с первым «нельзя»?
— Они будут достаточно сильными, чтобы изменить это «нельзя» под себя, — уверенно ответила невестка. — Или найдут другой путь. Мир меняется, Лидия Петровна. Сейчас ценятся креативность и свобода, а не умение ходить строем.
— Свобода без дисциплины — это хаос, — Лидия Петровна подхватила свою сумку. — Я не могу на это смотреть. Витя... Витя просто опустил руки. Он превратился в тень в собственном доме. Вы его доконаете своими аппетитами.
— Виктор счастлив, что у его детей есть то, чего не было у него, — бросила Катя ей вдогонку.
***
Скандал случился через неделю, на дне рождения Виктора. Лидия Петровна приготовила праздничный обед у себя дома — она хотела, чтобы все было чинно, красиво, со скатертью и переменой блюд. Она надеялась, что хотя бы в гостях дети будут вести себя сдержанно.
Они приехали с опозданием на сорок минут. Катя была в легком платье, Виктор — в помятой рубашке, а дети с порога начали носиться по маленькой квартире Лидии Петровны.
— Осторожно, там полка с сервизом! — крикнула свекровь, но было поздно.
Тимофей, пытаясь поймать Алису, задел локтем старинную фарфоровую статуэтку пастушки — единственную вещь, оставшуюся у Лидии Петровны от ее матери. Статуэтка разлетелась на мелкие кусочки.
В комнате повисла тишина. Лидия Петровна смотрела на осколки, и у нее дрожали губы.
— Ой, — сказал Тимофей, замирая. — Ну, она все равно была старая и некрасивая.
— Что ты сказал? — Лидия Петровна медленно повернулась к внуку.
— Ну, бабушка, не плачь! — Алиса подбежала к столу. — Мы тебе новую купим, еще лучше! Мама, скажи ей, что мы купим золотую пастушку!
Виктор подошел к матери, попытался обнять ее за плечи.
— Мам, прости... Я все возмещу. Это же просто фарфор.
Лидия Петровна резко сбросила его руку.
— «Просто фарфор»? Витя, это память! Это история! И дело не в статуэтке. Дело в том, что твой сын даже не извинился. Он сказал, что она «некрасивая». Ты понимаешь, что у него в голове? Там пустота! Там нет сочувствия, нет понимания ценности.
— Мам, ну он же ребенок...
— Он не ребенок, он маленький хам! — Лидия Петровна посмотрела на Катю. — Довольна? Вот твоя «свободная личность». Личность, которой плевать на чувства окружающих. Личность, которая считает, что все можно купить за твои деньги, Витя!
— Лидия Петровна, вы преувеличиваете значимость этого инцидента, — Катя подошла к столу и начала как ни в чем не бывало поправлять салфетки. — Вещи разбиваются, это жизнь. Не надо устраивать из этого трагедию Шекспировского масштаба. Вы пугаете детей своим криком.
— Я пугаю? — Лидия Петровна горько усмехнулась. — Нет, Катя. Это ты должна бояться. Бояться того дня, когда они подрастут и скажут тебе, что ты «старая и некрасивая» и пора бы тебе освободить пространство для их новых игр. Потому что ты не научила их любить. Ты научила их только потреблять.
— Это оскорбление! — вспыхнула Катя. — Витя, мы уходим. Я не позволю, чтобы в мой адрес летели такие обвинения.
— Да, пойдемте отсюда, тут скучно и все нельзя! — закричал Тимофей, хватая сестру за руку.
Виктор стоял между матерью и женой, переводя взгляд с одной на другую. Его лицо дергалось от нервного тика.
— Мам... Ну зачем ты так... Давай просто пообедаем...
— Нет, Витя, — Лидия Петровна указала на дверь. — Уходите. Идите в свою Шоколандию. Прыгайте на диванах, рисуйте на обоях. Но в моем доме будут правила. И если вы не можете их соблюдать — вам здесь делать нечего.
Когда дверь за ними захлопнулась, Лидия Петровна опустилась на пол рядом с осколками пастушки. Она не плакала. Она просто смотрела на фарфоровую голову, откатившуюся под диван. Ей было бесконечно жаль своего сына, который так и не нашел в себе сил стать главой семьи. И ей было страшно за внуков.
***
Лидия Петровна сидела на веранде своей небольшой дачи. Она давно разменяла свою городскую квартиру, чтобы не слышать бесконечных просьб Виктора о «помощи в бизнесе». Виктор в итоге обанкротился — его мягкость и неумение требовать дисциплины от подчиненных сыграли с ним злую шутку.
Приехал сын. Он постарел, осунулся, в волосах прибавилось седины.
— Как они, Витя? — спросила Лидия Петровна, наливая сыну чай.
— Тимофей бросил третий университет, мам. Говорит, что «система его подавляет». Сидит дома, играет в приставки. Катя все пытается найти ему «особую нишу», оплачивает какие-то курсы блогеров, но он ничего не доводит до конца.
— А Алиса?
— Алиса... — Виктор вздохнул. — Алиса уехала с каким-то парнем в Крым. Написала СМС, что мы «токсичные» и мешаем ей самовыражаться. Катя плачет каждый день. Она не понимает, почему они так с ней. Она же им все отдала.
Лидия Петровна посмотрела на заходящее солнце.
— Знаешь, Витя, — тихо сказала она. — Свобода без корней — это просто перекати-поле. Его носит ветром, пока оно не рассыплется в пыль. Ты хотел дать им крылья, а забыл дать землю под ногами.
Виктор молча кивнул.
***
Катя и Виктор в итоге развелись, не выдержав взаимных обвинений в неудачах детей. Лидия Петровна прожила долгую жизнь, так и не дождавшись искреннего «спасибо» от внуков, которые вспомнили о ней лишь тогда, когда пришло время вступать в наследство на ее маленький дачный домик. Тимофей так и не нашел своего призвания, перебиваясь случайными заработками, а Алиса спустя годы вернулась к отцу.
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.