Здравствуйте, дорогие читатели!
На этой неделе интернет буквально взорвался. Виктория Боня — блогер, бывшая участница «Дома-2», светская персона — записала двадцатиминутное видеообращение к президенту России Владимиру Путину. Ролик за считанные дни набрал больше миллиона лайков, его обсуждают буквально везде, а пресс-секретарь президента Дмитрий Песков публично подтвердил, что в Кремле видео посмотрели и приняли к сведению.
Казалось бы — вот она, настоящая сила народного голоса. Смелая женщина взяла телефон и сказала то, о чём хотели, наверное, сказать многие. Но, знаете, прежде чем аплодировать стоя, я предлагаю нам с вами сделать то, что мы на этом канале делаем всегда — заглянуть чуть глубже красивой картинки. Давайте спокойно разберёмся, кто именно взял на себя право говорить «от лица народа» и насколько этот голос можно считать подлинным.
Что сказала Боня и почему это задело миллионы
Темы, которые Виктория подняла в своём обращении, действительно сейчас у всех на слуху. Она говорила о наводнении в Дагестане, рассказала о мазутном пятне в Анапе, вспомнила о ситуации фермеров в Новосибирской области. Она подняла проблему блокировки социальных сетей, заступилась за осуждённых блогеров Чекалиных.
Всё это — насущные темы. И тот самый миллион лайков под роликом говорит, на мой взгляд, не о популярности самой Бони, а о том, как людям не хватает ощущения, что их проблемы кто-то озвучивает. Я это прекрасно понимаю и не собираюсь обесценивать чувства тех зрителей, которые возможно увидели в этом обращении свой собственный крик души.
Но у меня, как у человека, привыкшего внимательно смотреть не только на слова, но и на того, кто их произносит, возникло несколько очень неудобных вопросов.
Голос народа — из княжества Монако
Начнём с самого очевидного. Виктория Боня живёт за пределами России уже шестнадцать лет. И не где-нибудь в соседней Белоруссии или в ближнем зарубежье, а в княжестве Монако — одном из самых дорогих и закрытых мест на нашей планете.
Она сама неоднократно и с нескрываемым удовольствием рассказывала о своей жизни там: роскошные апартаменты, светские мероприятия, пластические операции стоимостью в четверть миллиона долларов.
Её дочь Анджелина-Летиция Смерфит родилась и выросла за рубежом, вдали от российской жизни. По многочисленным свидетельствам, девочка говорит по-русски с большим трудом, ломано, как на совершенно чужом для неё языке.
Это, безусловно, личное дело семьи, и я далёк от того, чтобы кого-то упрекать в выборе места жительства.
Но когда мама этой девочки произносит в камеру с проникновенным выражением лица: «Я с народом, я внутри народа» — невольно хочется задать простой вопрос: внутри какого именно народа, Виктория? Того, который мучительно выбирает между Монако и Лос-Анджелесом?
К слову, о Лос-Анджелесе. Виктория сама когда-то восторженно писала в своих социальных сетях, что этот город — «её город», что именно там она «чувствует себя дома».
Она с теплотой рассказывала, какие замечательные, добрые и отзывчивые люди живут в Америке, какие они дружные, «как одна большая семья». И тут же, в том же самом посте, с лёгкостью добавляла: а вот в России «так жить не умеют», «ушло единство и все изменились».
Это были её собственные слова, написанные добровольно и осознанно. И вот теперь тот же самый человек говорит президенту: «Это моя страна, это моё ДНК, я её ни на что не променяю».
Я допускаю, что Виктория действительно любит Россию — по-своему, на расстоянии, как любят красивое воспоминание из детства, которое приятно перебирать в памяти, сидя на тёплой террасе с видом на Средиземное море. Но между любовью издалека и ежедневной жизнью внутри страны со всеми её трудностями лежит огромная, непреодолимая пропасть.
Противоречия, от которых невозможно отмахнуться
И здесь мы подходим к самому неудобному. Если не полениться и собрать воедино публичные высказывания Виктории Бони за последние несколько лет, то перед нами складывается картина настолько противоречивая, что впору растеряться.
В декабре 2024 года, по данным нескольких крупных телеграм-каналов, включая канал Екатерины Мизулиной, появилась информация, что Боня в своих роликах заявляла о желании получить украинский паспорт и произнесла фразу, от которой у очень многих людей возникли двоякие чувства: «Украина мне дороже Крыма». Там же прозвучало ещё одно высказывание: «Россия — это не Путин, Путин — это не Россия».
Она публично поддержала украинского боксёра Александра Усика, который, мягко говоря, не отличался дружелюбием по отношению к нашей стране и позволял себе оскорбительные высказывания в адрес россиян.
Мизулина прямо назвала его укр*нацистом, и за эту поддержку Боня получила жёсткую, вполне заслуженную критику.
Но и это ещё не всё. В 2018 году она рекламировала подписчикам услуги некоего «своего шамана» и призывала людей к нему обращаться. Она годами рекламировала в своих социальных сетях препараты для похудения сомнительного свойства, что является прямой пропагандой нездорового отношения к собственному телу.
В отношении Виктории было возбуждено разбирательство по статье о пропаганде наркотиков.
Она открыто и без тени смущения рассказала, что её отношения с французским трейдером Пьером Андюраном были полностью фиктивными — бизнесмен заплатил ей полмиллиона долларов за создание публичного образа романтической пары.
Она продавала так называемые марафоны желаний и марафоны похудения, за что её критиковала даже Ксения Собчак, назвав это классическим инфоцыганством.
В 2023 году она заявила подписчикам, что «отличницы живут ниже среднего уровня и выглядят плохо».
Прекрасный пример для подрастающего поколения, не правда ли? И вот этот самый человек с таким послужным списком теперь берёт телефон, смотрит в камеру со словами: «Владимир Владимирович, вас боятся. Народ вас боится». При всём моём желании быть объективным — имеет ли моральное право транслировать такие громкие слова, который сам давно и добровольно выбрал жизнь, максимально далёкую от повседневной реальности этого самого народа?
Вместо финала: когда слова стоят дешевле лайка
Я не хочу быть несправедливым и ни в коем случае не претендую на роль судьи. И сами темы, которые она подняла в своём обращении, безусловно, заслуживают самого серьёзного внимания. Но мы с вами живём в эпоху, когда слова обесценились до предела, когда каждый второй блогер готов примерить на себя любую маску ради охватов и лайков.
И именно поэтому сегодня особенно важно смотреть не только на то, что человек говорит, но и на то, как он живёт. Когда человек шестнадцать лет проводит в Монако, рекламирует сомнительные препараты, поддерживает людей, оскорбляющих нашу страну, а потом вдруг надевает на себя белоснежную мантию народного заступника — это вызывает не восхищение, а глубокую тревогу. Потому что между искренним, выстраданным неравнодушием и красивым жестом на камеру лежит абсолютная пропасть. Так что громкие слова, вычитанные с листа, светской, гламурной “львицей”, которая явно далеко от мирских проблем, тяжело рассматривать всерьез.
Настоящие защитники народа, как правило, живут внутри него. Тихо, без камер и без миллиона лайков.
А вы как считаете, дорогие читатели? Может ли человек, давно и комфортно живущий за границей, по-настоящему говорить от лица российского народа? Или право на такие громкие слова нужно подтверждать не двадцатиминутным обращением в камеру телефона, а повседневной жизнью в своей стране, рядом со своим народом?
Очень жду ваших размышлений в комментариях.
Удачи вам, и пусть голоса, которые мы слышим, всегда будут настоящими.
До встречи!
С уважением, Дмитрий.
Нравятся такие истории? Если да — дайте знать, поставьте лайк, и я найду еще интересный материал.
Спасибо за вашу активность!
Если вам понравилось, подпишитесь, пожалуйста, на канал и прочтите также мои прошлые лучшие статьи: