Частичная мобилизация осенью 2022 года затронула около 300 тысяч человек. Уже тогда эксперты говорили, что это лишь «первая волна». Что, если гипотетически представить сценарий, при котором объявляется всеобщая мобилизация без ограничений по возрасту и профессии? Под ружьё ставят всех мужчин от 18 до 65 лет, независимо от состояния здоровья, семейного положения, наличия брони или работы на оборонку. Как изменится жизнь страны? Кто будет работать, лечить, учить, водить поезда? Давайте смоделируем этот почти апокалиптический сценарий.
Сценарий 1: Немедленный шок — экономика на паузе (первые 2-4 недели)
· Исчезновение миллионов работников. По данным Росстата, в России около 40 млн мужчин трудоспособного возраста (16–59 лет для мужчин по старому пенсионному возрасту, но с учётом повышения — до 65 лет). Даже если не всех призовут сразу, сам факт объявления всеобщей мобилизации парализует экономику. Мужчины начнут увольняться, прятаться, уезжать. Предприятия, особенно малый и средний бизнес, где владелец часто и есть главный работник, встанут.
· Коллапс критической инфраструктуры. Энергетика, транспорт, связь, ЖКХ, здравоохранение — везде работают мужчины. Если их призвать, кто будет следить за работой электростанций, управлять поездами, ремонтировать водопроводы, проводить сложные операции? Даже если оставят «бронь» для критически важных специалистов, их число будет минимальным. Как отмечают эксперты, «экономика военного времени» требует перераспределения ресурсов, но не их исчезновения.
· Паника и массовый исход. Опыт 2022 года показал, что объявление даже частичной мобилизации вызвал ажиотаж на билеты, очереди на границах, рост цен на жильё в странах СНГ. При тотальной мобилизации этот исход будет в разы масштабнее. Миллионы мужчин попытаются покинуть страну любыми способами — через границы, по рекам, лесами. Это создаст колоссальную нагрузку на погранслужбу и приведёт к человеческим трагедиям.
· Рост цен и дефицит товаров. Предприниматели, особенно мужчины, начнут закрывать бизнес. Производство товаров и услуг рухнет. При этом спрос останется (женщины, дети, старики). Дефицит породит спекуляцию и чёрный рынок. Государству придётся вводить карточки на продукты и товары первой необходимости.
Сценарий 2: Среднесрочная адаптация — женское лицо экономики (3-12 месяцев)
· Феминизация всех профессий. Женщины займут места мужчин на производстве, транспорте, в энергетике, ЖКХ, даже в армии (на вспомогательных должностях). Уже сегодня в России высок процент женщин-врачей, учителей, бухгалтеров. Но женщинам-водителям грузовиков, машинистам поездов, сварщицам, сталеварам придётся осваивать новые профессии в экстренном режиме. Это потребует ускоренных курсов обучения и пересмотра норм охраны труда.
· Мобилизация промышленности. Все предприятия, не связанные с обороной, либо закрываются, либо перепрофилируются. Швейные фабрики шьют форму, заводы — производят боеприпасы, автопром — собирает военную технику. Государство берёт под контроль распределение ресурсов, рабочей силы и продукции. Возвращается «пятидневка» с 12-часовым рабочим днём и отменой отпусков (кроме декретных).
· Изменение семейных ролей. Женщины становятся главными добытчиками. Мужчины — на фронте. Детей сдают в круглосуточные сады и школы-интернаты при заводах.
Пенсионеры выходят на работу в охрану, дворники, вахтёры. Подростки (с 14 лет) направляются на работу на склады, в сельское хозяйство, в службы доставки. Семья как институт временно перестаёт существовать в привычном виде.
· Социальная поддержка и расслоение. Государство вводит повышенные выплаты семьям военнослужащих, льготы на ЖКХ, бесплатное питание в школах для детей мобилизованных. Однако на фоне тотального дефицита и инфляции эти меры могут оказаться недостаточными. Возникает новое неравенство: между семьями, где кормилец на фронте (и получает пособие), и семьями, где все работают на заводе (и получают мизерную зарплату).
Сценарий 3: Долгосрочные последствия — демографическая катастрофа и новая реальность (1-5 лет)
· Демографический коллапс. Потери на фронте, даже при самом оптимистичном сценарии, будут исчисляться сотнями тысяч. Снижение рождаемости (мужчин нет дома, женщины работают по 12 часов), рост смертности от стресса, болезней и недоедания — всё это приведёт к резкому сокращению населения. После войны страну ждёт «демографическая яма» масштаба, сравнимого с Великой Отечественной, но без послевоенного бэби-бума (нет мужчин, нет ресурсов).
· Изменение гендерного баланса. После войны соотношение мужчин и женщин может достигнуть 1:3 или даже 1:4 в пользу женщин. Это изменит институт семьи: полигамия (неофициальная), поздние браки, рост числа матерей-одиночек. Женщинам придётся осваивать ещё больше «мужских» профессий на постоянной основе.
· Утрата интеллектуального и профессионального потенциала. Среди мобилизованных — инженеры, учёные, врачи, учителя, программисты. Их гибель или многолетнее отсутствие нанесёт непоправимый удар по науке, образованию, высокотехнологичным отраслям. Восстановление займёт десятилетия.
· Психологическая травма нации. Дети, выросшие без отцов, жёны, потерявшие мужей, матери, схоронившие сыновей — это поколение с травмой, которое будет передавать её дальше. Общество может озлобиться, утратить доверие к государству, стать более агрессивным или, наоборот, апатичным.
Сценарий 4: Сопротивление и «уклонизм»
· Массовое уклонение и эмиграция. Даже при тотальной мобилизации найдутся способы избежать призыва: фиктивные болезни, поддельные документы, побег за границу через третьи страны, уход в леса и подполье. Как показала практика 2022 года, сотни тысяч мужчин покинули Россию за первые недели. При тотальной мобилизации этот поток станет неконтролируемым.
· Коррупция и чёрный рынок «белых билетов». При дефиците законных оснований для отсрочки расцветёт рынок поддельных справок, взяток в военкоматах, услуг по нелегальному выезду. Это ещё больше подорвёт доверие к системе.
Заключение: Цена тотальной войны
Всеобщая мобилизация без ограничений по возрасту и профессии — это не просто военная мера, а тотальная перестройка всего уклада жизни страны, сравнимая с Великой Отечественной войной, но в условиях XXI века, с более хрупкой экономикой и взаимосвязанным миром.
В краткосрочной перспективе это вызовет:
· Экономический паралич и коллапс критической инфраструктуры.
· Панику, массовый исход и дефицит товаров.
· Исчезновение миллионов работников из всех сфер.
В среднесрочной — приведёт к:
· Феминизации всех профессий и детской трудовой мобилизации.
· Переводу промышленности на военные рельсы.
· Изменению семейных ролей и росту социального неравенства.
В долгосрочной — сформирует:
· Демографическую катастрофу и гендерный дисбаланс.
· Утрату интеллектуального и профессионального потенциала.
· Психологическую травму нации на поколения вперёд.
Главный вопрос этого мысленного эксперимента: способна ли страна выжить в режиме тотальной войны без потери своей идентичности, человеческого капитала и будущего? Опыт истории показывает, что даже после самых страшных войн (Вторая мировая) народы восстанавливались. Но цена такого восстановления — десятилетия жизни, миллионы судеб и фундаментальные изменения в социальной структуре.
Вероятнее всего, тотальная мобилизация в чистом виде никогда не будет объявлена именно из-за этих катастрофических последствий. Государство будет использовать более гибкие инструменты: поэтапное повышение призывного возраста, расширение списка востребованных специальностей, экономические стимулы для контрактников, «добровольческие» батальоны. Однако сам факт обсуждения такого сценария показывает, насколько хрупок современный мир и как быстро привычные гарантии могут исчезнуть.