Радио "Ночной Эфир" представляет
Аудио рассказ Максима Долгова в авторском прочтении в разделе "ВИДЕО"
"В затерянном среди тайги Навьинске праздник масок скрывает куда более древние и опасные ритуалы, чем кажется на первый взгляд. Но когда маски спадают, а роли меняются, остаётся лишь гадать, какой «несчастный случай» приготовила эта глушь".
Не стоит пренебрегать традициями. Даже если они не касаются вашего культурного наследия. За традициями стоит целая история. Присмотревшись внимательно, можно рассмотреть идеологии, в которые верит общество. Корни, от которых оно произросло. И образ жизни, совершенно несвойственный другому обществу. Именно это и заставляло Вадима Корнеева возвращаться в тайгу. На протяжении семи лет он раз в год садиться в автомобиль и отправляется за уральские горы. Он знает, что в самом сердце тайги, есть традиции, от которых жителей европейской части страны, бросит в холодный пот. Корнеев не просто изучал ритуалы народов севера, он и сам старался стать частью этой культуры.
Раскинув на столе дорожные записи и заметки, Корнеев сидел на застеклённой, залитой солнечным светом веранде. Перед его взором возвышался Кошкулак — несомненная гордость народа Хакасии.
Вид уже знакомый Корнееву, но Вадим не мог привыкнуть к этому величественному пейзажу. Кошкулак всегда казался ему таинственным созданием природы.
Взгляд скользнул к записям. Дорожные заметки аккуратно сложены слева. Вадим просмотрел их несколько раз. Оказалось, что в трёх часах езды, находится город, о существовании которого Корнеев узнал только сегодня. Официантка в баре «Чёрный и Белый», рассказала о Навьинске.
— Что, простите? — переспросил Корнеев, оторвав взгляд от записей. Утром он решил пройтись по Приисковому и вспомнил про один очень приятный бар. В этом учрежденьи всегда было спокойно и в меру тихо.
— У вас карта, — официантка, девушка лет двадцати двух, смотрела на разбросанные по столу заметки.
— Да, я это знаю, — с лёгким раздражением ответил Корнеев.
— Вы по городам местным ездите, я права?
Вадим свёл брови, но девушка рассмеялась, заметив замешательство в лице посетителя.
— Вы были у нас в прошлом году, — продолжила она, — и также что-то записывали и отмечали на карте. Вот я и решила...
— Да, это правда, — расплылся в улыбке Вадим. — Я путешествую по тайге. Приезжаю раз в год и посещаю несколько поселений.
— Вы блог на эту тематику ведёте?
— Нет, это я делаю для себя. Я так провожу отпуска, если вас устраивает такой ответ.
— Тогда вам нужен Навьинск, — продолжила она, — правда городок почти в сутках езды от нас. Но зато там есть невероятная традиция. На праздник местные жители носят маски.
— О, языческий ритуал? — Вадим ощутил, как в груди у него вспыхнуло пламя любопытства.
— Скорее карнавал, — отмахнулась девушка, — они маски в течение недели носят.
В бар вошёл посетитель, стряхивая с одежды снег.
— Как называется город? — одёрнул Корнеев официантку.
— Мне надо идти, — ответила она, — Навьинск, он вам понравится.
Она поспешила к посетителю, а Корнеев весь остаток дня думал только об этом городе.
Вернувшись в отель, он устроился на веранде. В действительности город такой есть. Но лишь только крошечной точкой на карте. В интернете никаких о нём записей. Но это вполне объяснима. В тайге очень много поселений, всё ещё скрывающихся от цивилизованного мира.
Корнеев ощутил, как гулко забилось сердце. Он должен посетить Навьинск, пусть это даже изменит его планы.
Вадим уже начал собирать бумаги, когда наткнулся на ещё одну карту. На ней семь отметок, рядом с каждой надписи: разорван медведем, утонул в реке, сорвался с горы, погиб от переохлаждения, умер от голода, съеден волками.
Корнеев сложил карту и посмотрел в сторону Кошкулак. Над горой зависла серая туча, медленно надвигаясь в сторону города и угрожая перерасти в снежный буран.
***
Он прибыл на место спустя двадцать часов. Поездка по заснеженным дорогам сказывалась усталостью в теле. К тому моменту, как Корнеев проехал дорожный указатель с табличкой «Навьинск», на улице уже стемнело.
Тучи полностью отрезали мир от солнечного света, но город встретил рядами уличных фонарей. Жёлтые лучи, разрезая полумрак, усеянный сотнями снежинок, освещали просторную дорогу. За спинами фонарных столбов проглядывались силуэты домов. Частный сектор оказался довольно современным. Дорогу окружали чистые тротуары, а в окнах домов горел свет. Световые приборы висели и на фасадах, порой щедро освещая двор. Постепенно воображение Корнеева начало дорисовывать недостающие элементы, формируя приятное впечатление от города.
Уже вскоре появились первые жители. Парочки прогуливались по тротуарам, невзирая на испортившуюся погоду. В некоторых дворах играли дети. Чаще стали встречаться машины на перекрёстках. Рекламные вывески осветили заснеженные улицы яркими красками. Вечерний город кипел повседневностью своих жителей.
Корнеев продолжал колесить по улицам, рассматривая дома. Он несколько раз пытался найти центр города, но каждый раз дорога выводила на окраину, либо уводила, заставляя колесить кругами. В конечном счёте он остановился возле небольшого парка. На холме стояло здание высотой в два этажа. Довольно старая архитектура узнавалась в материале. Обычный камень, даже не кирпич. Слишком монументально для такого города. Здание несмотря на скромную высоту, притягивало к себе взгляд. Готический гротеск, наверное, так будет правильней всего сказать. Даже окна, заострённые кверху, добавляли этот образ.
Корнеев вышел из машины и, запахнув чёрное пальто, направился к зданию. Извилистая тропинка вывела его прямо к дверям. Деревянная конструкция из двух створок оббита железом, оказалась закрыта. Слева от входной двери табличка:
БИБЛИОТЕКА г. НАВЬИНСК
— Библиотека, — удивлённо произнёс Корнеев.
Он отошёл на несколько шагов, окинув фасад взглядом. Пожалуй, это лучшее решение по использованию исторической архитектуры. Корнеев повернулся и посмотрел на крыши домов с высоты паркового холма. Теперь он смог примерно представить масштаб поселения. Не менее пятнадцати тысяч человек. И всё в частных домах, ни одной многоэтажки. В городе просторные улицы, много парковых зон, светлые аллеи, рестораны, бары, кинотеатр, школа и даже спортивный комплекс.
Он прошёл вдоль фасада, заглянул в окно. В тусклом полумраке появилась комната. На противоположной стене висела маска, изображающая какое-то существо с рогами и высунутым языком. Глаза выпучены и сглажены чёрным цветом.
— Вы что-то ищете?
Корнеев обернулся. Перед ним мужчина, лет пятидесяти. На лице подбитая сединой щетина.
— Простите, я лишь только проявил любопытство, — попытался оправдаться Корнеев.
— Да всё нормально, — махнул рукой незнакомец, — местным жителем нет необходимости оправдываться друг перед другом.
— Я приезжий, — поправил собеседника Корнеев.
Мужчина взглянул на Вадима.
— Действительно, вы не из местных. Так что вас привело в наш город? Видимо, праздник.
— Праздник? - Корнеев пожал плечами, — не знаю я ни про какой праздник.
Мужчина усмехнулся так, словно ему только что сказали полную небылицу.
— Пойдёмте, — он вынул из кармана связку ключей, — сейчас я вам всё расскажу. Туристы в нашем городе, это уже не редкость.
— Вы сторожите библиотеку? — поинтересовался Корнеев.
— Нет. Я её смотритель.
— А, вы библиотекарь!
— Нет, я же вам сказал, смотритель.
Они вошли внутрь и Корнеев словно погрузился в детство. Запах старых книг, пропитал собой не только воздух. Он навеял воспоминания библиотек, которые Вадим, посещая в школьные годы.
— Меня зовут Виктор Добронравов, — мужчина протянул Вадиму руку.
— Вадим, Корнеев.
— Прошу сюда, — они вошли в просторный холл с круглыми стенами. В центре холла лестница. По всем стенам бесконечные полки, уставленные книгами. Вокруг лестницы, столы. На каждом столе лампа для чтения.
— За мной, — подгонял Корнеева смотритель библиотеки. Они прошли через читальный зал и Виктор, открыв очередную дверь, включил свет. Стены помещения оказались завешанными масками. Их было так много, что зарябило в глазах. В центре комнаты письменный стол. Но на его крышке лежало ещё несколько масок.
Корнеев водил взглядом по искажённым гримасами лицам. Его окружали грусть, радость, печаль, гнев, умиротворение, безысходность, смерть, хохот...
— Это главный символ нашего праздника, — Виктор обвёл стены комнаты рукой.
— Маски? — удивился Корнеев.
— Именно маски, — Добронравов снял одну из масок, осмотрел её, потом перевёл взгляд на Корнеева. — Они лучше всего скрывают человеческие намерения, отвлекая от истины нелепым выражением.
Виктор приложил маску к своему лицу. На Корнеева теперь смотрела гримаса с неестественно широко раскрытыми глазами. Она не выражала никаких эмоций в отличии от сотни ликов, окружавших комнату.
— Это хорошая атрибутика для праздника, — усмехнулся Вадим.
Виктор снял маску и протянул её своему собеседнику.
— Берите, — посоветовал он, — я дарю её вам. Ведь в эту неделю все должны ходить в масках.
Виктор принял подарок, ощутив себя весьма странно. Но главное его интересовала традиция.
— Чем живёт ваш город?
Вадим крутил маску в руках, поглядывая на хранителя библиотеки.
— Это рудниковый город, — пожал плечами Виктор, — руда до сих пор добывается, этим город и живёт. Ещё наём работников лесопилок и, пожалуй, туризм. Чем больше тайга популизируется, тем ценнее каждый новый гость.
Добронравов улыбнулся.
— Я никогда не слышал про этот город, — Вадим окинул взглядом образы гримас и лиц, — и никогда не слышал ничего о празднике масок. Кажется, что маски — это что-то венецианское.
— Маски имели большое значение во многих культурах, — парировал Виктор.
— Я не буду спорить с библиотекарем, — отмахнулся Вадим, — если вы так говорить, значит, поверю вам на слово.
— Хранитель, — ответил серьёзным тоном Добронравов. Он смотрел на Вадима взглядом острым, словно оскаленные клыки.
— Что? — удивлённо переспросил Корнеев.
— Я хранитель библиотеки. Я не библиотекарь. Это разные профессии. А в остальном вы правы. Это уникально, что вы попали в наш город именно накануне праздника. Вы сможете увидеть всё своими глазами.
— А праздник вообще в честь чего?
— В честь Белого и Чёрного богов. В наших краях верят, что каждый человек, есть воплощение желаний, этих богов. Мы одеваем маски в дни празднеств, чтобы никто не видел, какой именно из богов сейчас проявляет себя.
***
Корнеев записал всё, что смог запомнить. Каждое слово, сказанное Виктором Добронравовым теперь в тетради. Пришлось вести записи прямо в машине, иначе Корнеев опасался, что может что-нибудь забыть.
Убрав дневник, он решил заняться поисками жилья. Длительная дорога сказывалась усталостью. Он не стал искать гостиницу, селиться у всех на виду опасно. Цели, которые преследовал Корнеев обязывали быль скрытным. Не стоит слишком сильно мелькать у всех на виду. Он всего лишь турист в этом городе и по новой легенде, приехал специально на праздник.
По словам хранителя библиотеки, Навьинск был открыт для туристов, их с каждым годом становится всё больше. Много чужаков в городе, также играет Корнееву на руку. Преисполненный положительными впечатлениями, он взялся за поиски.
Уже через полчаса его машина остановилась возле дома с табличкой «сдаю комнату». Вадим посмотрел на безликую маску, лежавшую на пассажирском сидении. Теперь она станет его альте эго, вторым я. А для этого необходимо использовать безликий образ с максимальной осторожностью. Пусть только старик из библиотеки знает, что этит лик принадлежит гостю города.
На пороге дома его встретила девушка по имени Аруна. На вид ей не больше двадцати пяти. Внешность несмотря на имя не совсем подходящая для местного колорита. Длинные, тёмные волосы и высокий рост выдавали в молодой женщине европейские гены. Да и в целом Корнеев заметил, что люди в Навьинске сильно отличаются внешне от жителей Зауралья.
— Комната на втором этаже, — Аруна, указала пальцем в сторону лестницы. — Из неё открывается очень хороший вид. Вы к нам на праздник приехали?
— Да, — уверенно ответил Вадим, — узнал о нём совершенно недавно и решил увидеть всё своими глазами.
— Уверена, вам понравится, — хозяйка дома, жестом предложила постояльцу следовать за ней на второй этаж, — этот праздник сильно отличается от тех, что принято праздновать христианами, уходя корнями в язычество, некогда процветавшее в этих местах.
— Маски, — напомнил Корнеев, — это главный атрибут праздника?
— Да. Но не единственный.
Она толкнула дверь, открывая просторное, светлое помещение. Большая кровать аккуратно застелена. Возле окна письменный стол.
— Санузел на первом этаже, — пояснила Аруна, — кухня и гостиная в вашем распоряжении. Если вас устраивает, то можете внести плату вперёд.
— Конечно, — Вадим расплылся в улыбке, — наличные принимаете?
Спустя час после заселения, он разложил карту на столе. Корнеев внимательно рассматривал пометки, сделанные его же рукой: разорван медведем, утонул в реке, сорвался с горы, погиб от переохлаждения, умер от голода, съеден волками. Все пометки находятся в радиусе соткни километров, а Навьинск появился выше остальных. Город неожиданно вырос в тайге и успел приковать к себе внимание людей. Этот феномен Корнеев не мог объяснить. Семь последних лет, он занимался изучением географии тайги. Искал места самые глухие, где минимум цивилизации. Именно там он черпал знания традиций, вплетался в них, становясь одним целым. А затем люди сами подсказывали, где в их культуре слабые места. Слабые до такой степени, что можно даже убийство списать на местные поверия.
В дверь постучали.
— Ваш кофе, — оповестил женский голос.
Корнеев открыл дверь. Аруна стояла на пороге, в руках разнос с кофе и выпечкой.
— Я не просил, — удивился Корнеев.
— Это от меня, как новому постояльцу. Боялась, что в этом году мне уже не удастся сдать комнату, ведь праздники начинаются уже завтра.
— Я признателен, — ответил Вадим, принимая разнос.
Аруна тут же перевела взгляд в сторону письменного стола, увидев на нём бумаги и карты.
— Вы изучаете местные достопримечательности?
— Нет, это скорее мой личный путеводитель. Отмечаю места, где уже побывал.
— Не буду вам мешать, — отозвалась хозяйка дома, — надеюсь в Навьинске вам понравиться, и вы даже не захотите отсюда уезжать.
Вадим вернулся к рабочему столу и пробежал взглядом по карте. Корнеев впервые посещает поселение, ничего не зная о местной культуре. Придётся въезжать во всё по ходу дела.
***
Город преобразился. Во всех витринах магазинов и кафе появились изображения масок. По улице бегали дети с яркими масками на лицах. Взрослые в основном, сжимая маски в руках.
Спустившись на первый этаж, Корнеев быстрым шагом направился к выходу. Этим утром Вадим был бодр и преисполнен решимости. Первым делом, необходимо узнать корни местного праздника. В чём его тёмная сторона. Для этого можно вернуться в библиотеку, но лучше узнать всё у местных жителей. Тем более, что ему нужно найти подходящего человека.
— Доброе утро, — громкий голос окликнул Вадима. Обернувшись, он увидел в холле хозяйку дома. — С праздником. Самое время познакомиться с нашим городом.
Корнеев приветственно махнул рукой. Но Аруна вновь вернулась к своему занятью. На коленях у неё лежала маска, выкрашенная в красные цвета. Изо рта торчал длинный язык, глаза сузились, словно в гневной гримасе. Над головой Аруны висело охотничье ружьё.
— Это ваша маска? — поинтересовался Вадим.
— Да, — ответила Аруна и тут же приложив маску к своему лицу, повернулась в сторону постояльца, — вам нравится?
— Что она означает?
Аруна убрала маску и посмотрела в тёмные прорези глазниц.
— Ничего. Это просто атрибут. Главное, чтобы все маски были разными. Пожалуй, это одно из немногих условий.
Корнеев вышел на улицу, окинув взглядом залитую солнечным светом заснеженную улицу. Ночью разыгрался небольшой буран, но к утру всё утихло. Корнеев смотрел на десятки изображений масок, встречающихся ему на пути.
— Вы не подскажите, — обратился Корнеев к женщине, разглядывающей товары в витрине магазина. — Где я могу найти центр города?
Женщина обернулась на его голос, окинула отсутствующим взглядом.
— У нас нет центра города.
— В каком смысле нет? В любом городе есть центр. Это обычно большая площадь, на которой собираются люди...
— Я знаю, что такое центр города, — перебила его незнакомка, — поэтому могу сказать вам со стопроцентной уверенностью, в Навьинске нет центра города.
После женщина демонстрационно вынула из сумочки маску изображающую ярость и, приложив к своему лицу, отвернулась к витрине.
Изумлённый подобным поведением, Корнеев сел в машину.
Вскоре маски на лицах людей стали встречаться чаще. Целые семьи, поглощённые праздником, словно отождествляли себя с ликами на масках. Мальчик с маской гнева, носился вокруг своих родителей, размахивая руками. А его сестра, имитирующая маской смех, пыталась убежать от своего брата. Родители, облачённые в безликие существа, держались за руки. Мужчина в белой маске, женщина в чёрной.
Корнеев свернул к первому же кафе, попавшемуся на пути. Возле двери парень, маска изображает брутальность: сведённые брови, прищуренный взгляд, плотно сжатые губы.
В кафе обстановка не лучше, даже официантка в маске.
Корнеев, сев за столик, вынул из сумки тетрадь, положил на стол. Медленно окинул взглядом людей. Всего человек восемь посетителей и одна официантка. Да это же кладезь для Корнеева. Он, ухмыляясь, потёр кончики пальцев. Такого предвкушения не испытывал очень давно. Разве что в свой первый раз, когда тайга открыла перед ним тёмную сторону. И Корнеев шагнул в темноту, погрузившись с головой. В тот год природа сделала всё за него. Корнеев закрыл глаза, погружаясь в воспоминание.
Вокруг снег, лес и яркий солнечный свет. Лучи разрезают утреннюю мглу леса, создавая столбы света. Они словно прожектора освещают разворачивающееся в центре действие. Корнеев стоял всего в двадцати метрах от места событий, наблюдая за всем словно с первого ряда. Огромный, бурый медведь, только что проснувшийся от зимней спячки, разрывает на части тело мужчины. Когти вспарывали грудную клетку словно нож бумагу. Более безумного и завораживающего зрелища Корнееву не доводилось видеть. Именно оно стало сигналом для продолжения. Знак, который он увидел, посадил в сознании семя, прорастающее в Абсолют.
Никто даже не догадался, что тот бедолага уже был убит, когда медведь нашёл его тело. Почему-то бурый решил расправиться с трупом именно таким образом. Возможно, виной всему голод после спячки.
Корнеев открыл глаза. Теперь перед ним много людей, скрывающих свою внешность. В такой праздник задуманное может произойти с минимальным риском.
Остаток дня Корнеев провёл один. Он колесил по городу, пару раз прогуливался по парку. Ближе к вечеру перекусил в кафетерии кинотеатра, а затем отправился на сеанс. Показывали какой-то триллер, про серийного маньяка. Вадим несколько раз за фильм невольно хохотнул, когда убийца явно и глупо ошибался.
Выйдя на улицу после кинотеатра, обнаружил улицы, залитые искусственным светом. Тайга погрузилась в ночь, и только фонарные столбы освещали бесконечно извилистые улицы Навьинска. Но все люди шли в одном направлении. Взрослые переговаривались друг с другом, дети без устали бегали кругами.
Горожане направлялись в центр города, — подумал Корнеев. Где-то они должны были встречаться и проводить свои празднества.
Он ехал, не спеша, рассматривая людей. Их становилось всё больше и больше, словно весь город участвовал в шествии. Некоторые облачены в маски, но большинство просто сжимали их в руках.
Во всём этом есть какой-то смысл. Местные жители реально верят в свои традиции, не готовы отступать от них, даже в мелочах. Всё это делает Навьинск идеальным местом для насыщения собственного голода. Тайга в очередной раз преподнесла подарок. В своём абсолютизме Корнеев уже не сомневался. Он и тайга, созданы друг для друга.
Вскоре люди вывели его уже на знакомое место. На высоком холме библиотека собирала вокруг себя множество людей. Это было похоже на огромный пикник, сопровождающийся обилием масок и безудержного веселья.
Оставив машину в людном месте, Корнеев направился в центр скопления. Возле входа в библиотеку водрузили небольшую сцену. Рядом со сценой два прожектора. Слишком мощные для скромного масштаба мероприятия, но, видимо, мэрия и здесь не стала экономить.
Он начал всматриваться в людей, пытаясь определить, кто из них местный, а кто турист. Не стоит даже пытаться заговорить с приезжими. Гибель туриста всегда сопровождается большими проблемами, к поискам причины случившегося относятся с двойным вниманием. Куда проще сфабриковать несчастный случай среди местного населения.
В ближайшее время, Корнеев планировал освободить этот город ровно от одного жителя.
Он специально оставил машину рядом с кафе. Будет кому подтвердить, что весь праздник Вадим находился неподалёку. Но наличие масок на лицах горожан, вызывало в нём восторг. Кажется, он уже знал, какую пометку сделает на карте: разорван медведем, утонул в реке, сорвался с горы, погиб от переохлаждения, умер от голода, съеден волками...
— Ой! Простите!
Кто-то ударил его в плечо. Промелькнула маска чёрного цвета. Матовая поверхность делала её похожей на настоящее, человеческое лицо.
Женский голос коснулся Вадима, и сердце в этот же момент замерло. Это она. Корнеев ощутил, как его бросило в лёгкий жар. Адреналин выплеснул первую дозу в кровь. Глаза расширились, пульс участился, и чувство голода заставило желудок сжаться. Это она новая жертва.
Силуэт начал мелькать, маневрируя между людьми. Фигура сильно спешила. Бордовый приталенный плащ расстёгнут, его подол привлекает внимание лучше любого маяка. Правая сторона явно тяжелее. Возможно, в кармане лежит телефон или кошелёк.
Вадим набрал скорость. Теперь он видит только фигуру. Повторяет каждый манёвр, пытаясь повторить его с точностью. Изучает движения. То резкие, то плавные. Играет с образами, пытается предугадать каждое движение. Поднимает локоть, убирает свою руку назад, обгоняя ещё одного человека, Корнеев плавно сжимает запястье.
Чёрная маска оборачивается, фигура замирает на одном месте.
— Простите, — начинает Вадим, глядя в яркие глаза, скрывающиеся под маской. — Мы столкнулись с вами две минуты назад...
— Я извинилась, — опротестовала незнакомка, высвобождая свою руку.
— Конечно, я слышал. Но в тот момент вы выронили это, — он протянул красный, дамский кошелёк. Его навыки оставались прежними, незнакомка даже не заметила кражи.
— Что? — женщина начала бить руками по карманам.
— Неужели? Вот я!
— Всё нормально, — заверил Корнеев, но женский голос уже было не остановить.
— Я так виновата перед вами. Вначале толкнула, а затем ещё заставили бежать за собой.
— Заберёте или мне на память оставите?
Она резко замолчала, глядя на кошелёк, который Корнеев всё ещё сжимал в руке.
— Заберу, — незнакомка взяла пропажу и тут же положила в карман. Простота этого движения заставила Корнеева почти ликовать. Обычно люди всегда проверяют, всё ли на месте. Но перед Корнеевым находилась самая настоящая жертва — слабая и беззащитная.
Незнакомка сняла маску, и Вадим увидел красивый, женский облик. Миловидная девушка, не более тридцати. Она с лёгким стеснением смотрела на незнакомца.
— Ещё раз спасибо, но мне нужно идти.
Она бросила в сторону Корнеева беглый взгляд и вновь поспешила слиться с толпой. Этот момент он никак не мог упустить. Жертва была уже у него почти на крючке. Осталось только подстроить их вторую встречу, а после можно будет планировать и само убийство.
Вынув из-под плаща маску, Корнеев скрыл лицо и продолжил выслеживать силуэт в бордовом пальто.
***
— Я в вашем городе впервые, — произнёс Корнеев, он сидел в холле, держа в руках стакан с кофе. Оказалось, что Аруна превосходно готовит этот напиток, — и на сегодняшней прогулке совсем заблудился в бесконечных улицах.
— Это и не удивительно, в Навьинске нет центра, — отозвалась хозяйка дома. Она была на кухне, возилась возле плиты. По всему дому разносился запах свежей выпечки.
— Нет центра города? — Корнеев по-прежнему не мог поверить в это. — Но ведь где-то вы всё равно встречаетесь.
— Возле библиотеки. Именно там и произойдёт главное действие. Вы же не знаете, все жители города, включат фонари и устремят их свет в небо. По поверию, это отпугнёт тёмные силы. Только произойдёт всё через пять дней в день зимнего солнцестояния.
— Это красивая легенда, — признался Корнеев, — но я слышал только историю про маски.
— Ах, маски. Поверие для туристов. Когда сюда хлынет поток любителей экзотики, местным коммерсантам будет что предложить.
Когда Аруна вошла в комнату, Корнеев разглядывал ружьё. Оно висело над креслом, в котором часто любила сидеть хозяйка дома.
— Оно не стреляет, уже давно. Оставила на память об отце. Он погиб. Несчастный случай в лесу. Ужин готов, разделите его со мной?
После ужина, Корнеев поднялся в свою комнату. Сегодня был замечательный день. Ему удалось найти идеальное место для своего злодеяния. Люди в Навьинске доверчивые, простые. Они так давно живут в уединении от всего мира, что попросту забыли о безопасности. Проследив за своей жертвой до самого дома, Корнеев какое-то время расхаживал неподалёку. Женщина жила не одна, вскоре он увидел мальчика-подростка, лет девяти. Парнишка вышел из дома, помахал женскому силуэту, появившемуся в окне, и быстрой походкой, направился в противоположную от Вадима сторону.
Ребёнок не составит большого труда. За два дня можно будет проследить, как часто они покидают дом, и подгадать момент.
Всё это время план зрел в голове Корнеева. Вернувшись в комнату, он ощутил зуд по всему телу. Ему хотелось прямо сейчас навестить незнакомку. Но торопиться нельзя, спешка влечёт за собой ошибки. Нужно потерпеть, но при этом не сильно светиться возле дома. В провинциях соседи всегда проявляют излишнее любопытство. Нужно будет устроить всё в тёмное время суток, возможно, даже в главный день празднеств.
***
Незнакомка имела привычку завтракать в кафе неподалёку от собственного дома. В первое утро она пришла с сыном. Корнеев наблюдал за ними с улицы. Он сидел в машине, взятой напрокат, раскинувшись в кресле.
За два дня слежки его план стал почти идеальным. Вадим продумал всё до мелочей и был готов к встрече. Вечером того же дня, её сын вышел из дома, Корнеев проследил и за ним. Оказалось, парень ходит в спортивную секцию, где проводит не менее двух часов, затем не спеша с приятелями, направляется в сторону дома.
На второй день она вновь с сыном в кафе, завтракают, весело переговариваются. Женщина больше не надевала маску, она вообще не брала этот атрибут с собой. На улицах также стало меньше людей в масках, но по словам Аруны ближе к кульминации праздника, практически все будут облачены не хуже, как в Венеции.
На третий день незнакомка пришла в кафе одна, села на прежнее место, заказала лёгкий завтрак.
Вадим вошёл в заведении спустя пятнадцать минут. Ни на кого не обращая внимания, он прошёл к столу заказов.
— Что будете завтракать? — спросил кассир, сонно поглядывая на посетителя.
Корнеев пробежал взглядом по меню.
— Чай, зелёный. И кусок пирога. Какой у вас самый свежий?
— Они все только что из печи, — заверил кассир.
— Тогда обычный, без добавок.
— Через пять минут вам всё принесут, можете выбрать любой столик.
Расплатившись, Корнеев повернулся лицом к залу, убирая кошелёк в карман. Он сделал самый непринуждённый вид человека, не обременённого никакими делами. Почти лениво он направился в сторону стола, когда услышал женский голос:
— О, это вы?
Корнеев посмотрел в сторону незнакомки, на её лице играла улыбка, женщина была рада увидеть того, кто помог ей вернуть кошелёк.
Попалась, — усмехнулся про себя Вадим.
— У вас действительно необычный город, — высказался Корнеев, присаживаясь напротив, — меня, кстати, Вадим зовут. А вас?
— Вика, — женщина кокетливо склонила голову. В её глазах играли искорки хорошего настроения. Невероятно, как удачно он сумел подловить момент для знакомства.
— Нашли для себя что-нибудь новенькое?
— Да, — усмехнулся Вадим, постаравшись, чтобы его улыбка не выглядела слишком хищной, — нашёл. И вы даже не представляете, как я этому несказанно рад.
Они провели весь день вместе. Виктория рассказала Вадиму практически всё, что только могла. О своём сыне, которого она родила и воспитывала без отца. О стремлении мальчика стать великим спортсменом. О том, как сумела самостоятельно прокормить свою небольшую семью. Оказалось, что её родители уже давно покинули этот мир, оставив единственной дочери небольшой домик. Виктория болтала без умолку, а Корнеев внимательно слушал каждое слово. В нужные моменты он смеялся и подбадривал собеседницу, а в редкие моменты, когда она замолкала, Вадим брал инициативу в свои руки.
— По своей натуре, я художник, — говорил он, когда они, не спеша, прогуливались по улице. Понемногу начинало темнеть, и уличные фонари осветили тротуар.
— Художник? — Вика вскинула вверх удивлённо брови. - Вы пишете картины?
— Не совсем так, скорее сочиняю истории.
— Писатель?
— Любитель. Знаете, путешествие по тайге наводит на самые разные мысли. Я уже близок к тому, чтобы заняться публицистикой. Хочу начать описывать то, что видел в путешествиях. Ритуалы, о которых слышал, праздники, такой как ваш. Думаю, это будет кому-то интересно.
— Конечно, — воскликнула Виктория, — тайга полна загадок. Каждый в этом городе расскажет вам немало захватывающих историй. А вот мы и пришли.
Они свернули к двухэтажному дому. Двор освещался всего одним фонарным столбом. Ухоженный участок простирался перед верандой, через которую можно попасть в дом.
— Не хотите зайти, всего на две минуты? Попить чай, чтобы согреться.
— А как же ваш сын?
— Он сейчас на тренировке, вернётся через два часа.
Они вошли в дом и Корнеев сразу же ощутил уют. Уже по первым признакам стало ясно, что Вика любит чистоту и порядок. Правда, дом для двоих большой, но при этом уютный.
Скинув плащ, хозяйка дома поспешила в сторону кухни, оставив Корнеева в гостиной.
Большой камин привлёк к себе внимание. Он уставлен разными безделушками. На диване множество цветных подушек. Комната в стиле хиппи понравилась Корнееву своей простотой. Он взял в руки табуретку, полностью сделанную из дерева. Если правильно нанести удар, и правильно рассчитать силу, то можно имитировать несчастный случай.
Поставив табуретку на место, Корнеев прикинул расположение комнат. В задней части дома должна быть дверь, ведущая во двор.
***
Всё было спланировано правильно. Удар табуретом должен быть нанесён под правильным углом. Не слишком сильный, чтобы не размозжить голову. Но и не слабый, нужно сбить, как говорится наповал. Выпитая бутылка вина, оставит алкогольный след в крови женщины, это может подтолкнуть следствие к версии о несчастном случае. Слегка захмелевшая Виктория, оступилась ночью в темноте и упала головой о стул.
Они провели время, смеясь и рассказывая истории. Всего один раз Вадим вышел из комнаты в уборную, но на самом деле проскользнул в коридор и открыл внутренний замок задней двери. Хороший способ проникнуть в дом посреди ночи. После того как он прихлопнет свою жертву, дверь можно будет прикрыть, никто даже не станет проверять или обращать на это внимание. Когда всё подстроено под несчастный случай, у следствия не возникает лишних вопросов. А маска поможет ему этой ночью оставаться незамеченным.
Вечером он сидел в гостиной, слушая Аруну.
Хозяйка дома вновь сварила кофе. Корнеев не мог отказаться от этого напитка, тем более что сегодня ночью лишний глоток бодрости ему совсем не повредит.
— Что узнали нового? — спросила Аруна, протягивая стакан с напитком.
— Очень много интересных историй, — ответил Вадим, делая большой глоток. — Мне ваш городок начинает нравиться с каждым днём всё больше и больше.
— В следующем году вернётесь в Навьинск? — она села в кресло, не сводя с постояльца взгляд.
— Не думаю. По традиции я каждый год посещаю разные города.
— Традиция, — усмехнулась Аруна, — в этих местах очень бережно относятся к традициям. Особенно к тем, которые нам пытаются навязать извне. Знаете, так сказать, ложные традиции.
— Ложные традиции, — повторил Корнеев, наслаждаясь напитком. На мгновение он словно потерялся во времени, в его голове вспыхнул яркий образ людей в масках. Они идут по улице к зданию библиотеки, а на их лицах традиционные маски.
Вадим закрыл глаза, ощутив сильный прилив усталости, его тело обмякло. Пальцы ослабли, и чашка с кофе выскользнула, упав на пол.
— Что со мной? — прошептал Корнеев, — с трудом открыв глаза.
Аруна с совершенно спокойным видом смотрела на своего постояльца, попивая кофе.
В какой-то момент вся игра вышла из-под контроля. Убийство, так тщательно спланированное, оказалось лишь только глупой затеей. Он обнаружил себя в сыром, холодном подвале. Тусклый свет пробивался через крошечное окно над потолком. Руки связаны, голова болела, пульсируя в отёкшую мышцу на шее. Поднявшись на ноги, Корнеев дошёл до железной двери.
— Эй! Я хочу поговорить!
За окном кто-то прошёл. Тень быстро скользнула по стенам.
Корнеев поспешил к противоположной стене и попытался выглянуть на улицу. Цепь, к которой он был прикован, волочилась следом по бетонному полу.
— Помогите мне! Кто-нибудь!
Не дождавшись ответа, Корнеев сполз на пол. Осознание себя в роли жертвы казалось чистым безумием. Никогда Вадим не задумывался, что ощущают те, кого он приговорил к смерти. За мгновение до того, как погибнуть, они осознавали всю неизбежность ситуации. Вадим видел это в глазах своих жертв. Парень, которого уносила бурная река, был ещё жив, он тянул руку в сторону Корнеева, но резкий порог ударил его о камень. Вадим помнил этот образ отчётливо, почти детально. Это было самое яркое убийство из всех. Солнечный свет заливал крутые пороги, несущиеся через хвойный лес. А посреди реки скользило изломанное тело.
разорван медведем, утонул в реке, сорвался с горы, погиб от переохлаждения, умер от голода, съеден волками...
Замок в двери щёлкнул. На пороге появилась Аруна, на её лице красная маска смеющегося демона.
— Пришёл в себя? — Аруна принесла с собой стул и села на него.
— Какого чёрта ты делаешь? — проговорил Корнеев, — это же похищение. Разве ты не понимаешь, что меня будут искать.
— Да неужели, — она усмехнулась, показав тетрадь. Это была его личная вещь. Дорожные заметки с указанием всего произошедшего за дни странствий.
— Ты рылась в моих вещах?
В ответ Аруна перелистывала страницы, внимательно изучая взглядом содержимое.
— Вы уже в седьмой раз приезжаете в тайгу. Поняли, что это идеальное место для преступлений?
Маска подняла на Корнеева свой взгляд.
— Я не знаю, о чём ты говоришь. - Корнеев ощутил ярость, он рванул вперёд, но цепь не дала сделать и двух шагов. От бессилия Вадим зарычал, протягивая в сторону фигуры связанные руки.
— Голод, — прочитала девушка одну из пометок на карте. — Я помню ту историю. Парня нашли в лесу. Он заблудился и умер от голода среди тайги. Поскольку дни были в ту неделю тёплые, он долго бродил по лесу. Как вам удалось сделать так, чтобы местный житель заблудился и умер от голода? Всё это время вы преследовали его, не так ли?
Тяжело дыша, он опустился на пол. Игра раскрыта, нет причин отрицать. Кто бы ни была эта девушка, она сумела разгадать его. При этом сумела даже заманить в своё логово.
— Что тебе нужно? — голос теперь звучал у Корнеева твёрдо. Наконец-то он встретил того, кто также стоит на вершине пищевой цепочки. Кто может пожирать даже себе подобных, ощущая при этом только чувство удовлетворения. Ещё один Абсолют, такой же, как и, он сам.
Аруна захлопнула тетрадь и скинула маску.
— Ты ведь и не знаешь, что это за город такой, — Аруна развела руками, — у нас говорят так: если вы хороший человек, вы никогда не попадёте в Навьинск.
— О чём ты? — взмолился Корнеев, — мы с тобой равные, можем существовать и сообща. Я зашёл на твою территорию, осознаю это и уйду, как только развяжешь меня!
— Равные? — удивилась Аруна, — равный мне, не может сидеть на привязи, как обычная собака.
Корнеев ощутил злобу, заполняющую его до краёв. Краска ударила в лицо, делая его багровым. Он сжал кулаки, глядя на посмевшую поднять на него руку девицу. Нет, она ему не ровня. Просто он потерял бдительность. Дал фору менее опытному, за что поплатился.
— Не думала, что смогу поймать такую рыбину, — Аруна поднялась со стула, — тебя никто не станет искать, поскольку убийца всегда держит свои передвижения в секрете.
— Постой, — выпалил он, но Аруна, вышла из помещения, закрыв за собой железную дверь. — Стой! Выпусти меня! Слышишь! Тварь, я убью тебя! Убью! Я не жертва! Я не жертва!
***
Дни сменялись на ночи, медленно проползая мимо темницы, в которой был заточён Вадим Корнеев. Он целыми днями смотрел в сторону крошечного окошка, ощущая, как теряет силы. Аруна не кормила его, лишь раз в день приносила воду. Он пытался заговорить с ней, но всё безрезультатно. Корнеев угрожал при малейшей возможности, умолял отпустить, обещая, что никогда не вернётся в Навьинск. Обещал привезти столько жертв, сколько она пожелает. Но Аруна оставалась непреклонной. Она больше не говорила с ним.
На четвёртый день Корнеев с трудом вставал на ноги, поэтому, когда его мучительница вошла в помещение, он остался лежать в углу, с трудом подняв на неё взгляд.
— Сегодня, — произнесла Аруна, бросив в сторону Корнеева его карту с пометками мест преступлений.
— Что сегодня? — прошептал Корнеев, — убьёшь меня?
— У нас с тобой есть всё же кое-что общее, — ответила Аруна, — свои убийства мы ловко маскируем под несчастные случаи. Сказать по правде, несколько описанных тобой случаев мне понравилось. В следующем году возьму их на заметку.
— Иди к дьяволу, — прохрипел Корнеев.
Аруна подошла к нему почти в потную и опустилась на корточки. Теперь она совсем рядом, достаточно только протянуть руки и схватить за шею. Но сил нет, даже чтобы подняться на ноги. Голод, жажда и холод, царящий в подвале, отобрали все силы.
— Дьявол сам пришёл в наш город, — прошептала Аруна, убирая прядь волос с лица Корнеева. Четыре дня назад она видела в его лице неистового зверя, готового рвать и метать. Теперь же перед ней побитый пёс, принявший свою участь. — И жители Навьинска приняли его в свой дом. По традиции я должна выпустить тебя в день празднеств. И я сделаю это, поскольку так велят наши предки.
— Какая ещё традиция? — взмолился Корнеев. Он ощущал, что его финал уже близок. Аруна что-то задумала, она не собирается убивать его просто так. У неё иной подход к своему делу. Корнеев видит с каким любопытством и упоением Аруна смотрит в глаза своей жертве.
— Древняя, — ответа Аруна, — очень, очень древняя. Каждому злу должно воздаться.
Она вышла из комнаты, и Корнеев, придвинул к себе карту, смял её, машинально засунув в карман джинсов.
Вскоре Аруна вернулась. В руках у неё маска, которую Корнеев получил в дар от смотрителя библиотеки и рулон скотча.
— Что ты задумала? — Вадим попытался отползти в сторону, но Аруна нависла над ним, затем прижала шею Корнеева коленом к полу и, натянув безликую маску налицо, принялась приматывать к голове скотчем.
— Отпусти меня, чокнутая, — стонал Корнеев. Несколько раз он попытался столкнуть девушку с себя, но она только ещё сильнее придавила колено к шее.
Когда дело было сделано, Аруна отошла в сторону. Она осмотрела распростёртое на полу тело и, оставаясь довольной результатом, вышла.
Тяжело дыша из-за маски, Корнеев лежал на полу, ощущая, как капли пота текут по его лицу. Нет, он не готов смириться со своей участью. Его тело обессилило, на разум, и жажда свободы ещё сильнее запротестовали. Он отказывается принимать уготовленную судьбу.
Аруна ещё поплатится за свою дерзость.
Он поднялся с пола, когда за окном начало темнеть. Сев возле стены, Корнеев ждал, но хозяйка дома не вернулась. Вадим попытался подняться на ноги, чтобы размять тело, когда увидел рядом с собой, на полу небольшой ключ. По всей видимости, Аруна выронила его, когда приматывала скотчем маску.
Корнее ощутил ликование. Он сумел дождаться подходящего момента. Ключ от замка сковывающих его ноги цепью, теперь был у него в руках. Только связанные руки, всё ещё ограничивали движения, но и этого достаточно для первого шага к свободе.
Провозившись с замком, Корнеев яростно откинул его в сторону, снял цепь с ноги, глядя на оставшиеся после металла ссадины. Но боли уже не ощущал, адреналин заставлял инстинкты проснуться. Ковыляя к выходу, Корнеев даже не планировал убийство, он просто придушит её, заставит смотреть себе в глаза, когда будет выдавливать жизнь до последней капли.
Толкнув незакрытую железную дверь плечом, Вадим попытался снять маску, но та была крепко примотанная к голове. Понадобится нож или ножницы.
Ковыляя вверх по лестнице, он уже предвкушал свою месть. Праведный суд обрушится на голову хозяйки этого дома. У Корнеева есть свои, собственные традиции, которым он оставался верен.
Он ввалился в холл, оглядывая тёмное помещение. В доме царила полная тишина. Возможно, Аруна ушла. Сегодня день празднества этого проклятого праздника, из-за которого все жители носят дурацкие маски. Вот она, дань традициям, открывающая слабые места. Не должна была Аруна покидать свой дом пока в нём сидит зверь.
Ухмыляясь, Корнеев нашёл кухню, возле раковины стойка с ножами. Схватив по инерции самый большой, для разделки мяса, он начал делать попытку срезать скотч со своего лица.
— Смотри, шею себе не разрежь, — женский голос прозвучал спокойно, почти умиротворённо.
Он обернулся. В темноте на него вновь смотрела маска красного, смеющегося демона. В руках у Аруны охотничье ружьё, то само, что висело над креслом.
— Ты не выстрелишь, — прошептал Корнеев, — слишком громко, услышат соседи...
— Мы в тайге, — напомнила Аруна. — И соседи знают, иногда я люблю пострелять.
Корнеев рванул в сторону двери, ведущей на задний двор. Он выскочил в узкий коридор, ожидая в любой момент услышать выстрел, пробежал по нему и, врезавшись в дверь, оказался на улице. Ледяной ветер тут же охватил тело, но Корнеев словно и не замечал окрепший мороз. Он бежал в сторону леса, отсчитывая последние секунды. Но выстрел не прозвучал.
Прислонившись спиной к дереву, Вадим с трудом срезал скотч и с криком сорвал с себя ненавистную маску, бросил её на снег и втоптал ногой. Злость и ярость кипели в нём, переполняя, заставляя действовать. Теперь он не жертва, теперь зверь на свободе.
Опустившись на снег, он зажал нож между коленями и срезал верёвку, затем посмотрел в сторону дома, на пороге появилась фигура в маске демона.
— Теперь поиграем, — прохрипел Корнеев, поднимаясь на ноги. Он начал пробираться сквозь лес. На помощь звать он не станет, найдёт только укромное место, приведёт себя в порядок, наберётся сил и затем вернётся. Обязательно вернётся, чтобы отомстить, и приготовит в этот раз самый изощрённый способ.
Остановившись, он вынул карту, нужно осмотреться, иначе можно заблудиться в темноте среди тайги. С трудом различая надписи, начал искать Навьинск, но в этот момент лёгкое свечение окрасило облака. Корнеев поднял взгляд, увидев столб света, устремившийся в серое, снежное небо. Жители Навьинска, по традиции зажгли фонари, собравшись возле библиотеки, и направили свет в небо.
Несколько секунд он смотрел на поток света, а затем, опустил взгляд на карту. Внимание привлекла новая пометка, которую кто-то приписал возле Навьинска, таким образом дополнив череду описаний несчастных случаев: разорван медведем, утонул в реке, сорвался с горы, погиб от переохлаждения, умер от голода, съеден волками, попал в капкан.
— Что? — удивился Корнеев, — какого чёрта, она здесь приписала.
Рядом хрустнула ветка, и Корнеев по инерции, сделал шаг в сторону. В тот же момент, раздался металлический звук, и железные скобы раздробили ногу. Корнеев упал в снег, взвыв от боли в тот же момент, когда над городом взлетели фейерверки, оповещая о кульминации праздника.
Барахтаясь в снегу, он пытался дотянуться до капкана, но боль пронизывала всё тело. Корнеев кричал проклятия, глядя, как в его сторону приближается фигура в маске смеющегося демона. Фигура остановилась в шаге от него и приставила к голове ствол охотничьего ружья.
— Зверь пойман, — проговорил женский голос и послышался щелчок взведённого курка, — в Навьинске не жалуют ложные традиции.
КОНЕЦ
🔔 Подпишись на канал — чтобы не пропустить следующий ночной эфир.
👍 Поставьте лайк.
💬 И оставь комментарий…