Может ли театр без слов и декораций рассказать больше, чем фильм? В авторской «Спичке» уверены: да. Мы пообщались с режиссёром о «мостиках» к зрителю, узнали, почему артисты забывают о болезнях на сцене и как обычная капельная кофеварка превращает чужих людей в семью. Искусство, которое греет.
«Спичка»: как в Белгороде делают театр из личных драм, капельного кофе и человеческого тепла
12 апреля журналистка Бел.Ру провела в авторском театре «Спичка» на спектакле «Простить себя» по биографии Анны Ахматовой. В 2026 году «Спичке» исполнится шестнадцать лет. Самому же спектаклю уже двенадцать. «Спичка» — это авторский театр, который спрятан так, что его не сразу найдёшь. «Мы скромные», — улыбаются артисты. Но в этой скромности есть «вайб» тайного места «для своих», где вместо пафоса — капельная кофеварка, а вместо дистанции — вытянутая рука и улыбки.
Этот текст объединяет атмосферу закулисья, живые диалоги с актёрами и глубокую философию режиссёра. Он будет искренний, немного «питерский» по духу и по-белгородски стойкий.
Сцена первая: Про пирожки и «эффект присутствия»
В «Спичке» всё по-домашнему: обычные керамические кружки, капельная кофеварка, печенье и уютные пледы для зрителей.
— У нас нет бариста, зато есть душа, — первое, что сказали при встрече. Зрителям и гостям с порога дают понять, что здесь будет как дома.
Здесь зритель не просто наблюдатель, а соучастник. На Чехове гостям предложат шампанское, а на другом спектакле даже накормят домашними пирожками.
Артисты делятся, что зрители не всегда готовы к камерности. Кто-то зажимается, а кто-то, наоборот, начинает активно комментировать и врываться в действие. Каждый спектакль живой. Недавно на Шукшине женщина долго сидела в напряжении — непривычно, что актёры так близко. Но к финалу она влилась в атмосферу.
«Театр ведь играется каждый раз по-разному. Сегодня ты встал с одной ноги, завтра с другой. Сегодня в зале сидит человек, который плачет, а завтра тот, кто готов спорить с персонажем. И мы меняемся вместе с ними, рассказывают артисты».
Сцена вторая: кто эти люди?
Поразительнее всего то, что в актёрском составе нет ни одного профессионального артиста, здесь играют обычные люди:
— Я менеджер по продажам, — говорит Марина Решетняк.
— Я педагог, — улыбается Катерина Спиридонова.
— Я грумер, делаю красивыми пёсиков, — смеётся София Путинцева.
— Я коммерческий директор на заводе, — делится Светлана Макуева.
Есть айтишники, педагоги, ювелиры, студенты-психологи. Владимир Решетников, музыкант, и вовсе попал в театр случайно: перепутал дверь, зашёл — и остался надолго. В этом театре не зарабатывают деньги, здесь зарабатывают самореализацию.
— Бывает, приходишь с больной головой, — делится актриса Катерина, — а выходишь на сцену — и сразу всё проходит. Потому что у персонажа не болит голова, у него нет твоих проблем. А после поклона боль сразу возвращается, потому что ты возвращаешься в себя.
Сцена третья: диалог с режиссёром
Основатель и режиссёр театра Оксана Половинкина смотрит на современность глубоко. Для неё театр в 2026 году — это способ не превратиться в цифровой шум.
— Оксана, Белгород сейчас — город с особым характером. Как изменился ваш зритель?
— Люди стали восприимчивее. Они глубже переживают драму и ярче, душевнее реагируют на комедию. Как будто в непростое время они стали больше ценить те крупицы радости, которыми могут себя побаловать.
— Авторский театр — это риск. Боитесь тишины в зале?
— Раньше я думала: «Какие зрители плохие, не понимают». Потом думала: «Это я бездарная». А сейчас понимаю: если в зале тишина — это не значит, что не поняли. Возможно, человек понял всё настолько глубоко, что ему сейчас больно даже аплодировать. Артист просто протягивает зрителю руку, чтобы вместе перейти этот мостик.
— Если бы нужно было поставить спектакль без слов и декораций, на одной эмоции — о чём бы он был?
— У нас был такой опыт — спектакль «Мета». О попытке вырваться из замкнутого круга, о семье как главной ценности. Современная культура держит людей в зависимости, порождает страх потери чего-то внешнего. А я — за простые вещи: любовь, дружбу, дом. Культура — это ведь просто образ жизни. У каждого он свой. В «Спичке» актёры не играют, а проживают судьбу персонажа, это своего рода психотерапия для них и для зрителей.
Финал: зачем нам театр в цифровую эпоху?
Когда я спросила актёра Давида Оплетина, зачем ходить в театр, когда мир поместился в смартфон, он ответил очень честно:
— В ленте новостей у каждого из нас тысячи «отложенных» видео, которые мы никогда не посмотрим. А театр — он живой. Он случается здесь и сейчас.
Максим Шапошников: «Мы сворачиваем горы, потому что любим Белгород»