Воронежская область, село Нижнее Турово, 24 февраля.
Мария Исхакова встала оченьрано.
Заглянула в комнату к дочери, ее зовут Лена, но кровать была не примята.
Девушка исчезла.
Мария бросилась ее искать.
Мама Лены тогда еще не знала, что весьэтот ужас будет длиться целых шесть долгих лет.
Уйдут годы, чтобы раскрыть тайну, что случилось с ее дочерью.
Лене 23 года.
Наканунеона ушла гулять с лучшими близкими друзьями детства.
Это братья Роман и Сергей Масловы.
Мария видела их вчера утром.
Всегда они былидружны, всегда они улыбались, всегда они со мной здоровались.
И на этот раз они едут и поздоровались.
Тетя Маша, здрасте, здрасте.
Лену давно невидать, как она там, что она там.
Я взяла и сказала, говорю, Лена здесь, в Нижнем Турове.
Они мне в ответ, надо заехатьпроведать.
Вот такой разговор состоялся.
Они поехали в свою сторону, я пошла домой в свою сторону.
Лена училась в Воронеже вуниверситете, она журналиста.
И вот уже последний курс, скоро диплом.
И Лена приехала к бабушке с дедушкой в деревенской тиши готовиться кгосударственному экзамену.
Жили они вот в этом доме.
Это было в 2006 году.
Сейчас здесь давно никто не живет.
И все обветшало.
Но тогда дом был красивым иуютным.
И вот 23 февраля.
После обеда Мария отлучилась к соседке.
Надо было ей сделатькапельницу.
Мария врач-терапевт.
И она всегда помогала сельчанам.
Село небольшое, в 300 человек.
И все друг друга очень хорошо знают.
Лена готовилась к госэкзаменам.
Когда я вернуласьдомой с этой капельницы, Лены уже не было.
Мне сестра моя и тетя сказали, что приходил Сергей, вызвал Лену.
Она там поговорила сними, потом прибежала, переоделась и сказала, я поеду с ребятами покатаюсь.
Деревенская идиллическая картина.
Зима, снег, сани и такой очень красивый конь.
И рядом лучшие друзья детства.
Дажеможно сказать, они ей как братья.
Лена с ними выросла.
Они жили на одной улице.
Рома ровесник Лены.
Сергей старше, на 6 лет.
И вот уже вечер, но Лена пока домой не вернулась.
Она, девушкавзрослая, в свои 23 года вполне могла поздно прийти домой.
Вечерами молодежь собиралась в клубе.
Или она могла пойти к подружкам в гости.
Семьяложилась рано, как это и принято у деревенских.
А утром оказалось, что Лена так и не вернулась.
И Мария бросилась на поиски.
Куда ехать-то? Забрали к Масловой.
Куда ехать? К Масловой мы и поехала.
Приехала.
Ну, выходит Рома и выходит на егомамаши.
Говорю, Ром, где Лена? А мы ее до дома довезли, около столба оставили.
Ну, и на этом уменя волосы поднялся.
Как она не пришла, куда она делась? Ну, я бросилась в поисках ее.
У столба, имеется в виду у фонарного столба, метрах в 30 от калитки.
Но тогда почемуЛена не дошла до дома? Я попыталась найти следы, где она пошла.
Дома-то ее нету.
Я побегала в сарай.
Мало ли что где.
Нету нигде никого.
Я вышла, пошла, посмотрела на погребцы, посмотрела по сараю.
Нигде никого нету.
Ниживой, ни мертвый.
Мало ли что.
Человек.
Может, замерзала, куда пошла.
Может, сознание теряла.
Где искать-то? Вот, типа, вот этот погребец я смотрела.
Ну, исарай вот этот вот.
Мария в панике бегала по всей улице.
Проверяла и этот дом.
Он принадлежал семьеМасловых.
Но здесь никто не жил.
Его использовали как склад.
Хранили там сено и зерно.
Я на крыльчика забежала, заглянула, посмотрела.
Там гора, это, гора зерна.
И выбежалаоттуда.
Никого я там не увидела.
Мария в тот момент еще не знала, что именно этот дом хранитсамую главную тайну исчезновения ее дочери.
Думала, может, там, где-то к речке ушла.
Может, где-то заблудилась, замерзла.
Люди серьезно сказали, что мы ее высадили, онадомой пошла.
Я ищу, может, куда-то заблудилась, может, замерзла.
Следов я никаких не нашла.
Возвращаюсь домой.
Ко мне вышла бабушка, 80 лет, маминасестра Мария Захаровна.
Говорит, может, там след от Алехина дома и к речке.
Я побежала по дороге.
Я увидела этиследы к речке, вписалась в этот след, бежала по этому следу.
И у меня в голове пульсировало, Ленка, Ленка, только не утони, Ленка, Ленка, только неутони.
А след к речке, к речке и к речке.
Когда я подбежала вот именно в этом месте кречке 20 лет назад, справа одна полынья, слева две полыньи, я побоялась, думала, яутону.
Лену я не видела.
Я стояла, у меня пульсировало, что дальше делать? Бежать назад, кого-то просить о помощи.
В этот момент вон оттуда подъезжают масловые на лошади.
Сергей бежит, вот тут вот спускается и прямиком побежал.
Сергей сразу побежал по этомуже следу через речку.
Ну, там где-то расстоянием уж метров 10 за кустами он ее вытащил.
Откуда он ее тащил, не видела.
Там были кусты, из-за кустов.
Ну, ориентировочно метров10 там, скорее всего, было.
Он тащил Лену, и в другой руке у него был сапог.
Но он уже вот сюда подтащил ее.
И япобежала на этот лед.
Раз мужчина пробежал по этому льду, значит, и я, наверное, смогу.
И я выбежала на этотлед, и он подволок мне Лену.
И из нее воздух вышел.
Чистый перегар.
Я закричала на Сергея, что вы наделали, зачем вы ее так напоили.
Марияникогда не видела, чтобы дочь напивалась до беспамятства.
Да, Лена могла выпить в компании.
Немного пива или вина, но точно не крепкий алкоголь.
И вообще вся эта картина казалась Марии полным безумием.
Дочь почему-то на речке, с жутким запахом спиртного, и не подает признаков жизни.
АСергей издал такой рев, Лена, что был слышен за 5 километров.
Что он этим ревом хотелсказать? Лена, что ты наделала? Или Лена, что мы сделали? Не знаю.
После этого он ее вытащил, отвез на сани туда, положил, и они поехали.
Я побежала заними.
Когда они приволокли ее в дом, я забежала.
Бабушка закричала, мы ее отхаживать будем, на пол ложить, и мы ее согревать будем.
Начала греть воду на плите, и масло выбросили ее на пол и убежали.
Больше я их невидела.
Мы в доме начали раздевать ее, ручьями текло с двух свитеров, с куртки, с брюк вода.
Этосамое начало событий, которые будут длиться 6 долгих лет.
И повороты в этой истории,они поразительные просто.
Ну, например, Марии будут доказывать, что дочь после смерти встала и пошла гулять.
Илиоднажды Мария придет на кладбище и увидит, что тело украли.
Или, как о Марии, впростом враче из малюсенького села в 300 человек узнают в европейском суде вСтрасбурге.
А журналисты напишут, что она достойна книги рекордов Гиннеса.
И как преступникидобьются, что им выплатят за моральные страдания в тюрьме сотни тысяч рублей.
Ещеэта история про то, как трудно и невозможно поверить в то, что друзья детства могут статьмонстрами.
И Мария в это не верила.
Журналист нашего канала Юлия Ускова подробно спросилаМарию Исхакову о том, что происходило в течение этих шести лет.
Какими долгими итрудными оказались поиски правды? Лену привезли домой.
Мария, напомню, она врач, бросилась спасать дочь.
Она начала оказывать первуюпомощь.
А потом пришла мама братьев Масловых.
Прошло, может, полчаса, заходит на их маму.
Маш, что делать-то? А я делалареанимацию, проводила непрямой массаж сердца.
Маш, что делать-то? Я в горячахговорю, Тань, ты мне скажи, что делать.
У меня не каждый день дети умирают.
Потом пришла фельдшер.
И когда я ее попросила,говорю, мать, ну, помоги мне, я реанимацию делаю, у меня уже руки отсыхают.
Ну, помоги, покачай ее.
Ой, Маш, хватит тебе качать, хватит тебе качать.
Ну, она воткрытую, конечно, не сказала, что это труп.
Ну, и в итоге почти четыре часа я ее качала.
Говорю, мать, ну, что делать-то? Ну, что,Маш, делать? Что делать? Говорю, ну, вызывай латинскую скорую, то есть с моего местаработы.
Мария Николаевна, то есть все это время не было, да, понимания того, чтопроизошло на самом деле? Не было.
Мария Николаевна, вы извините, что приходится возвращаться к тем событиям.
Еслинужно, какую-то паузу.
Нет, не надо, все нормально.
Когда фельдшер приехала, говорю, посмотри, муж, она живая.
В машине сидела с ней,когда на носилках, я ее укрывала.
Не было.
Я думала, замерзла, замерзла.
Пока ехали до больницы в поселок Латная, это в 30километрах, Мария все пыталась отогреть дочь.
Все ждала, что она вот-вот очнется, ноуже на месте стало понятно, что чудо не случилось.
В больнице, куда приехала скорая, Мария работала врачом много лет, когда сталопонятно, что дочь умерла, и она повезла ее в морг.
Когда я привезла труп дочери и в моргее не стали принимать, это было уже 4-5 часов вечера, мы ее довезли.
Нашли, наверное, в10 утра.
Когда в морге не стали принимать, я стала звонить Милахину, говорю, труп дочерипривезли, а ее в морге не принимают.
Он говорит, а в милицию сообщили? А я не знаю, непомню, я забыла.
Ну, он сказал, сообщайте в милицию.
Когда дочь нашли на реке, у Марии даже мыслей не было ни про какой криминал, поэтомуи не звонили в милицию.
То, что это все-таки криминал, стало понятно через 3 дня, когдаМария получила справку о смерти.
Справку принес молодой человек Лены, Костя.
Они жили вместе последние 3 года.
Готовились к свадьбе, мечтали о детях.
Костя уженазывал свою будущую тещу Марию мамой.
И вот он пришел со справкой о смерти, но все не решался отдать ее.
Понимал, какиестрашные слова там написаны.
Мне говорит, мам, я тебя не отдам.
Я разозлилась, говорю, а кому ты поднесешь? Кто у них, кроме меня? Ну, он отдал мнесправку, читаю.
Асфиксия с давлением органов шеи руками, давление руками.
А через 30дней получили результаты судебной экспертизы.
Мне много раз встречались подобные документы, но такой длинный список травм я вижувпервые.
А вы потом видели результаты вот этой первой экспертизы? Конечно, конечно.
Мне следователь выдал.
Милахин все вскрыл, все изучил, все написал на 8 листах.
Я долго читала, 45 ударов.
Отбита левая почка и задушенная.
Сколько там ссадин, их не пересчитать.
Ну, на 8 листах, короче, напечатано.
Так что таммного-много чего было.
Почка была не просто отбита, а разорвана.
С такой силой наносили удары.
Были ещетравмы, которые указывали на то, что девушку принуждали к близости.
И, возможно, это даже произошло.
Но кто мог так жестоко издеваться и потомрасправиться с Леной? Логично, что первыми под подозрение попали те, с кем Лена ушлагулять в тот самый день.
Братья Масловы, Сергей и Роман.
Но Мария не могла поверить, что такое вообще возможно.
Лучшие друзья детства на такоене способны.
Мы находимся около дома Маслова.
Все детство, собственно говоря, моя дочь играла с Масловым и Ромой в одной песочнице.
Они ходили вместе в клуб, они ходили вместе на речку.
То есть общались они открыто исвободно.
Ну, то есть можно сказать, что между Леной и братьями были доверительные, дружескиеотношения? И очень доверительные, и очень дружеские.
Жили они вместе, играли онивместе, катались на лошади.
И у нас лошадь была, и у них лошадь была.
Ходили на речку, речка рядом.
У Лены с детства боевой характер.
Она в компаниизаводила.
Веселая, энергичная и училась хорошо.
И замечательно рисовала.
Когда наступалодеревенское лето, вместе с дружной компанией пропадала на речке.
Ходила в лес собирать землянику.
Это было беззаботное и счастливое время.
Она быламаленькая, не всегда послушная.
Она была ласковая, она была нежная, она была общительная очень.
У нее очень быломного друзей, у нее очень много подружек.
А вот вы не знаете, когда Лена уже окончилашколу, училась на журналиста, подрабатывала, она как-то с этими братьями вообщеобщалась? Ну, то есть были ли они какими-то прям близкими, друзьями? Да, конечно,однозначно она с ними общалась.
Если она приезжала на выходной, вместе они ходили в клуб, вместе они ходили на речку,вместе какие-то шашлыки.
Не знаю.
А вы сами изначально Масловых не подозревали?Нет, я изначально Масловых 100% не подозревала.
К моменту, когда происходили эти события, Лена с мамой и младшей сестрой Ирой жили впоселке Латная.
Ну, это комната Лены, здесь она в основном проживала последние 5 летконкретно.
Это была ее комната.
Тут располагался диван, тут теперь стоят два кресла.
Здесь она спала, на этом диване.
Мария и дочки часто приезжали в Нижнее Турово.
Здесь прошло все детство Лены.
Тут любимые бабушка и дедушка, и близкие друзья.
Лена, приезжая в село, всегда встречалась с ними.
Все уже выросли, и у всех вроде бы жизнь складывается очень удачно.
Лена училасьзаочно на журналиста, это была ее мечта.
Рома, ее ровесник, уже получил высшееобразование, женился, у него маленькая дочь.
Сергей тоже был семейным и тоже растил дочь.
С братьями у Лены исключительнодружеские отношения, никакой влюбленности.
Девушка чувствовала себя с ними вбезопасности, как это бывает, когда ты в компании друзей, с которыми вы играли еще впесочнице.
И Мария всегда отпускала дочь с ними со спокойной душой.
Но кто тогда такое сотворил сЛеной? Братья Масловы подробно рассказали, что происходило 24 февраля.
Председатель сельсовета.
Первоначальная версия.
Она берет бутылку пива в магазине.
Масловы берут бутылкуводки.
У Масловых 23 числа два года назад умер отец.
Потом сели на скамейке около домаМасловых.
Дома, в котором прошло их детство.
Выпили.
Возможно, вспоминали прошлое.
Когда они еще были детьми и по-соседскибегали друг к другу в гости.
Потом поехали к дяде, братьев.
Там тоже была компания.
Немного посидели, еще выпили.
Потом покатались на этих чудесных санях.
И вот вечером, где-то в полдевятого, онипривезли Лену к дому.
А сами поехали в клуб на танцы.
Братья уверяли, что ничего плохого они Лене не делали.
Да и не могли, они же лучшиедрузья.
Но откуда тогда у Лены десятки серьезных травм? Кто ее душил? И как онаоказалась у речки? Скажите, а вот когда случилась трагедия, и вот вы оказались в морге, ипроисходит осмотр.
После этого, когда начинается расследование? Ведь понятно, что это насильственнаясмерть.
Я буквально на этой же неделе начала писать жалобы, почему не возбуждаетсяуголовное дело.
И вот эту экспертизу я и в милицию, и следователем всем, и впрокуратуру областную, и в прокуратуру генеральную.
И никакой реакции абсолютно.
21 марта, по-моему, меня признали потерпевшей.
Вот таккак-то.
Так что дело не возбуждалось.
Первое время, это же непередаваемое состояние, когда уматери ребенка убивают.
Это вот ночь не спавшей.
В голове всю ночь стучить.
За что? Кто? Почему? За что? Кто? Почему? За что? Кто?Почему? То есть прошел почти месяц с момента гибели Лены, и лишь под давлением еемамы открыли уголовное дело.
До этого, по словам Марии, хотели оформить смертьдевушки как несчастный случай.
Сама пошла к реке, сама замерзла.
Это при том, что причина смерти — удушение.
Милиция неоднократно подъезжала к судмедэксперту, я с ним разговаривала.
Напиши, или замерзла, или напиши, что алкогольная интоксикация.
Ну, он написал все, чтоне подвел.
А вот расскажите, когда следствие только началось, в самом начале, как онопроходило по порядку? Не было там никакого порядка.
Допрашивали меня два раза под протокол.
Мария Николаевна, а что за история, когда вубийстве даже подозревали вас? Если я не ошибаюсь, вы даже проходили детектор лжи.
Ой, в мае месяце 2006 года меня потащили на детектор лжи.
Ну, что я могу рассказать? Мне вынесли постановление, за мной заехали, меня повезли.
Аспаривать этот момент я не имела права и не имела возможности.
Тогда мне жутко было,почему меня, зачем меня, кто я есть и где, зачем я там нигде не была, нигде не светилась.
По словам Марии, ей предложили написать явку с повинной, признаться, что это оназадушила Лену.
Выясняли, были у них конфликты, как они жили.
Вызвали на проверку надетекторе лжи.
И там Мария впервые с момента убийства Лены увидела одного из братьев.
Они ж со мнойне разговаривали, они ж со мной и в глаза меня не видели, собственно говоря, послеубийства.
А это уже сколько, три месяца прошло.
И это самое, и я подбегаю к нему, говорю, Ром, ну ты куда вы Лену-то дели? Он смотрит наменя глаза в глаза, так уверенно, так четко, ни один мускул не дрогнул.
Мы ее довезли иоколо дома высадили.
А дядя-то на две головы выше меня.
Ну, я тут четко поняла, что или чист, как стеклышко, или просто зверь.
Мускул, по всейвероятности, обратное.
Зверь.
Так смотреть в глаза матери и так уверенно себя чувствовать и так и говорить.
Проверялина детекторе и братьев.
Результаты полиграфа никаких подозрений не вызвали.
Расспрашивали про конфликты мамы и дочки и у бывшего мужа Марии, папы Лены.
Онидавно в разводе.
У Лены осталась фамилия папы Шурова, а Мария, по второму мужу,Исхакова.
Про отношения мамы и дочки спрашивали и сельчан, в том числе и братьев.
Рому Масловаспрашивают, как Шурова с Исхаковой жили.
И еще там три вопроса, и больше ничего.
Напрашивается вопрос, а не надо было бы спросить, Рома, ты ее не убивал случайно?Вообще-то, я думаю, первым вопросом должен быть стоять вот этот.
Ну, не как Шурова сИсхаковой жили.
Издевались открыто надо мной.
Унижали, оскорбляли, высмеивали.
Или что они делали, я не могу сказать.
Или закон онивысмеивали.
Они уже, по-моему, не меня высмеивали, они высмеивали уже закон.
Все этиследственные органы.
Каждый следователь, который из десяти сменился, они менянапрямую уличали.
Почему милицию не вызвала? И зачем скорую сладную вызвала? Тут вплоть до того, чтопытались рассказать, что я дерьмо, что я убила и прочее.
Ну, больно, ну, обидно.
Потом следователи снова вернулись к первоначальной версии.
Казалось бы, 45 травм,разорванная почка и явные следы того, что девушку принуждали к близости.
Ну и, наконец,удушение.
И вдруг версия, что Лена сама пошла к реке, и это якобы подтверждают следы от каблуков.
Учитывая, что в ту зиму снег был выше колена, никаких практически следов.
Снег,первозданный снег, нетронутый снег, и один только след.
В тот момент, когда я пошла к речке, было очень много снега.
И тот след, по которому ябежала, это было, я проваливалась выше колена.
Снег был нетронутый, один только след.
Каблука никакого я в этих следах не видела.
И впоследствии мне в милицию, прокуратуразаявляет, что это был женский след, что там в следах были каблуки.
Никаким образом тамкаблук не должен был высветиться.
Я шла, мне было тяжело, я задыхалась, я не попадала в этот след.
Он был намного ширемоего шага.
След был явно мужской.
Но даже если предположить, что след женский, как могла Лена после таких травм иудушений дойти по глубокому снегу больше ста метров до реки? Однозначно не сама она кречке шла, тем более судмедэкспертиза написала.
После удушения 2-4 минуты она моглажить, и выполнять активные целенаправленные движения она не могла.
Сколько мы идемуже? Мы сколько идем? 5 минут? Тем более идти по такому снегу.
Для Марии в расследовании уголовного дела происходило много странного.
И она на всеэто обращала внимание прокуратуры и следственного комитета.
Писала заявления,обращения, жалобы.
Мне же люди говорили, ищи адвоката грамотно, что дело не идет, дело не идет, делоразваливается.
Ну, я в апрель, ну, это марта-апрель, наверное, уже.
Это уже большемесяца, а то и больше двух.
Я поехала в Воронеж и нашла адвоката мне.
И я обратилась к нему, он почитал вот этуэкспертизу Милахина.
А там же Милахин пишет сначала обстоятельства делаполстраницы, а потом уже вся экспертиза описывается.
И я обратилась к этому адвокату, он говорит, Маслова забрали, Маслова тебе и убили.
Явылупила на него глаза, как? Да вот так.
Я говорю, а вы откуда знаете? Мне аж плохостало.
Я следователем 8 лет проработала.
С этого момента у вас как-то закрались сомнения? Ну,с этого момента как-то я, похоже, и то я не на 100% была уверена, что именно это Масловасделали.
Но у Масловых было надежное алиби.
Первая экспертиза указала время смерти около 12 часов ночи.
Но братьев видели в клубепосле 9 вечера.
Потом они пошли домой.
И, по словам их мамы, уже в 10 вечера мирно спали.
Мария, как на работу ездила впрокуратуру, требовала серьезного расследования.
И, наконец, через 8 месяцев Масловыбыли арестованы.
Через 8 месяцев их задержали, обоих.
Они дали признательные показания, что СергейМаслов пытался, Рома за руки держал.
Вот что рассказали братья на допросе.
Это уже вторая версия событий от них.
Будет еще и третья, позже.
Так вот, начало историисовпадает с их первым рассказом.
Пришли за Леной, помянули отца, поехали к дяде.
И там уже выпили и позвали покататьсяна санях.
И вот уже там у старшего брата Сергея созрел план.
Это подтвердили свидетели.
Судя по показаниям-то, там еще двое парней были.
ВоронинВладимир и Маркин Сергей.
Маркин Сергей говорит, что вот я спросила у Масловых, что вы будете делать.
Они мнеотвечают, мы сейчас еще выпьем и с Леной займемся сексом.
Сергей предложил Ленепобыть с ним.
Но она категорически отказалась.
А дальше они повезли ее домой.
В селе хоть и маложителей, но территория большая.
От дяди Масловых до Лены километров пять.
Самой добираться ночью в мороз опасно.
Ивот братья везут Лену.
Но останавливаются перед своим домом.
Хватают и затаскивают внутрь.
Это онирассказывали на допросе.
Сложно конечно представить, что чувствовала Лена, когда ее лучшие друзья детства вдругпревратились в неуправляемых монстров.
Лена отчаянно сопротивлялась.
Сергей пыталсядобиться своего.
А его младший брат ему помогал.
Он удерживал руки Лены.
Но Лена яростно продолжалабороться.
И тогда Сергей начал ее жестоко избивать.
Ногами, руками, бил по спине.
От этих ударовкак раз и разорвалась почка.
И оказывается были свидетели, которые слышали крики.
Они крики слышали именно напротяжении где-то получаса-часа.
Они слышали крики.
По всей вероятности ее тут избивали, забивали.
Сергей не только бил, но и сдавливалруками шею девушки.
Дальше братья вытащили Лену из дома.
По их словам, она еще хрипела.
Довезли до ворот ее дома.
Они утверждали, что Ленабыла жива.
Да, Сергей ее избил, но не убивал.
Конечно, братьев спросили, а почему они сразу непризнались.
Ответ Сергея поразил.
У него скоро жена должна была родить сына.
И он очень хотел увидеть ребенка, а ужепотом пойти в милицию с повинной.
И вот вроде бы есть признание.
Правда, у братьев статус подозреваемых в нанесении тяжких телесных повреждений.
А нев убийстве и другом серьезном преступлении.
И вдруг через несколько месяцев братьеввыпустили на свободу.
Они ведь дали признательные показания, да? Они ведь рассказали о том, что это онивиновны и все сделали.
Что именно они, именно вдвоем.
Никто другие.
А вот почему их отпустили, не могу сказать.
А не было каких-то версий, связанных с тем,что у них папа, по-моему, был при какой-то такой большой должности? То есть могли лиони как-то повлиять? Версия первоначальная была.
Даже я поехала через полгода впрокуратуру области.
Он у меня тоже вот так в лобовую спрашивает.
А как вы думаете, Мария Николаевна, ктопрячет вот это дело? Я говорю, начальник следственного изолятора.
И он у меня неспросил, кто это.
Он мне говорит, друг Масловых.
Он мне говорит.
То есть он знает.
То есть Масловы могли воспользоваться своими связями? Масловы однозначнопользовались своими связями.
Ну, собственно говоря, конечно, они.
Отец председателясельсовета и мать секретарем сельсовета работала.
Они себя чувствовали хозяевами вэтой жизни.
Ихние вещи изъяли только в апреле месяце, в которых якобы они находились.
Экспертизуживым провели только в 2010 году.
Братья отказались от признаний.
Заявили, что на допросах к ним применили силу.
Улик против них нет.
И их отпустили.
И что же делают Масловы на свободе? Они требуют компенсацию за незаконное лишениесвободы.
От такого поворота событий многих опустились бы руки.
Но не у Марии.
Не в ее характере сдаваться.
Она упорная.
Мария выросла в этом селе.
Ее родители – самые обычные сельские люди.
Работали в колхозе.
Трудились много.
Тяжело.
Жили скромно.
У Марии была мечта – получить высшее образование, статьврачом.
И она уехала в город.
Отучилась и получила распределение в больницу.
В поселке Латное.
Когда дочь Лена уже была старшеклассницей, Мария советовала ей тоже стать врачом.
НоЛена ответила – не хочу в медицинский.
Боюсь крови.
Она очень любила читать, фотографировать и умела прекрасно рассказывать истории.
Имогла разговорить любого человека.
Поэтому она и решила стать журналистом.
Пока Лена училась на журфаке, она уже писала статьи в местных газетах.
А чтобыпомогать маме, работала в кафе и оператором в салоне игровых автоматов.
Помните,были такие салоны в нулевых? Вот в данный момент времени у меня осталась еежилеточка.
Это с места работы Елена-оператор.
Есть характеристика с места работы.
В должностиоператора-кассира игрового заведения показала себя как добросовестный, ответственныйсотрудник с перспективой карьерного роста.
Лена была ответственная, умная.
И на протяжении всей своей жизни она помогала и мне, ипыталась заработать какие-то деньги.
Собственно говоря, вот он телевизор куплен Леной.
Холодильник на кухне, собственно, куплен Леной.
Лена собиралась жить, Лена собираласьработать.
Не собиралась умирать.
Ну, то есть такая она довольно с раннего возраста у вас была самостоятельной? Да,самостоятельной моим девочкам приходилось быть, по сути, с первых лет, что называется.
Потому что я работала врачом, работать врачей всегда не хватало.
И мне приходилосьработать с 8 до 5, до 7.
Они воспитывались у меня без отца, обе дочки.
И практически после школы она сразу пошла работать.
Вы извините, если вопроснекорректный, а можете рассказать, почему девочки росли без папы, и вам приходилосьодной их воспитывать? Ну, как сказать, не сошлись с характерами.
Или, как сказать, трудносказать.
У меня было два мужа, они от разных отцов.
С первым мы разошлись, он начал рукуподымать.
Ну, а второй, ну, как сказать, нищета вечная.
Какие-то проблемы житейские.
Ну, так получилось.
А отец Лены, он как-то поддерживал сней общение на протяжении жизни? Ой, ну, к сожалению, нет.
Зато были тети, любимые дедушка с бабушкой и много друзей.
Они часто собирались.
Лене нравилось наряжаться, покупать себе красивые вещи, ходить на каблуках.
Ну, живой, нормальный человек.
Училась, работала, дружила, в клуб ходила, на танцыходила, куда-то с друзьями ходила.
Друзья приходили, общались.
Если какая-то вечеринка, они могли у меня это отмечать.
Место было.
Незадолго до гибелидочери Мария отметила свой юбилей.
45 лет.
Она помнит, как Лена проснулась утром.
Подошла к ней, обняла и сказала.
Мама, спасибо тебе за все.
И прости меня, если что не так.
А через 10 дней Лену убили.
И вот братьев Масловых отпустили на свободу.
И они потребовали компенсации за,процитирую, незаконное привлечение к уголовной ответственности и содержание подстражей.
И, что удивительно, компенсацию они получили.
300 тысяч рублей.
Для конца нулевых очень приличные деньги.
В решении суда былонаписано, что Масловым, снова цитата, причинен огромный моральный вред,нравственные и физические страдания.
Несмотря на это, Мария продолжает свою борьбу.
Уголовное дело приостанавливают.
Нопод давлением Марии снова начинают расследование.
А на каком основании они следствие приостанавливали? Не могу я ответить.
Это вопросыкасаются только следственные органы.
А у них там какие-то, у них, короче, сроки.
Мы сроки выдерживаем.
Они мне отвечают, мы сроки выдерживаем.
А что тебе надо? Мысроки выдерживаем.
Мы приостановили.
Возбудили.
Ага, ты в суд пошла? Мы возбудили.
Ага.
И полки на другую переложили.
И месяц прошел, обратно на ту же полку положили.
Я опять в суд.
Пока решение вынесется, это еще месяц минимум проходит.
Это вот игра впрятки, что ли.
Я не знаю, что было.
Игра в прятки, игра в бирюльки.
Что они со мной делали, я не могувам ответить.
Документов здесь очень много.
Все это собрано за многие-многие годы.
Вот он, целыйящик.
Вот они, все ящики этого стола.
Все забиты документами.
Все это всерилось.
Документы в них хранилось.
Они хранятся с 2006 года все.
Она тратила деньги наадвокатов и скромные зарплаты врача.
А потом уже и сама научилась составлять официальные документы.
Но дело все равноособо не продвигалось.
Следователи менялись.
А однажды Мария пришла на кладбище и увидела что-то невообразимое.
Я жепрактически, если не каждый день, то через день после работы бегала на кладбище.
Иду16 августа.
Подхожу, смотрю издалека.
Вроде где Лена лежит, там холмик земли.
А я так посмотрела,вроде где Лена лежит.
Не поняла.
Кто-то, что ли, хочет к Лене кого-то подселить.
Подхожу ближе, ямы вырыты,гроба нет.
Даже вот так они надо мной изгалялись.
Я приезжаю домой, звоню 02.
У меня труп дочерииз кладбища украли.
А вы звоните следователю.
Ну, к следователю звоню, а у нас решение суда мы вынесли.
Ну, то есть прокуратура подала Иждивицкое в суд, чтобы сделать эксгумацию.
И я вынес решение, что нужна эксгумация.
И мотивация, я не знаю, до абсурдности глупая.
У нас материалы дела не соответствуют экспертизе Милахина.
Я так подозреваю, что материалы дела должны подгоняться под экспертизу.
Никак не вобратном направлении.
Ну, абсурдные, абсолютно абсурдные это самое.
Мотивировки.
Следователи хотели подтвердить данные первой экспертизы.
Уже послеэксгумации Мария не нашла в себе силы увидеть тело дочери.
Ведь с момента похорон прошло больше полугода.
И она позвонила отцу Лены ипопросила его прийти на повторное захоронение.
Единственная у меня просьба была, язнала его телефон.
И когда сделали через полгода эксгумацию, мне было очень больно и страшно, и плохо.
Ябоялась, что кого они привезут на кладбище.
Я позвонила ему и говорю, Вань, ну, приедь,похорони.
Я не могу, но он мне на словах вроде пообещал, но его там не было.
И вам самойпришлось все это делать? Нет, ну, я туда не поехала.
Эксгумацию уже сделали этиследственные органы.
Они же ее выкопали, они же ее похоронили.
Потому что меня там не было.
Каких-то прорывов и серьезных подвижек в следствии Мария не видела.
Ее заявления какбудто таяли в пустоте, исчезали.
Я начала отбивать телеграммы.
Говорю, может, совесть поимеют, хоть где-то кто-то окстится, где-то что-то увидит.
Я ужеотбивала телеграмму Путину Владимиру Владимировичу, Следственный комитет,Бастыкин.
В неделю стала отбивать телеграммы, три раза в неделю.
Волокита и сокрытие преступления по убийству дочери никто так и не увидел.
Сотрудникипочты, видно, видели, а все остальные, я думаю, не.
Это 2008 год, 2009.
То есть вообще никакой не было реакции на эти ваши жалобы? Вообще никакой реакции.
Вообще.
По словам Марии ответили ей один раз, что действительно, мол, следствиевелось с нарушениями.
А Мария продолжала бороться.
Как писали журналисты в 2011 году, эта борьба достойнакниги рекордов Гиннеса.
Вот цитата.
«Сегодня Мария Николаевна – женщина, которая может попасть в книгу рекордов Гиннеса.
Никто не подавал в Тверской суд заявление на генерального прокурора России господинаЧайку пять раз.
Семь раз обращалась в Басманный суд с иском против другого прокурора– Бастыкина».
Это статья на сайте города Семилуки.
Иски Мария не выиграла.
И тогда она написала вСтрасбург в Европейский суд по правам человека.
Нет, ну, это просто какое-то удивительное упорство для простого врача из маленького селав Воронежской области.
Скажите, а в Европейский суд вы что именно писали? Ну, писалиадвокаты.
Ну, что именно? Нарушение государства.
Не расследуют уголовное дело.
Я восьмой, девятый, десятый я уже в Страсбург строчилатам.
Ну, это уже с адвокатами, конечно.
Жалоб двадцать я в Страсбург закидала.
Ну, реакции… В общем, ответа из Страсбурга небыло и нет.
Кто-то мне сказал из адвокатов, или не помню кто, перед рассмотрением вСтрасбург, в страну сообщает, а что вот это там у вас такая-то, такая-то жалобамизакидала этот Страсбург.
Разберитесь с ней.
Может, просто начали разбираться.
Не могу я ответить на этот вопрос,я не знаю.
И вот все эти многочисленные жалобы дали эффект.
Как говорит Мария, взяла измором.
Витоге братья Масловы снова стали главными подозреваемыми.
Правда, до приговора находились они не под стражей, а под подпиской о невыезде.
Уследователей был важный новый факт, который полностью отменял алиби Масловых.
Повторная экспертиза показала, что смерть Лены могла наступить начиная с восьмивечера.
А в тот момент братья были рядом.
Братья продолжали настаивать, точнее старший братСергей, что они причинили Лене вред, но он ее не убивал.
И давать новые показанияследствию они оба отказались.
Так что же произошло в тот самый день? Доподлинно до конца выяснить это не удалось.
Но по версии Марии могло происходить следующее.
Сергей избил Лену, Роман ее держал.
Возможно, Лене влили крепкий алкоголь.
Расправа длилась не меньше часа.
И, вероятно,старший брат довел до конца то, чего он так добивался.
Потом придушил Лену, а дальше для алиби они уехали в клуб.
Но позже вернулись, чтобыизбавиться от тела.
Бабушка Лены вспомнила, что ночью во дворе Масловых лаяласобака.
На период убийства Масловых они в это время в другом доме проживали.
На периодубийства дочери никто в этом доме не проживал.
Но находилась тут, они держали собаку.
Собака охраняла поместье или дом.
Они ходили, кормили собаку.
И бабушка всегдаговорила, вот Масловы приезжают, собака лает.
В 2 часа ночи собака лаяла, бабушка услышала.
В 2 часа ночи, в ту ночь, когда убили.
Мысвязываем это с тем, что в 2 часа ночи они приходили и труп относили за речку.
Тело Лены братья привезли к реке не просто так.
У Марии есть версия, что они хотелиутопить ее, чтобы скрыть все следы.
Когда мы труп дочери нашли и из одежды совсемтекло, хотели под воду спустить, чтобы следы вообще убрать.
А что-то им помешало.
Дальше от дома Лены к реке протоптали следы.
И добавили тудаотпечатки каблуков, сапог Лены.
Поэтому, когда тело нашли, один сапог лежал отдельно.
У этого мостика имитация былатрех следов в следах каблуки.
Эту имитацию сделали убийцей для того, чтобы спрятатьследы преступления.
А потом мне рассказать, что это она сама шла, что этот каблук был в следах и прочее.
Нуили не слить тело на руках, как это делает статист во время следственных действий.
Пословам Марии, многие фактические улики не были обследованы.
Хотя в деревне шептались, что на следующий день Сергей прикрывал царапины.
А уРомана была рана на пальце.
Лена отчаянно сопротивлялась и укусила его.
Не проведена экспертиза спермы.
Не проведена экспертиза живым дядям.
Проведена в2011 году или в конце 2010 года, не помню уже по материалам дела.
У Маслова Ромы на двух пальцах, на больших, рубцы.
Рома отвечает, это я стеклил тамгде-то на даче и поранился.
Ага, сколько-то там лет назад, ладно.
Больше я там особо ничего, ну что там за пять лет.
Через пять лет проведена.
Вот вещивзяли их на исследование, на волокна, в которых они были 16, по-моему, апреля.
Ну не делалось, ну не делалось ничего.
Начались судебные заседания.
Главнымобвиняемым был Сергей.
Его младший брат шел как соучастник.
Сам не бил, но и не остановил брата.
Наоборот,помогал ему, удерживая свою подругу детства.
Ну, я, во-первых, была возмущена.
Почему? Закрытое судебное заседание.
Года два никтосо мной не ездил.
А потом я уже начала с поселка собирать людей.
Люди со мной ездили, многие.
Со мнойездили на суды человек по 8, по 10, по 15.
Даже вот на приговор, я не знаю, 18 человек было.
Потому что мне нужна огласка.
Мненужно, чтобы люди видели.
Если прокуратура не видит, не слышит, хотя бы люди видели, слышали.
И, может, онисовесть поимеют.
Я пришла со своими соседями, со своими знакомыми.
Я не смогла привезти с Нижнего Турова такой же коллектив.
Просто у меня не былотранспорта.
Приехали столько же людей, которые знают, видели и видят.
И понимают, что убийцы Масловы.
Но их прячет областная прокуратура.
Больше мнесказать нечего.
Группа поддержки была не только у Марии.
У подсудимых тоже были сторонники, которыене верили в их вину.
И писали обращения в поддержку Романа и Сергея в разныеинстанции.
Например, цитата из обращения от жителей села.
«Семья Масловых – это порядочная,добрая семья, к которой мы, жители, ходим по всем вопросам и получаем положительныеответы.
Вырастили двух сыновей.
Сергей – это великий работяга, добрейший человек, честный и справедливый».
Или вотеще цитата.
«Как больно смотреть на их семьи».
Имеется в виду семьи Романа и Сергея.
«Ведь остались трое маленьких детей.
Как тяжелотерпеть несправедливость.
Мы надеемся, нас услышит вся страна и поможет этой семье».
Мария Николаевна, а какМасловы вели себя на суде? Ну как? Прятались от камер, голову закрывали, наклонялись.
И молчали.
Молчали.
Уж им не интересно было совсем.
Скажут, раз начали отмывать, то отмывают.
Не знаю, молчали.
А не просили у вас прощения за все это время хоть раз? Никогда,нигде.
Ни при каких обстоятельствах.
А в тот момент они дали признательные показания? Они признали вину или адвокат,может, пытался их выгородить? Адвокат пытался выгородить.
Адвокат дерьмом обливалдочь.
Вот эти вот крики слышали.
А он встал, выступает и заявляет.
Да она шла, она там песни пела.
Поэтому и слышалитам все крики.
То есть с Масловой совсем не причастны.
Абсолютно никаким боком, никаким делом.
Апотом он дошел даже до судмедэксперта.
Там не телесные повреждения, а там трупные пятна.
А он там писал, что там столькотелесных повреждений.
И, кстати говоря, суд не реагировал на эти заявления.
Это ж кощунство опять в отношении Милахина, в отношении закона.
Какое право адвокатимел оскорблять судмедэксперта? А Маслова, они в итоге сознались? Они признали то,что им предъявили сидение? В суде они промолчали.
Они сказали, у нас 51-я статьяКонституции.
Мы свидетельствовать против себя и родственников не будем.
Перед приговором ужеруководитель следственного комитета, следственного какого-то отдела, вызывает меня,это впервые, это один раз в жизни.
Он меня вызвал и говорит, Марья Николаевна, ну, мыне можем доказать их, что по 105-й статье по убийству.
Теперь уже время нисколько прошло, и у нас нету особых улик против них.
Давайте мыбудем по 111-й статье обвинения им предъявим.
Я была в шоке.
111-я статья – это умышленное причинение вреда здоровью, опасное для жизни человека.
И это, конечно, совсем не то, что сотворили эти люди с Леной.
Ну, все-таки Сергеюпредъявили 105-ю статью.
На приговоре прокурор бегал за мной.
Марья Николаевна, они сегодня в наручников уйдут.
Марья Николаевна, не волнуйтесь, они сегодня их введут в наручников.
Им сегодня наденут наручники.
Спасибо хоть сказал через 6 лет.
Ну да, отдельнонаручники ввели.
Ну, как-то так.
И вот январь 2012 года, 6 лет спустя после убийства, наконец суд принялрешение.
Сергея приговорили к 17-ти годам колонии строгого режима, а его брата Романа– к 6,5 годам колонии общего режима.
После приговора зал аплодировал.
И скорее не сроком, они не максимальные, а самомуфакту, что преступники, наконец, наказаны.
А что вы почувствовали, когда услышалиприговор? Ну, обрадовалась.
Тут люди сбежались, стали обнимать.
Маш, глянь, ты смотри.
По телевизору меняпоказывали.
Обрадовалась, конечно.
Шесть лет лбом об стену, и вдруг все-таки нашлись.
Я сама незнаю, как я выжила и как я так умудрялась.
Ну, просто мне, наверное, надо было лбом об стену биться, потому что больно мне было.
Ядовольна решением суда, но мне не нравится, что Маслова Романа Васильевичавыгораживают, тем не менее.
Шесть лет, скорее всего, он лично совершил этопреступление, но взял брат на себя.
Что я могу еще сказать? Ну, сами с собой они там разберутся.
Масловы ожидаемо подалина апелляцию.
И после рассмотрения в Верховном суде срок им уменьшили.
Я даже, когда в Верховный суд восемь человек ездили со мной, потом обжаловали, иМаслова обжаловали, и я обжаловала.
В Верховный суд поехали.
Восемь человек, и там,по-моему, трое подтянулись, московские.
И когда даже по полтора года с них скинули по приговору, и люди ко мне подходят, Маша,а чего они по полтора года скинули им? Говорю, девчонки, да успокойтесь, я не могу уже.
Шесть лет прошло.
Шесть лет.
Бомба в стену.
Ну, теперь-то они их высветили.
Теперь они их показали всей стране.
А что там пять лет, пятнадцать лет, мне без разницы.
В шесть лет не было убийцы.
Вшесть лет одни мои слезы, одни на моей беготне, и все.
И кто там за кого, кто там Серега за Рому, Рома за Серегу, кто там за кого сидит, они, двабрата, они разберутся.
Поэтому я сильно не расстроилась.
Конечно, обидно, почемуполтора года снял Верховный суд.
Здоровье стоило, нервов стоило.
Я даже не могу объяснить, чего стоило.
Через год послеприговора журналисты снова вернулись к этой истории.
Появились заголовки, что Мария получила 200 тысяч рублей компенсации моральногоущерба от государства за ненадлежащее следствие, волокиту и прочие нарушения.
Онасказала журналистам, мне не деньги были важны, а сам факт.
Вы знаете, у меня осталосьбуквально несколько последних вопросов.
Известно ли вам что-то сейчас об этих братьях? Я так понимаю, один, видимо, вышел, судяпо сроку.
Вот что-то о них известно вообще? Мне абсолютно ничего не известно.
Единственное, 26 июня в прошлом году умерла ихняя мамаша.
Опять, со слов людей в деревне, Рома приезжал, ее хоронил.
Сказали, Рома изменился вкакую сторону, куда, не знаю.
Не могу сказать, не видела, не знаю, в какую сторону.
И у Ромы, говорят, четверо детей.
Вот это слышала.
Мария продолжает работать вбольнице.
У нее общий стаж уже больше 45 лет.
А главным человеком в ее жизни остается младшаядочь Ира.
И вот младшая дочь как-то часто спрашивала вас вообще об этой трагедии, отом, что тогда случилось? Или как-то вы ее, может быть, оберегали от этих разговоров,рассказов? Конечно, я оберегала ее.
От этих разговоров я и сейчас ее оберегаю.
И у нас разговоров вообще нет на эту тему.
Япытаюсь оберегать дочь, я не разговариваю.
Тем более она в 2012 году приговор вынесли.
Я думала, я эту дочь потеряю.
Она серьезнозаболела, там онкология была.
Я думала, все.
Я думала, жизнь для меня вообще закончилась.
Единственное, что я могусебе позволить.
Ира, я завтра еду на суд.
Такие моменты.
И я ей особо стараюсь не докладывать.
Это ей не надо.
Это мое.
Мария Николаевна, вот как вы с ней часто видитесь, общаетесь?Очень часто видимся и очень даже общаемся.
Каждую неделю 100%.
Могу я к ним поехать, могут они ко мне приехать.
Попросят.
У меня две внучки и внук.
Попросят, мам, забери из садика.
Мам, привези туда.
Мам, отвези туда.
Куда-то на кружки в Воронеж.
Конечно, это мое, это мои.
Это радость моей жизни.
Мария Николаевна, а вот поделитесь, почему вы решили дать этоинтервью? Ну, я, во-первых, благодарна вам, что вы меня услышали, увидели.
Меня 20лет никто, нигде, никогда, ни разу, ни в судах, ни в прокуратуре, ни в милиции, нигде ниразу не услышал.
Это первый вопрос.
Второй вопрос.
Я с первого дня просила огласку.
Какие-то газеты.
Всем не отказывали.
Мы не можем печатать, потому что уголовное делоне закончено.
Нам запрещают.
Мне нужна огласка.
И третий вопрос.
Чтобы больше люди знали и видели, что могут себе позволить следственные органы и всеостальные должностные лица.
Может быть, кому-то это в жизни пригодится, вот это вот, втакой борьбе хотя бы.
Я не знаю.
Может, никому не пригодится, дай бог.
А может, кому-то и пригодится мой опыт.
Я 6 летсудилась.
Так что я считаю, что такие вещи не должны попрятаться до конца.
Не должны.
Для всехзакон существует.
Значит, и для меня существует.
Поэтому я пыталась это кому-то объяснить, кому-тодоказать.
Как-то так.
Не знаю, как это мне удалось.
Не особо удалось, но тем не менее все-таки почти удалось.
Думаешь, идешь сюда, думаешь, что она что-то скажет и полегче станет.
А она ничего не говорит.
Легче не становится.
А я не могу читать слезы.
Слова сочинила сама.
Здесь вечный камень, море слез.
Горе сердце рвет на части.
Свечой сгорела жизнь твоя в тот зимний день холодный, страшный.
Она так и получилась,свечой.
В принципе, свеча горит около часа.
Ну, судя по всему, ее забивали в течение часа.
Сегодня, 20 лет спустя, в доме, где жилаЕлена, тишина.
Бабушка с дедушкой давно умерли.
И в доме ее лучших друзей детства, которым она так доверяла и которые так жестоко с нейрасправились, тоже никто не живет.
И только воспоминания, как дружная деревенскаякомпания, Лена, Рома, его старший брат Сергей и другие ребята ходили друг к другу вгости, вместе играли, делились детскими секретами, лазили в
соседские огороды,собирали в лесу землянику, бегали на речку, были счастливыми, пока не выросли.