Золото, товарный рубль:
Дисклеймер:
Внимание! Читая данный материал, вы подтверждаете, что ознакомились и согласны с полной версией дисклеймера PXR 3.0 (статья №10 подборки «Аналитика») и принимаете, что вся информация здесь предоставлена только в ознакомительных целях. Полная версия документа является неотъемлемой частью данного материала.
Знаете это чувство, когда в три часа ночи смотришь на график нефти, потом на график курса рубля, потом на отчёт Минфина о дефиците бюджета, и хочется просто закрыть терминал и пойти работать курьером? Вот у меня оно было. Прямо до того момента, пока я не сказал себе _стоп, а если подумать...
А если просто посмотреть на ситуацию с нескольких сторон, ну как то так:
не только с позиции трейдера, но и обычного человека. Ведь он не знает, что такое RSI и почему дивергенция по MACD — это сигнал (такое себе конечно, но просто к слову). Вопрос, от которого может случился когнитивный диссонанс: «А зачем вообще платить проценты, если мы можем расплачиваться товаром?»
Так то смешно, бартер и всё такое, привет 90 тые_ну нет. Честно. Но потом я вспомнил, что швейцарцы так делают с 1934 года. Вспомнил, что в СССР заводы работали без банковского процента. Вспомнил, что у меня в портфеле акции промышленных компаний, которые падают просто потому, что ставка ЦБ 15%, а не потому, что они плохо работают.
И я решил разобраться. Глубоко. С сарказмом. С цинизмом. И с бутылкой виски — для храбрости и вдохновения.
---
Часть первая. Исповедь трейдера-невротика
Давайте начистоту. Я зарабатываю на том, что деньги делают деньги. Я смотрю на процентные ставки, как удав на кролика. Это моя экосистема.
Если ЦБ повышает ставку — я потираю руки и покупаю ОФЗ с плавающим купоном. Почему? Потому что купон привязан к RUONIA, а RUONIA пляшет вокруг ключевой ставки. Ставка растёт — мой купонный доход растёт. Красота. Я сижу в плюсе, попиваю русиано и смотрю, как корпоративные заёмщики плачут в подушку.
Если ЦБ понижает ставку — я тоже радуюсь. Я продаю флоатеры и покупаю длинные ОФЗ с постоянным купоном и акции. Почему? Потому что при снижении ставки цена длинных облигаций летит вверх (дурацкая математика дюрации, которую все ненавидят, но которая работает). А акции растут, потому что деньги становятся дешёвыми и бегут в рисковые активы.
Я неуязвим, как суслик которого никто не видит, а он есть, как таракан, который выживает и при потопе, и при пожаре. Повышение ставки — я в шоколаде. Понижение ставки — я в шоколаде.
Но в 2026 году что-то сломалось. Я смотрю на свой портфель, на графики, на новости, и понимаю: страна вокруг меня не выживает.
Ставка 15%. Заводы встают, потому что кредит под 18% — это не кредит, а ограбление. Инвестиции упали на 2,3%. Бюджет трещит по швам — за первый квартал дефицит 4,57 триллиона рублей. ФНБ тает быстрее, чем моё терпение на совещаниях с брокером. Нефть скачет как бешеная — то $45 из-за санкционного дисконта, то $75 и выше из-за блокировки Ормузского пролива.
И вот в этот момент я включаю человека, далёкого от биржевой культуры:
«Слушай, а давай сделаем так. Мы покупаем золото за рубли внутри страны. Продаём его за доллары на внешнем рынке. Доллары меняем на рубли на бирже. Пополняем бюджет. И никакой инфляции, потому что под золото есть реальный товар».
Я поперхнулся американским самогоном от таких мыслей...
Но новая реальность продолжала разворачиваться в мозгу тренированого трейдера 3D, не моргнув глазом:
«И ещё. Давай сделаем товарный рубль для заводов. Ноль процентов. Только для расчётов между собой. Нельзя купить валюту, нельзя купить пиво в ларьке. Только станки, цемент, металл, электричество. И налоги государству».
И тут я понял — это либо бред сумасшедшего, либо самая элегантная схема выхода из стагфляции, которую я слышал за последние пять лет. А я слышал много схем. Поверьте.
---
Часть вторая. Товарный рубль: швейцарцы, советы и моя бабушка
Начну с товарного рубля. Потому что это фундамент. Без него всё остальное — просто перекладывание денег из кармана в карман под аккомпанемент бравурных реляций.
Что такое товарный рубль?
Это не валюта в привычном понимании. Это клиринговая единица. Представьте себе талон на обед в советской столовой. Вы можете купить на него суп, второе и компот, но не можете купить машину, квартиру или валюту. Только здесь вместо обеда — прокатный стан, вагон коксующегося угля и трансформаторная подстанция.
Как это работает (инструкция для тех, кто привык к Bloomberg, а не к заводской проходной):
1. Государство создаёт «Фабрику товарных расчётов». Эмитентом выступает не ЦБ (у него своих забот хватает), а специальный клиринговый центр при Минфине или ВЭБ.РФ.
2. Предприятия получают товарные рубли (ТР) строго под залог реальных контрактов. Не под честное слово седого директора с трудовой мозолью, а под договор с РЖД на поставку рельсов или с Минобороны на ремонт техники.
3. Металлург получает ТР от стройки. Стройка получила ТР от государства под госконтракт. Металлург платит ТР угольщикам за кокс. Угольщики платят ТР энергетикам за электричество. Энергетики платят ТР в бюджет в виде налогов.
4. Ставка по кредитам в ТР — НОЛЬ ПРОЦЕНТОВ. Зеро. Зиро. Никакой сложной формулы с привязкой к ключевой ставке плюс три процента.
Стоп. Вот здесь у коллеги-монетариста, который привык к флоатерам и дюрации, случается разрыв шаблона. «Как так — деньги без процента? Это же печатный станок! Это же инфляция! Это же конец света!»
Ответ: НЕТ. Спокойно. Выдохните. Объясняю на пальцах.
Обычные рубли, когда их эмитирует ЦБ через банковскую систему, немедленно начинают искать доходность. Они бегут на валютный рынок (давят на курс), на потребительский рынок (давят на цены колбасы, айфонов и турецких мандаринов) или на рынок ОФЗ (искажают кривую доходности, мешая мне, кстати, нормально торговать).
Товарный рубль НЕ МОЖЕТ убежать в эти каналы. У него нет обменника. Нет банкомата. Нет брокерского счёта. Его нельзя конвертировать в доллар, евро или юань. Его нельзя положить на депозит под процент.
Это как вода в системе отопления многоэтажного дома. Она горячая, она греет батареи, но вы не можете её пить. И это правильно. Потому что если смешать систему отопления с питьевым водопроводом, у вас будет и холодно, и дизентерия.
Исторический ликбез для сомневающихся (я проверял, прежде чем писать):
Швейцария, 1934 год. Банк WIR. Частная клиринговая система для малого и среднего бизнеса. Кредиты в WIR-франках выдаются под 0-1%. Система работает до сих пор, пережила Вторую мировую, холодную войну, крах золотого стандарта и изобретение криптовалют. Когда ставка Швейцарского национального банка низкая — бизнес сидит в обычных франках. Когда ставка высокая — все дружно переходят в WIR. Это как иметь зимнюю и летнюю резину. Меняешь по погоде и не мучаешься.
СССР, безналичный рубль. Заводы имели безналичные счета, население — наличные. Конвертация между ними была жёстко ограничена. В 1992 году Гайдар объединил два контура, и накопленные за десятилетия безналичные деньги промышленности хлынули на рынок колбасы, телевизоров и кожаных курток. Результат — инфляция 2500%. Не потому, что деньги были лишними, а потому, что смешали две несмешиваемые жидкости.
Вывод для 2026 года: Разделяй и властвуй. Пусть ЦБ держит ставку 15% (или даже выше) для борьбы с импортной инфляцией и оттоком капитала. А промышленность пусть живёт на товарных рублях с нулевой ставкой. Это не отменяет рыночную экономику. Это её дополняет и спасает там, где рынок дал системный сбой из-за запредельной стоимости денег.
---
Часть третья. Золотой мост: как накормить бюджет без инфаркта и печатного станка
Теперь вторая часть марлезонского балета. Золото. Сразу скажу — если делать просто «купи-продай» в обычных рублях, это бессмысленная суета, имитация бурной деятельности.
Смотрите, я нарисую вам картинку.
Вы покупаете золото у «Полюса» или «Полиметалла» за 100 обычных рублей. Продаёте его на мировом рынке за $2. Продаёте эти $2 на Московской бирже за 110 обычных рублей. У вас прибыль 10 рублей. Аплодисменты. Ура. Мы гении.
Но дьявол в деталях.
Эти 100 рублей, которые вы дали золотодобытчику, вы либо:
1. Изъяли из экономики через налоги. Тогда у кого-то (у граждан, у бизнеса) стало меньше денег. Вы просто переложили рубли из кармана налогоплательщика в карман бюджета. Это не рост, это перераспределение.
2. Напечатали. Тогда вы разогнали инфляцию, а 10 рублей прибыли её не покроют даже близко. Это как тушить пожар бензином.
А теперь магия товарного рубля. Следите за руками.
Шаг 1. Государство покупает золото у недропользователей ЗА ТОВАРНЫЕ РУБЛИ (ТР).
- Золотодобытчикам глубоко плевать на ключевую ставку ЦБ. Им не нужны кредиты под 18%. Им нужны бульдозеры, реагенты, топливо, запчасти для драг, спецодежда, взрывчатка. Они с радостью берут ТР, потому что тут же расплатятся ими с машиностроителями, химиками, энергетиками.
- Государство НЕ ТРАТИТ НИ КОПЕЙКИ ЖИВЫХ, ОБЫЧНЫХ РУБЛЕЙ на покупку золота. Оно тратит «фантики» товарного контура, которые само же и эмитировало под будущую продукцию.
Шаг 2. Государство продаёт золото на внешний рынок за твёрдую валюту.
- Золото — это вечный актив. Особенно когда в мире творится то, что творится. Индусы, китайцы, арабы, турки — все стоят в очереди. Золото принимают везде, оно не под санкциями, его не заблокировать.
Шаг 3. Государство продаёт полученные доллары на внутреннем валютном рынке.
- Импортёры, банки, спекулянты (ваш покорный слуга, возможно) покупают валюту за ОБЫЧНЫЕ РУБЛИ.
- Эти рубли поступают НАПРЯМУЮ В БЮДЖЕТ, на счета Казначейства.
Что произошло с точки зрения макроэкономической магии?
1. Денежная масса обычных рублей НЕ УВЕЛИЧИЛАСЬ. Мы не включали печатный станок. Мы просто обменяли физическое золото (купленное за «фантики» ТР) на реальные рубли, которые уже существовали в экономике и лежали на счетах импортёров.
2. Бюджет получил ЖИВЫЕ, НАСТОЯЩИЕ РУБЛИ. На зарплаты врачам и учителям, на пенсии, на социалку, на обслуживание госдолга.
3. Промышленность получила БЕСПЛАТНОЕ КРЕДИТОВАНИЕ в ТР. Заводы работают, цепочки кооперации не рвутся, люди при деле, оборудование не ржавеет.
4. Инфляции в потребительском секторе НЕТ. Потому что ТР не покупают колбасу и айфоны, а обычные рубли для покупки золота не печатались.
Я называю это «Золотой мост между товарным и денежным контурами».
Товарный контур производит реальное золото. Золото перебрасывается в денежный контур через экспорт. Денежный контур даёт бюджету рубли для финансирования социалки и обороны. И никто не страдает.
Кроме, может быть, импортёров айфонов и дорогого вискаря, у которых мы эти рубли изъяли через продажу валюты. Но им полезно. Меньше айфонов — больше думают о развитии отечественного приборостроения. Меньше импортного виски — больше пьют российский виски (говорят, в Калининграде научились делать неплохой).
---
Часть четвёртая. А что с курсом рубля? (Вопрос на миллион)
Мой внутренний собеседник сказал фразу, от которой я сначала напрягся, а потом задумался: Курс доллара при этом будет падать.
И здесь я, как трейдер, который каждый день смотрит на пару USDRUB, должен остановиться и разложить всё по полочкам. Потому что здесь кроется и гениальность, и опасность.
Почему курс действительно будет падать?
Потому что государство выходит на биржу с продажей крупных объёмов валюты. Предложение долларов растёт. Спрос со стороны импортёров условно стабилен (им всё ещё нужны айфоны и станки). Курс идёт вниз. Доллар дешевеет, рубль укрепляется. Классика жанра.
Почему это плохо для бюджета? (Внимание, здесь важно)
Потому что федеральный бюджет России на 35-40% состоит из нефтегазовых доходов. А нефтегазовые доходы считаются просто: **цена барреля Urals в долларах × курс доллара × объём добычи**.
Пример:
- Цена Urals $70. Курс 90 рублей за доллар. Бюджет получает 6300 рублей с барреля.
- Цена Urals $70. Курс 70 рублей за доллар (рубль укрепился). Бюджет получает 4900 рублей с барреля.
- Потеря: 1400 рублей с каждого барреля.
Мы одной рукой заработали на золоте условные 100 млрд рублей, а другой рукой потеряли 500 млрд рублей на нефтяных налогах из-за укрепившегося рубля. Обменяли шило на мыло, причём мыло — хозяйственное, а шило было золотое.
Решение (мозг услужливо разворачивает схему):
Мы не продаём ВСЮ валютную выручку от золота на бирже. Это было бы глупо. Мы действуем тоньше, как опытный трейдер, который не вываливает весь объём одной заявкой.
1. Продаём ровно столько долларов, сколько нужно для покрытия кассового разрыва бюджета в рублях. Нужно заплатить пенсии за март? Продали валюты ровно на эту сумму.
2. Остальную валюту направляем в ЗВР и ФНБ. Восстанавливаем ту самую ликвидную часть Фонда национального благосостояния, которую проели за первые три месяца года. Да, доходность резервов ниже, чем хотелось бы, но ликвидность — это подушка безопасности. А подушка безопасности в наше время важнее доходности.
3. Используем золото для своп-линий с дружественными ЦБ. Китай, Индия, ОАЭ, Турция — им всем нужно золото для диверсификации резервов. Мы можем не продавать его за доллары, а обменивать на юани, рупии, дирхамы. И уже эти валюты использовать для оплаты критического импорта, минуя доллар и санкционные риски.
Идеальный баланс (к которому мы стремимся):
- Товарный рубль даёт промышленности нулевые оборотные средства.
- Золотой экспорт даёт бюджету живые рубли через дозированную продажу валюты.
- Валютные интервенции удерживают курс в коридоре 85-95 рублей за доллар, комфортном и для бюджета (нефтяные доходы не падают), и для экспортёров (маржа сохраняется), и для импортозамещения (импорт не становится слишком дешёвым).
---
Часть пятая. Трейдерский взгляд на риски (или «Где мы обязательно накосячим, если не подстелить соломки»)
Я не был бы трейдером с двадцатилетним стажем, если бы не думал о том, где эта стройная схема может сломаться. Риски есть всегда. И лучше проговорить их сразу, чем потом удивляться.
Риск 1. Коррупция на эмиссии ТР.
Если клиринговый центр начнёт раздавать товарные рубли не под реальные контракты и складские расписки, а «по звонку уважаемого человека», система превратится в кормушку. Фантики потекут рекой, товара под них не будет, и мы получим инфляцию уже внутри товарного контура.
Лекарство: Цифровая платформа на технологии распределённого реестра. Да, я сказал слово «блокчейн». И нет, я не криптоэнтузиаст, который хранит биткоины на флешке под подушкой. Но здесь технология реально нужна. Полная прослеживаемость каждого товарного рубля от момента эмиссии до момента погашения налогами. Кто, кому, за что, на каком основании. Всё прозрачно, всё в онлайне, всё под контролем Счётной палаты и ФНС.
Риск 2. Переток ТР в обычный контур (конвертация в обход правил).
Если кто-то найдёт серую схему обмена ТР на обычные рубли по курсу, близкому к номиналу, начнётся скрытая эмиссия и давление на потребительский рынок. Это аналог того, что случилось в 1992 году, только в меньших масштабах.
Лекарство: Жёсткий дисконт при официальной конвертации (10-15%) и закрытый перечень целей для обмена. Предприятие может обменять ТР на обычные рубли ТОЛЬКО для выплаты зарплаты сотрудникам (и то — в пределах установленного лимита) или для покупки импортного оборудования, не имеющего российских аналогов. Всё. Никаких «на представительские расходы» или «на премию совету директоров».
Риск 3. Золотодобытчики откажутся брать ТР.
Могут и отказаться. Частный бизнес имеет право. Они скажут: «Дайте нам обычные рубли, мы сами решим, куда их потратить».
Лекарство (административно-налоговое дзюдо): Государство говорит: «Ок, коллеги. Налог на добычу полезных ископаемых на золото теперь можно платить товарными рублями. Причём с дисконтом 5% к номиналу, если платите ТР». И всё. Очередь из золотодобытчиков за товарными рублями выстроится сама собой, без всякого принуждения. Рыночек решает.
Риск 4. Мировые цены на золото упадут.
Россия не настолько крупный игрок на рынке золота, чтобы обрушить глобальные цены. Мы добываем и экспортируем 300-350 тонн в год при мировом рынке в 4500-4700 тонн. Это меньше 8%. Да, если мы начнём продавать всё и сразу, одной заявкой по рынку — цена дёрнется вниз на пару процентов. Но мы же не идиоты. Мы работаем через пул уполномоченных банков, через свопы, форвардные контракты, биржевые аукционы. Тихо, спокойно, без паники и заголовков в Bloomberg.
Риск 5. Мой личный, трейдерский риск.
Если эта схема заработает, мне придётся перестраивать свой портфель. Флоатеры, возможно, станут менее привлекательными, потому что инфляция в потребительском секторе будет под контролем, а ЦБ сможет начать медленное снижение ставки. Длинные ОФЗ, наоборот, могут вырасти в цене. Акции промышленных компаний, которые сейчас лежат на дне из-за ставки, рванут вверх.
Короче, мне придётся работать. Думать. Анализировать. Перекладываться.
Вот это настоящий риск. Я уже привык к своей неуязвимой стратегии «флоатеры при росте, длинные при падении». А тут придётся шевелиться. Но ради спасения экономики я готов пойти на эту жертву.
---
Заключение. Исповедь уставшего, но просветлённого трейдера
Я начинал этот разговор как законченный скептик и циник. Я заканчиваю его как человек, который увидел работающую, логически непротиворечивую альтернативу бесконечному закручиванию гаек в денежно-кредитной политике.
Нет, я не призываю отменить рубль. Я не призываю перейти на золотой стандарт в духе XIX века. Я не призываю печатать триллионы товарных рублей и заваливать ими страну. Я не сумасшедший, у меня лицензия ЦБ на брокерскую деятельность, в конце концов.
Я призываю к разумному институциональному разделению.
Пусть у нас будет два контура, два круга кровообращения в экономическом организме:
- Первый контур — классический рубль. Высокая ключевая ставка (пока это необходимо). Борьба с инфляцией. Импорт критически важных товаров. Потребительский рынок. Фондовый рынок (мой родной, хлебный, любимый). Здесь я зарабатываю на флоатерах при росте ставки и на длинных ОФЗ при её снижении. Всё как обычно.
- Второй контур — товарный рубль. Нулевая ставка. Промышленная кооперация. Инфраструктурные проекты. Госзаказ. ВПК. Станкостроение. Всё, что требует длинных денег и не может выжить при ставке 15%.
И пусть между ними будет Золотой мост — экспорт золота, купленного за товарные рубли, и дозированная конвертация валютной выручки в живые рубли для финансирования бюджета.
Это не коммунизм. Это не дикий капитализм. Это не план, спущенный из Госплана. Это здравый смысл, одетый в современную экономическую теорию и приправленный трейдерским цинизмом.
А теперь я пойду спать. У меня завтра открытие торгов на Мосбирже. Нефть опять дёргается из-за новостей из Ормузского пролива. Надо ловить движение и думать, не пора ли начать потихоньку подбирать акции промышленных компаний.
Потому что если эту схему хотя бы на 30% реализуют — они пойдут вверх. А я, как любой уважающий себя трейдер, хочу быть впереди толпы.
Дисклеймер: Автор не является сотрудником Минфина, ЦБ РФ, администрации президента или золотодобывающей компании. Автор — просто трейдер с терминалом, бутылкой виски и остатками здравого смысла. Все совпадения с реальными экономическими реформами случайны, но я бы на месте ответственных лиц присмотрелся к этой модели.
P.S. Если эту статью читает Эльвира Набиуллина — Эльвира Сахипзадовна, я готов обсудить детали в удобное для Вас время. Ставку 15% я переживу (флоатеры пока кормят), но заводы — нет. Давайте что-нибудь придумаем, пока не стало слишком поздно. У меня есть ещё пара идей, но для них нужно больше виски.
P.P.S. Если эту статью читает мой брокер — нет, я не сошёл с ума. Лимиты на ОФЗ пока не трогай. Но присмотри за акциями машиностроителей. На всякий случай.
RM Иван Хельм 9,7/10.