Детство не просто отрезок времени. Это почва, из которой растёт вся жизнь. У творческого человека ещё и книги, стихи, картины. Моя трёхлетняя дочь каждый вечер просит «Танечку» перед сном и сама же поёт её под игрушечную гитару. Не знает нот, но в ритм попадает идеально. Почему строчки, написанные больше века назад, до сих пор находят отклик и у современных детей?
Ответ в детстве самой Агнии Барто. Давайте заглянем туда. Обещаю, вы удивитесь.
Агния Львовна Волова родилась 17 февраля 1906 года в Москве, в образованной еврейской семье. Мама, Мария Ильинична, вела дом, была остроумной и красивой. Папа, Лев Николаевич Волов, работал ветеринарным врачом. Он не просто лечил животных, а искренне любил их, как доктор Айболит. Именно отец стал главным человеком, сформировавшим будущую поэтессу. Образованный, театрал, он знал наизусть почти всего Крылова и каждый вечер читал дочери басни по ролям, превращая чтение в маленький домашний спектакль. «И сейчас слышу голос отца», вспоминала Барто десятилетия спустя.
Семейная легенда гласила: едва девочке исполнился год, отец подарил ей книжку «Как живёт и работает Лев Николаевич Толстой». Он учил её читать по книгам Толстого с крупным шрифтом и восхищался этим писателем всю жизнь. Он же познакомил Агнию со сказками Андерсена. Когда читал ей «Дикие лебеди», девочке казалось, что эта прозаическая сказка написана стихами. Так, через голос отца, в неё входила любовь к слову, ритму, истории. Именно от него она унаследовала главное: чувство ритма, любовь к точному слову и понимание, что стихи это не скучно, а живо и вкусно. Позже Барто скажет: «Отец научил меня слышать музыку стиха».
Агнию учили как барышню из хорошей семьи: французский язык, гимназия, уроки балета, затем хореографическое училище. Она мечтала стать балериной, но параллельно сочиняла стихи. Сначала подражательные, девчачьи, о «сероглазых королях» и «смуглых отроках», переписывала в тетрадку ахматовские строки.
А потом случилась революция. Начался голод. И пятнадцатилетняя Агния (тогда ещё Гетель Волова) совершила поступок, который многое говорит о её характере. Она прибавила себе год, сказала, что ей шестнадцать, и устроилась в магазин «Одежда», ради пайка. Работающим служащим выдавали селёдочные головы, из них варили суп. Это был единственный способ выжить. Так в биографии появился «лишний» год, а в характере та самая практическая жилка, которая потом позволит ей не витать в поэтических облаках, а твёрдо стоять на земле и слышать живую жизнь.
Отец по-прежнему читал вслух. Книги стали ещё большей ценностью, чем раньше. Маленькая Агния рано почувствовала: мир бывает суровым и несправедливым. Но отец, сам того не зная, строил для неё убежище. Из слов, рифм и басен, прочитанных на ночь. В нём она потом не раз укроется в самые трудные минуты своей жизни.
Балетную карьеру оборвал случай. На выпускном вечере в хореографическом училище Агния под музыку Шопена читала собственное стихотворение «Похоронный марш», принимая трагические позы. В зале сидел нарком просвещения Луначарский и едва сдерживал смех. Через несколько дней он пригласил её и сказал: «Вы обязательно будете писать весёлые стихи». Так балет закончился, и началась поэзия.
В 1925 году девятнадцатилетняя Агния Барто пришла в Госиздат и принесла свои стихи. Их отправили на рецензию Корнею Чуковскому. Тот прочитал и сказал следующее: «Талант есть, но писать надо проще, короче и смешнее. Учитесь у народных потешек». Барто не обиделась, а стала учиться. Ходила по дворам, детским садам, школам, записывала, как говорят дети, о чём спорят, над чем смеются.
Кому-то она покажется слишком простой. Пишет ведь об игрушках, играх, прогулках, без той витиеватости, что у коллег по цеху. Но, может быть, поэтому армия её маленьких фанатов не иссякает. Она никогда не врёт ребёнку. Зайка мокнет под дождём, и это грустно. Мишке оторвали лапу, и это больно. Таня уронила мячик, и это обидно до слёз. Истории реальных детей с их повседневностью. Барто умеет быть рядом, а не сверху. Не поучает, а говорит на равных.
Есть у ее стихов и совсем взрослое, почти невероятное продолжение. Одна девушка никак не решалась признаться в чувствах молодому человеку по имени Михаил, а тут узнала, что у него неприятности. И написала ему записку, всего четыре строчки: «Уронили мишку на пол, оторвали мишке лапу. Всё равно его не брошу, потому что он хороший». Казалось бы, детский стишок. Но Миша, у которого на тот момент были какие-то неприятности, прочитал, улыбнулся и всё понял. Они поженились, а историю эту позже рассказали самой Агнии Львовне. Потому что в этих простых словах, написанных для малышей, вдруг проступило главное обещание любви: быть рядом, даже когда «оторвали лапу» и всё пошло не так.
Меня в детстве мучал вопрос: почему бычок идет по доске и сейчас упадет? ответ я нашла только сейчас, когда меня начали пытать мои дети) Оказывается была такая настоящая механическая игрушка и она шла.
Агния Барто выросла в мире, где слово имело вес. И она передала это ощущение нам. Её стихи не просто рифмованные строчки. Это мостик между её детством и детством миллионов других людей. Мостик, который не рушится от времени. Поэтому моя трёхлетняя дочь и поёт «Танечку» под игрушечную гитару. А ваши дети любят стихи Барто?
P.S.: Мы с моей мамой долго спорили, что оригинал строчек звучит так:
Наша Таня громко плачет:
Уронила в речку мячик.
— Тише, Танечка, не плачь:
Не утонет в речке мяч.
Она долго утверждала что есть продолжение: "мы поедем за водой и достанем мячик твой". Это популярное народное продолжение, оказалась настолько живучим, что его часто принимают за часть оригинала. Дочь поет как бабуля научила.