Только статистика и цифры, которые объясняют гибель НФ в России. Вы, наверное, замечали, насколько крупнейшие книжные ресурсы в сети сегодня перегружены легкомысленными женскими жанрами с первых страниц? Давайте, посмотрим, почему это происходит, и какой процесс за этим скрывается.
Женщины в издательствах
Согласно данным кадровых агентств, аналитики книжного рынка и масштабному исследованию HeadHunter «Рынок труда в издательском деле» 2024 года, доля женщин в российской издательской отрасли составляет от 75 до 85%. В крупных издательствах («Эксмо», «АСТ», «Азбука-Аттикус») женский персонал преобладает на всех уровнях, включая редакционную политику и отделы маркетинга. При этом на позициях «редактор», «выпускающий редактор», «литературный редактор» доля женщин достигает 85–90%.
Мужчины преобладают в подразделениях, связанных с производственными процессами (печать, логистика), а также в управлении IT-инфраструктурой.
Это прямо коррелирует с изменением ассортиментной политики.
За последние десять лет издательские портфели сместились в сторону жанров, ориентированных на женскую аудиторию: романтическое фэнтези, любовные романы, семейные саги, проза для девочек подростков. То есть, эскапическая литература, те самые рыночные "тренды", на которые молятся менеджеры издательств.
Ситуация с научной фантастикой в России
НФ, напротив, демонстрирует тотальное сокращение доли рынка, причем аж с начала 1990-х. По данным Российской книжной палаты, в 2014 году научная фантастика занимала всего около 12% в сегменте художественной литературы. К 2025 году этот показатель снизился до 3–4%. Основные НФ-серии в издательствах либо закрыты, либо переведены в статус малых нишевых проектов с тиражами 1,5 – 2 тысяч экземпляров.
Одновременно фиксируется сокращение мужской читательской аудитории. Согласно исследованию «ЛитРес» и ВЦИОМ за 2025 год, среди активных покупателей бумажных книг женщины составляют 68–72%. В сегменте художественной литературы разрыв достигает 80%. Мужчины предпочитают интеллектуальный нон-фикшн (история, бизнес-литература, техническая литература), доля которой в их структуре покупок превышает 60%. Художественную литературу в бумаге сегодня читает очень малый процент мужчин в пределах погрешности, что можно назвать вымиранием аудитории.
Почему это плохо
Научная фантастика на протяжении XX века стимулировала интерес к чтению умной литературы, вдохновляла ученых идти в науку, по их собственным признаниям, и знакомила широкую аудиторию, в том числе женскую, с наукообразным образом мысли, полезным для прикладного развития общества. Также издание НФ обеспечивало существование мужчин как класса потребителей художественной литературы.
Научная фантастика традиционно выполняла роль инструмента прогнозирования и инженерного мышления. Она формировала у читателя интерес к науке, технологиям, социальному устройству и долгосрочным последствиям человеческих решений. Даже в антиутопиях она предлагала модель анализа реальности. Ее сокращение означает потерю канала, через который общество (особенно подростки и молодежь) осваивало системное, проектное мышление.
Эскапическое романтическое фэнтези, напротив, ориентировано на уход от реальности, а не на ее анализ. Его рост при гибели НФ не только смещает рыночные доли, но и меняет культурный вектор: вместо «как устроен мир и как его изменить» — «как адаптироваться в непонятном мире и найти комфортную пару в условиях неопределенности».
Если совсем просто: нынешний издательский бизнес поощряет отупление страны Достоевского, Беляева, Толстого и Стругацких.
А что сами читатели?
По данным ВЦИОМ и «ЛитРес» за 2024–2025 годы, в России среди читателей фантастики (включая научную фантастику, фэнтези и мистику)
женщины составляют около 55–60%, а мужчины — 40–45%.
Однако при разбивке по поджанрам ситуация меняется.
Интеллектуальная научная фантастика («твердая» НФ, космическая опера, технотриллеры) сохраняет мужское большинство — здесь доля мужчин достигает 65–70%, тогда как романтическое фэнтези и фантастику с любовной линией читают преимущественно женщины (до 80–85%).
Системное влияние на экономику
Сокращение мужской аудитории влияет на экономику издательств.
Маркетинговые стратегии ориентируются на платежеспособную женскую
аудиторию, что усиливает жанровую монокультуру. Высокая концентрация
женщин в редакциях при низкой представленности мужчин в отделах разработки стратегии и отбора рукописей, по оценкам отраслевых экспертов, создает системный риск: сужение ассортимента приводит к оттоку мужской аудитории, что в долгосрочной перспективе снижает общую
емкость рынка художественной литературы.
Почему это плохо для культуры
Культурный ущерб от политики Российских издательств заключается в сужении жанрового разнообразия, утрате межпоколенческого и межгендерного смыслового поля, а также в ослаблении коллективного и индивидуального воображения. Такая ситуация сужает спектр культурных функций литературы.
Издательства объясняют перекос в жанровой динамике коммерческим спросом (трендами), а не гендерным составом редакций. Но цифры говорят об обратном. И складывается впечатление, что личные предпочтения редакторов влияют на издаваемую литературу в целом.
Насколько это профессионально, судить не мне. Но и судей особо нет: Минкульт уже как бы не занимается книгоизданием, а Минцифры занимается вопросами издания, но не вопросами культурного содержания контента.
В итоге вред для общества и культуры выражается в трех аспектах:
- Гендерная поляризация культуры и ослабление консолидации полов. Когда один жанр («мужской» по аудитории) маргинализируется, а другой («женский» по аудитории) экспоненциально растет, формируется разрыв: разные группы перестают разделять общее культурное поле и понимать друг друга. То есть, растет предпосылка для конфликта полов.
- Утрата языка для обсуждения будущего. Научная фантастика была пространством публичной рефлексии о коллективных сценариях. Ее замещение жанрами, сфокусированными на индивидуальных эмоциональных переживаниях, обедняет общественный дискурс.
- Происходит снижение научно-технологической грамотности. Литература перестает быть «тренажером» для воображения, работающего с техносферой, что в долгосрочной перспективе ослабляет кадровую базу инженерных и научных профессий.
Важно уточнить: вредно не существование романтического фэнтези как такового, а системное замещение одного типа литературы другим под воздействием узких коммерческих моделей по воле бизнесменов в кабинетах, прикрывающихся рынком и трендами, и не думающих о реальной литературе.