С такси раз за разом возникли проблемы. То без детского кресла приехала машина. То точка поставилась не там где надо. Связь барахлит. Но я подумала, что третья машина уж точно приедет. Может, так и надо? Может, третье такси - особенно важное?
Так и вышло.
Дорога длинная, пробки, объезды. Разговорились с водителем, спокойным рассудительным мужчиной средних лет.
Он рассказал, что много лет работал личным водителем у знаменитого доктора. Я знаю его. Это прекрасный врач, который спас много жизней. И открыл свою клинику. Вкладывал силы, деньги, талант, труд… Пионер в своей области.
Водитель с горечью сказал: мол, теперь дело жизни не принадлежит этому доктору. Да, он немолод. Но не в этом дело. Он мог бы работать, талант и опыт не исчезли, лишь укрепились с годами.
Его вытеснили. Предали. Забрали то, что он создавал всю жизнь.
У доктора был любимый способный ученик. И в этого ученика доктор вкладывал свои силы, передавал все знания и умения. Давал все возможности.
Дальше можно не рассказывать? Многие догадались, чем дело кончилось.
Этот ученик восторгался достижениями и талантом патрона. И тщательно изучал методы работы. Очень тщательно. Вникал, писал свои работы под руководством старого врача. Вернее, переписывал то, что ему щедро передавали.
И однажды этот ученик предложил себя на роль руководителя и владельца. Это же очень хлопотно: руководить, владеть, принимать решения! Я все это возьму на себя!
Настойчиво стал предлагать себя. И немолодой патрон согласился. Надо дать дорогу молодому. Надо передать бразды правления способному ученику. Он лучше справится.
Главное, старого доктора уговаривали повременить. Разобраться в происходящем. И в ученике. Но доктор был словно ослеплен блестящим и верным человеком. Ведь тот клялся продолжать дело. И в дружбе клялся…
Наивный старый врач переписал клинику на ученика. И отдал все полномочия. И все ресурсы. А сам сосредоточился на врачебной помощи.
И через полгода оказался не у дел. Его даже операционной лишили. Теперь все принадлежало ученику. Который вдруг прозрел и стал критиковать методы профессора. Даже не критиковать; изобличать и очернять. И самого профессора тоже, конечно.
«Это же предательство!, - горячился таксист. - Это предательство! Я предупреждал! Но профессор говорил, что надо доверять людям. Что он этого ученика десять лет знает, учил и пестовал. И это прекрасный человек! Ему можно доверять! И вот что вышло…»
Да. Так часто выходит. Дашь человеку все, приведешь в свой дом и в свой сад, познакомишь с друзьями, наделишь полномочиями, доверишься… Ты думаешь, это ученик, соратник, друг!
Но ты ошибся. Это человек, который пришел занять твое место, отнять твой сад и дом. А тебя изгнать и очернить хорошенько. Или продать в рабство фараону. Сделать так, чтобы ты исчез. Ты больше не нужен.
Видите, и великие умные люди ошибаются, доверяя. Тот, кто видит, что у нас есть, тот, кто знает наши слабости и доверчивость, тот, кто проник в наш дом, тот, кого мы сами пустили и наделили возможностями, может стать опасным. Или изначально быть опасным.
«Вот эта клиника!, - показал водитель на современное высокое здание. - Только теперь и имени профессора не осталось. Другое имя теперь! Другой хозяин…»
И надо бы нам поостеречься. Ум и опыт иногда не спасают от темного человека. От Тени, как в сказке Андерсена.
Ведь все сказки пишутся самой жизнью. И сюжет всегда повторяется снова и снова…
Анна Кирьянова