В доме стояла тишина. Машка давно заснула в детской, в спальне тихо посапывала жена. Наступил поздний вечер — время, которое Алексей мог провести в мастерской, не боясь быть потревоженным. Он подвинул маленький столик к стене, воткнул ветку рябины в вазочку, разбросал собранные с Машкой разноцветные кленовые листья. Для контраста добавил пару яблок — «Белый налив». Выставил свет, отошел назад, полюбовался. Неплохой должен получиться натюрморт. Яркий, осенний.
Алексей наметил на холсте контуры предметов и выдавил на палитру краски. И тут в коридоре послышались быстрые шаги. Дверь открылась и на пороге застыла Машка в розовой пижамке со слоником.
— Папа, можно я у тебя посижу?
— А спать?
— Что-то не хочется.
Однако, несмотря на «не хочется», дочка усиленно терла глаза.
— Ладно, только недолго. Завтра рано вставать.
Машка с ногами забралась в старенькое кресло, свернулась калачиком. Алексей накрыл дочку пледом.
«Может, уснет», — подумал он и вернулся к мольберту. Но Машка засыпать не собиралась. Вертелась, крутилась, задавала вопросы. Потом, когда Алексей отвлекся, слезла с кресла и стащила яблоко.
— Маша! Я же его рисую! Положи на место.
Машка надулась, но яблоко вернула.
— Если хочешь кушать, давай я тебе что-нибудь с кухни принесу.
— Папа, не уходи!
Машка бросилась к Алексею, тесно прижалась, обняв ручонками.
— Что такое?
— Мне страшно. А если он вернется, пока тебя не будет?
— Кто он?
— Монстр! Он меня утащит. Я знаю, он уносит людей.
Похоже, Машке приснился кошмар. И уже не в первый раз.
Алексей поцеловал дочку в растрепанную макушку.
— Не волнуйся, я здесь, с тобой.
Он вымыл яблоко и протянул дочери. Машка довольно захрумкала. Алексей уселся рядом, поглаживая ее по голове. «Надо будет завтра поговорить с женой», — думал он.