Ксюша давно страдала от бессонницы. Ни лекарства, ни монотонный обратный счёт не помогали. Она подолгу ворочалась в постели, безуспешно пытаясь уснуть. Иногда ей удавалось задремать, но ненадолго, а утром она вставала совершенно разбитой.
Эта ночь не стала исключением. Стрелки часов давно перевалили за три часа ночи, а в голове до сих пор крутились беспокойные мысли.
Неожиданно в половине четвёртого утра пришло сообщение в социальной сети. Отправителем был безымянный аккаунт с пустой аватаркой и ником из случайных букв. Ксения уже потянулась, чтобы смахнуть уведомление, как делала сотни раз прежде, но рука замерла в воздухе. Что-то было не так…
Время — предрассветный час. Обычно спам и прочие назойливые предложения приходят днём, когда все бодрствуют, и это вызвало подозрение.
— Кто там ещё? — потирая сонные глаза пробормотала Ксюша. Она взяла телефон и коснулась экрана.
Текст в сообщении состоял всего из трёх слов. Он был набран заглавными буквами, отчего казался особенно кричащим: «Я СКОРО ЖЕНЮСЬ».
Ксюша прочла и почувствовала дрожь внутри. Она мгновенно узнала отправителя. Не по имени и фото, которых не было. Она узнала, кто это, по времени отправки и по этой беспощадной анонимной лаконичности. Только один человек в мире мог так поступить. Это был Фёдор, бывший сожитель Ксении.
Ксюша не удивилась новости. Они расстались с Федей год назад. Инициатором выступил мужчина — вернее, он до сих пор считал, что это он бросил Ксению. Ему было так спокойнее. Мысль, что от него сбежали, задевала самолюбие и царапала его хрупкое эго.
Но правда была иной. Именно Ксюша приняла окончательное решение. В тот день она не стала сдерживаться. Ксения и кричала, и плакала, а потом демонстративно собрала вещи и сказала:
— Между нами всё кончено! Не звони мне больше!
Федя тогда растерялся, но уже через минуту распрямил плечи и процедил:
— Да пожалуйста! Убирайся отсюда! Видеть тебя больше не могу!
Теперь сообщение Фёдора читалось как запоздалое самоутверждение: смотри, я востребован и двигаюсь дальше, а ты утопаешь в своём болоте. Он отчаянно хотел доказать, что всё ещё остаётся победителем в той истории.
Воспоминания нахлынули на Ксюшу волной. Когда они с Федей только стали жить вместе, мир казался ярким, а будущее — безоблачным. Первые месяцы напоминали сказку: утренние пробуждения вдвоём, совместные планы, отдых и ощущение, что так будет всегда. Ксюша искренне верила, что нашла своё счастье.
Но постепенно всё стало меняться. Фёдор начал демонстрировать не самые лучшие стороны своего характера. Сначала это выглядело как уверенность в себе и беспокойство о любимой. Он лучше знал, как правильно и как надо.
— Ты делаешь не так. Давай я покажу, — мужчина говорил спокойно, но в голосе звучали нотки превосходства.
Поначалу Ксюша не придавала этому значения.
«Он просто хочет помочь», — успокаивала она себя. Но с каждым разом таких «поправок» становилось всё больше. Федя исправлял блюда девушки, демонстративно досаливая или добавляя перца, выкидывал вещи которые считал неподходящими для них: начиная от зубной щетки «не той фирмы», заканчивая туфлями, которые были «на слишком высоком каблуке», советовал, с кем ей лучше общаться, а с кем — не стоит. И всякий раз это подавалось под видом заботы, будто Ксюша сама не способна разобраться.
Первое время Ксения со всем соглашалась. Она научилась молчать, послушно менять свои решения и делать вид, что действительно не понимает как нужно.
— Хорошо, покажи как надо. Так? Или так? — говорила она, старательно изображая растерянность.
— Эх, ну что ж ты… Ничего сама не можешь. Что бы ты без меня делала? — с явным удовлетворением отвечал Фёдор, не замечая, что покорность девушки — это всего лишь маска.
Так, Ксюша «училась» быть слабой. Она играла роль послушной и несамостоятельной — такой, какой он хотел её видеть. Но с каждым днём эта игра давалась всё труднее. Внутри нарастало напряжение, а Фёдор становился всё более требовательным.
«Суп вкусный, но можно сделать его ещё лучше, если добавить томатов и специй», — замечал он, пробуя блюдо.
«Я бы на твоём месте не надевал эту куртку: на улице солнце, хоть и ветер прохладный. Лучше надень жакет», — советовал он, пока Ксюша застёгивала молнию.
«Ксюша, ты не думаешь наперёд! Прежде чем мыть полы, нужно пропылесосить — так будет проще!» — терпеливо объяснял Федя, когда девушка бралась за тряпку.
Парень никогда не произносил слово «плохо». Вместо этого он всегда говорил: «Могло быть лучше». Эта фраза звучала с такой интонацией, что Ксюша часто ловила себя на мысли: она постоянно не дотягивает до какой-то невидимой планки, который устанавливал её сожитель.
Постепенно девушка стала подстраиваться под Фёдора: менять формулировки своих мыслей, сдерживать спонтанные реакции, заранее продумывать шаги, прежде чем что-то сделать. Каждое его замечание, даже сказанное между делом, заставляло её сомневаться в себе.
Ксения мысленно репетировала свои действия. Перед тем как предложить идею, она десятки раз прокручивала её в голове: «А что скажет Федя? Одобрит ли? Посчитает ли это правильным? Не прозвучит ли это глупо?» И если внутренний голос подсказывал, что «не стоит», она молчала.
Иногда Фёдор отпускал «шутки», от которых порой подкатывала тошнота:
— Ты у меня, конечно, крепкая… Не каждая бы выдержала такую критику. Но ничего, так ты станешь лучше. Потом ещё спасибо скажешь.
В такие моменты Ксения лишь натянуто улыбалась. Не потому, что ей было смешно. Просто не хотелось снова вступать в спор, видеть разочарованный взгляд Фёдора и чувствовать себя виноватой.
В тот день, когда внутри Ксении что-то окончательно оборвалось, всё начиналось, как обычно. Друг Фёдора пригласил их на день рождения. Перед выходом Ксюша долго крутилась у зеркала, перебирая платья. Она хотела выбрать что-то удобное, чтобы чувствовать себя уверенно.
— Надень зелёное, оно тебе очень идёт, — посоветовал Фёдор.
— Я была в нём на прошлой вечеринке. Хочу пойти в чём-то другом, — мягко возразила Ксения.
— Но в зелёном ты выглядишь сногсшибательно. Белое тебе не идёт. Просто поверь моему вкусу.
Ксюша замерла перед зеркалом. В голове возник резонный вопрос: почему она должна соглашаться? Почему не может надеть то, что нравится ей?
— Нет. Я надену белое. Мне в нём комфортно! — удивляя Федю, внезапно выпалила она.
Фёдор опешил. Обычно Ксюша не спорила, а молча соглашалась с ним. А тут… что-то изменилось… Лицо сожителя на секунду исказилось от удивления, а затем в глазах вспыхнула обида.
Весь вечер в гостях Федя вёл себя вызывающе, словно хотел наказать Ксюшу за неповиновение. Он демонстративно игнорировал её, погружаясь в разговоры с друзьями, нарочито перебивал, когда Ксения пыталась заговорить с кем-то, и даже заигрывал с другими девушками.© Стелла Кьярри
Ксюша терпела. Ей было до слёз обидно, но она делала вид, что всё в порядке.
Когда все сели за стол, Ксения попыталась сгладить ситуацию. Она наклонилась к Феде и тихо попросила:
— Положи мне, пожалуйста, салат и закуски на тарелку…
Мужчина резко обернулся, а затем при всех, громко и отчётливо, фыркнул:
— Ты и так выглядишь толстухой в этом белом платье. Какой салат?! Какие закуски?! Тебе на диету нужно!
За столом повисла пауза. Гости переглянулись, а потом сделали вид, что ничего не случилось. Именинник перевел тему на свои подарки, пытаясь избавить всех от ощущения неловкости, а тарелку у Ксюши быстро наполнила салатами девушка именинника.
Ксюша почувствовала, как краснеет от стыда. В этот момент ей пришло осознание: она больше не хочет так жить. Не хочет унижений и быть той, кого можно прилюдно оскорблять только потому, что она самостоятельно выбрала платье.
Остаток вечера Ксюша провела как в тумане. Фёдор больше не обращался к ней напрямую, лишь изредка бросал холодные взгляды.
Вернувшись домой, Ксения, наконец, дала волю эмоциям:
— Мне надоело всё это! Ты постоянно мной недоволен!
Фёдор замер, удивлённо вскинув брови. Он явно не ожидал такой вспышки.
— Да что с тобой? Что происходит? — спросил он.
— А ты не понимаешь?! — голос Ксении задрожал сильнее. — Ты всё время меня критикуешь! Зачем опозорил меня за столом, перед друзьями?
— Я тебя не позорил. Сказал как есть. Хотел, чтобы ты выглядела лучше, но ты же меня не послушала и надела это белое платье… Это что, протест такой? Специально решила мне настроение испортить?
— А ты не думал, что у меня есть своё мнение? По поводу платья, квартиры, мебели, посуды. Да по поводу всего! Я не твоя кукла, которой можно управлять, когда вздумается.
— Так! Всё, хватит на сегодня. Я устал, пойду спать, — Фёдор сделал шаг к двери. Он не хотел слушать про «личное мнение» Ксюши, но девушка не дала ему уйти. Она встала перед ним и заявила:
— Мне с тобой тяжело! Пора это заканчивать.
— Скажи, в чём проблема? Что тебя не устраивает? — раздраженно спросил Федя.
— Меня всё не устраивает! Ты не ценишь мои усилия. Критикуешь всё: как я готовлю, как одеваюсь, с кем дружу. Ты постоянно исправляешь меня, будто я сломанный приемник, который нужно перенастроить на другую волну! А у меня своя волна! Своя! А не твоя!
— Серьёзно? Считаешь, что проблема во мне? — язвительно усмехнулся Федя.
— Да! — твёрдо ответила девушка.
Ксения ещё долго высказывала мужчине претензии: про его вечное недовольство, обесценивание и нездоровую критику. Она говорила быстро и много, ведь за это время в ней накопилось столько всего, что нужно было высказать сожителю. Фёдор слушал не перебивая. Это молчание было хуже любых слов. Ксюша ловила себя на мысли, что предпочла бы спор и крики, но не эту холодную отстранённость.
Когда она, наконец, выдохлась и замолчала, мужчина кивнул.
— Всё с тобой ясно… — бесстрастно произнёс он. — А знаешь, в чём твоя проблема?
— Ну? — Ксюша приготовилась к новой волне обвинений.
— Ты считаешь, что тебя должны принимать такой, какая ты есть. Но это заблуждение, — Фёдор выпрямился. Его голос звучал высокомерно. — Я делаю всё, чтобы ты становилась лучше. Потому что я достоин лучшего!
Ксюша почувствовала, как обида проходит, уступая место осознанию: девушка чётко поняла, что это не она «не дотягивает» до Фёдора. Это он не способен любить без условий.
Когда Ксения стала собирать вещи, Федя вдруг занервничал. Он не мог допустить, чтобы «правда» осталась на её стороне.
— Между нами всё кончено! Не звони мне больше! — бросила Ксюша перед уходом.
— Больно надо! Убирайся! Никто не будет терпеть твои капризы! Когда поймёшь, что ты не такая уж особенная, будет поздно! — Фёдор вспыхнул. Гордость не позволила ему промолчать в ответ.
В ту ночь, когда с безымянного аккаунта пришло сообщение: «Я СКОРО ЖЕНЮСЬ», Ксения ни на секунду не сомневалась, что это был Федя. Она долго смотрела на экран, а потом набрала ответ: «Я рада за тебя, а невесте сочувствую».
Отправив сообщение, Ксюша почти сразу пожалела об этом. Не потому, что это было слишком грубо, а потому что знала, что сейчас начнётся…
Ответ от Феди пришёл мгновенно, будто он держал палец на клавиатуре, ожидая её реакции: «Какой была невоспитанной, такой и осталась. Лучше промолчу, не буду опускаться до твоего уровня».
Ксения прочла это спокойно. За год Федя совершенно не изменился: те же высокомерные фразы, те же попытки задеть, та же непоколебимая уверенность, что он лучше.
Ксюша отложила телефон, встала, прошла на кухню и сделала глоток воды. Вернувшись в комнату, она напечатала: «Ты сначала поднимись до моего уровня…»
Пауза длилась несколько минут. Ксения почти физически ощущала, как Фёдор перечитывает её сообщение и подбирает слова для язвительного ответа. Но она не стала ждать. Девушка нажала на кнопку блокировки и удалила их переписку.
Эта весточка на рассвете была не про свадьбу и не про то, как Фёдор счастлив. Это была проверка: зацепится ли она? Станет ли снова играть в старую игру, где он авторитет, а она — послушная ученица? На мгновение Ксюша почти поддалась, но вовремя остановилась.
Ксения выключила телефон и положила его экраном вниз. Больше она никогда не открывала чаты от незнакомцев. Удивительно, но с этого момента сон вернулся к ней — глубокий, спокойный и без тревожных мыслей посреди ночи.
