До недавнего времени я наивно полагала, что главные споры с детьми у нас ведутся вокруг каши, носков и того, кто первый сядет в машину. Но жизнь — штука непредсказуемая, и новые фронты открываются там, где их совсем не ждёшь.
***Для непосвящённых. Я обычная, работающая, как папа Карло, мать. Кровной дочери Дюхе (Наде) - 30 лет, усыновленным мальчишкам: Жоре – 5 лет, Саше - 3. Пишу тут обо всем.***
Вечер. Ритуал. Сказка на ночь. Я уже мысленно выбираю что-нибудь уютное, с добрыми зверями и предсказуемым финалом. Но мой средний, Жора, человек принципиальный, берёт инициативу в свои руки.
— Мам, а там мачеха есть?
— В этой? Нет.
— А Баба-яга?
— Тоже нет.
— А кто есть?
— Ну… ёжик, лошадка, медвежонок…
— Ладно, давай.
На следующую ночь я забываю про этот фильтр и начинаю читать что-то классическое. И тут же натыкаюсь на стену.
— Я не буду слушать! — Жора закрывает уши руками и отворачивается к стене.
— Почему?
— Там мачеха. И Баба-яга. Они плохие. Я не хочу про них.
Я зависаю с книгой в руке. С одной стороны, я понимаю: детская психика — штука ранимая. Злые персонажи могут пугать, вызывать тревогу. С другой стороны, где моя «Золушка»? Где «Гуси-лебеди»? Где классика, на которой я выросла? Но Жора непреклонен. Для него мачеха — это зло. Баба-яга — это опасно. А мы, по его логике, должны засыпать в мире, где нет места ни тому, ни другому.
Я, конечно, могла бы прочитать ему «Колобка», «Теремок» и «Репку» — вроде безопасно, но не по возрасту. Парню же 5 лет! Какие колобки? В общем, наш сказочный репертуар стремительно сужается до историй про мышек, которые нашли сыр, и ёжиков, которые считают звёзды.
Вчера, перебрав в голове всё, что не содержит злых персонажей, я решила пойти ва-банк.
— Жора, завтра будем читать сказку про то, как баба лапоть нашла.
Он подозрительно щурится:
— Лапоть? Это что такое?
— Обувь такая. Раньше люди в лаптях ходили. Ну, плетёные такие.
— Там есть мачеха?
— Нет.
— Баба-яга?
— Тоже нет.
— А кто есть?
— Баба, которая лапоть нашла, и всё.
Жора задумывается, видимо, просчитывая риски. Потом выносит вердикт:
— А, понятно. Только старуха и сапог.
Я не стала уточнять, что лапоть — это не сапог, и что баба — это не всегда старуха. Главное — злых персонажей нет. Сказка прошла цензуру.
И вот сижу я вечером, листаю сборник русских народных сказок в поисках «Бабы и лаптя». И думаю: а ведь Жора прав по-своему. Зачем нам на ночь лишние тревоги? Он сам выстраивает границы: «Я не готов слушать про зло». И это, наверное, нормально. Он ещё маленький. Успеет ещё узнать, что в мире есть мачехи и Бабы-яги. А пока пусть его сказочная вселенная будет с добрыми бабами, которые находят лапти, и ёжиками, которые заботятся о лошадках.
Кстати, «Баба и лапоть» — это действительно не про зло. Это про то, как баба нашла лапоть, потом другой, а потом её мужик решил, что она клад нашла. Там, в общем-то, всё мирно. И даже смешно. Надеюсь, Жора оценит.
А я тем временем понимаю: мой пятилетний критик растёт. У него есть вкус, предпочтения и чёткое понимание того, что ему можно впускать в голову, а что — нет. И если для этого нужно читать «Бабу и лапоть» двадцать раз подряд, я, пожалуй, согласна. Лишь бы в его мире было поменьше мачех и побольше спокойных ночей.
Ваша счастливая одиночка (и по совместительству главный цензор сказок по запросу).
Мы в ТГ
Мы в MAX
Мы в ВКонтакте
