Три новости:
Первая. За десять лет количество подростков 15–17 лет с психическими расстройствами выросло на 53%. Если в 2015 году таких было 18,5 тысячи, то в 2024-м уже 28,3 тысячи.
Вторая. В конце 2025 года президент В.В. Путин заявил: впервые за долгое время выросла подростковая преступность. 40% дел тяжкие и особо тяжкие. 45% преступлений совершены в группах. Борьбу с этим он назвал общенациональной задачей.
Третья. Генпрокурор РФ Александр Гуцан сообщил: в 2025 году число несовершеннолетних, причастных к терроризму и экстремизму, выросло примерно вдвое. Чаще всего детей вербуют через интернет.
Три симптома, одна проблема.
Давайте посмотрим, что происходит с нашими детьми и почему мы, родители, не можем это остановить?
Факты, которые нельзя игнорировать
Психические расстройства:
«Заболеваемость психическими расстройствами среди подростков 15–17 лет выросла на 53% за 10 лет», - сообщают «Известия» со ссылкой на отчёты Росстата.
Детский психолог Дарья Дугенцова поясняет: «Играет роль социальный фактор — с кем общается подросток, и фактор семьи — насколько качественно устроена система семьи, как родители общаются с детьми, поддерживают, понимают ли, развит ли у них эмоциональный интеллект».
А психотерапевт Лев Пережогин добавляет: «Число расстройств растёт на фоне острой нехватки детских психиатров и психотерапевтов практически во всех регионах».
То есть система не справляется. А дети болеют.
Преступность:
«Доля тяжких и особо тяжких составов среди преступлений, совершённых подростками, превысила 40%. Детей втягивают в криминальную среду намеренно, 45% подростков совершают преступления в группах», — заявил В.В. Путин на расширенном заседании коллегии МВД.
Экстремизм и вербовка:
«В 2025 году число несовершеннолетних, причастных к терроризму и экстремизму, выросло примерно вдвое. Чаще всего детей вербуют через интернет», — сообщил генпрокурор Александр Гуцан.
И добавил важную вещь: профилактика должна соответствовать современным условиям, а не строиться на устаревших подходах.
То есть старые методы: запреты, запугивания, морализаторство - уже не работают (хотя, когда они работали-то?). Детей это не останавливает. А родители часто даже не знают, куда смотреть.
Где связь?
Психические расстройства, преступность, экстремизм - это, разумеется, не одно и то же. Но корень общий.
Я как психолог, который 15 лет работает с подростками и их родителями, вижу три главные причины этого кризиса. И все они про нас, взрослых.
Причина первая. Родители в "коматозе".
Современные родители завалены информацией, инструкциями, «правильными» схемами воспитания, делают все, что чад своих психологически не травмировать, чтобы все им дать. Но при этом теряют главное - живой контакт с ребёнком. Покупки, кружки, репетиторы, поездки никогда не заменяет простого «я тебя слышу».
Вместо диалога — нотации. Вместо принятия — требования. Вместо опоры — контроль.
Ребёнок остаётся один на один с тревогой, неуверенностью, информационным шумом. И психика не выдерживает. И ребенок ищет выход. В агрессии. В деструктивных группах. В тех, кто даст ему иллюзию значимости.
Причина вторая. Школа — в кризисе, а родители продолжают требовать пятёрок.
Учителя перегружены, программа устарела, система не даёт ни знаний, ни безопасности. Но многие родители продолжают давить на оценки, не замечая, что ребёнок уже на грани.
Агрессия, уход в себя, депрессия, селфхарм (самоповреждения) это не дурное поведение и капризы. Это сигналы SOS. Которые родители часто игнорируют или списывают на переходный возраст.
Причина третья. Информационная среда.
Алгоритмы соцсетей подсовывают детям тревожный, агрессивный, деструктивный контент. Все внимание в гаджетах, влияние даже позитивного контента на истощенный мозг и нервную систему - может выдать любой результат. Реальное общение во многих случаях явно проигрывает виртуальному.
Вербовщики не ищут «трудных» детей в традиционном смысле. Им нужны дети, у которых есть три уязвимости: дефицит смысла, дефицит безопасного общения, дефицит критического мышления и способности самостоятельно осмысливать информацию и принимать решения (когнитивного суверенитета, о котором подробнее я писала в этой статье). То есть неспособность отличать своё от чужого, свои ценности от навязанных.
И эти три дефицита - прямое следствие того, что происходит (или не происходит) в семье.
Что делать?
Мы опрашивали 155 родителей в Туапсе. 75% сказали: «Я знаю, как надо поступить правильно, но в моменте срываюсь». Это главная проблема. Не отсутствие знаний. А разрыв между знанием и действием.
Генпрокурор сказал: профилактика должна быть современной. Я добавлю: профилактика должна быть уместной и начинаться с нас. С родителей. С нашей внутренней опоры.
Сейчас в каждом родительском чату оптом выкладывают материалы по противодействию терроризму и экстремизму, но разве эффективно спохватиться и оптом нашпиговать ребенка "правильными" идеями? Конечно нет! Учитывая, что авторитет взрослых с их "правильно" у подростков часто поперек горла стоит.
Что делать прямо сейчас?
Разговаривайте. Не про оценки. Про жизнь. Про чувства. Про то, что реально волнует. Спрашивайте: «А что ты думаешь? А почему ты так решил?»
Не подменяйте присутствие подарками. Ребёнку нужны вы, а не новая игрушка. И не новый телефон. И не подписка на очередной бесполезный курс. И даже не репетиторы.
Следите за своим ресурсом. Если кончился — не стыдите себя, а ищите, где взять. Сон, прогулка, разговор с подругой, чашка чая в тишине. Без ресурсного родителя не бывает безопасной среды.
Отписывайтесь от тревожного контента. Если блогер вызывает у вас чувство «я недостаточно хороша» — отпишитесь. И научите этому детей.
Не бойтесь просить помощи. Психолог, группы поддержки, доверительный разговор — это не стыдно. Это ответственно. Особенно когда речь идёт о таких масштабах угроз. Сейчас много проектов, помогающих родителям, узнавайте, что проводится в вашем городе.
Коротко о главном
Наши дети не стали хуже. Они стали больше нуждаться в нас. В живом, настоящем, устойчивом взрослом рядом. Который не запрещает, а объясняет. Не контролирует, а доверяет. Не запугивает, а формирует опору.
Технологии, школы, врачи, полиция, конечно, важны. Но главная профилактика всех бед проводится в семье, в процессе всего воспитания. А семья - это то место, где слышат, принимают, не срываются и не предают. Где есть диалог. Где есть ценности. Где есть ясная логика между решениями и последствиями, правилами и безопасностью.
Профилактика начинается с нас. С родителей. С нашей внутренней опоры. С нашей готовности разбираться в цифровой среде не хуже наших детей. С нашей готовности говорить на сложные темы. С нашей готовности быть опорой.
Никакой закон, никакой фильтр, никакой полицейский не защитит ребёнка, если у него нет внутреннего стержня. А этот стержень формируется только в семье. В диалоге. В доверии. В любви.
Глубокие отношения - это лучшая защита вашего ребёнка от депрессии, агрессии и вербовки.