Луна-парк в Петербурге: как город впервые попробовал массовые развлечения

Пока в подвале «Бродячей собаки» читали стихи при свечах, на другом конце города происходило нечто совершенно иное.

Громкая музыка.

Огни.

Толпы людей.

Петербург впервые пробовал то, что сегодня кажется привычным — массовые развлечения.

Речь о первом в России Луна-парке, открывшемся в Санкт-Петербург в 1912 году.

И если «Бродячая собака» была местом «для своих»,

то Луна-парк стал местом для всех.

Как всё началось

Весной 1912 года на Офицерской улице (сегодня — улица Декабристов, район домов 53–55) открылся новый развлекательный комплекс.

Он был устроен по образцу европейских и американских парков.

Для Петербурга это выглядело почти футуристично.

Здесь не нужно было:

быть «своим»

знать кого-то

проходить отбор

Достаточно было купить билет.

И уже в первые недели к входу выстраивались очереди.

По вечерам люди ждали по 20–30 минут, чтобы попасть внутрь — просто «посмотреть, что там».

Что там было

Луна-парк предлагал то, чего раньше в городе просто не существовало в одном месте.

Аттракционы

— «американские горы»

— «чёртово колесо»

— горные железные дороги

— лабиринты

Для начала XX века это были настоящие «машины эмоций».

Деревянные конструкции скрипели на поворотах.

Вагонетки резко срывались вниз.

Люди сначала смеялись —

а через секунду уже кричали.

Кто-то закрывал глаза.

Кто-то хватался за соседей.

Кто-то после спуска выходил бледный — и тут же вставал в очередь снова.

Страх становился частью развлечения.

Театр и кино

На территории работали:

театральная сцена

кинематограф

Кино тогда только набирало популярность.

В небольших залах зрители сидели вплотную друг к другу.

Кто-то смеялся, кто-то комментировал вслух, кто-то впервые в жизни видел движущиеся картинки.

Это был не «тихий просмотр», а почти коллективное переживание.

Экзотика

Одним из самых обсуждаемых элементов стала так называемая «этнографическая деревня».

Людей из Африки демонстрировали как часть «экзотической программы», размещая их в стилизованных декорациях и заставляя воспроизводить «традиционный быт».

Публика останавливалась, смотрела, обсуждала, удивлялась.

Сегодня это воспринимается как колониальная и унизительная практика.

Но тогда это считалось частью развлечения.

Кто туда ходил

Если «Бродячая собака» собирала поэтов и художников,

то Луна-парк был принципиально демократичным.

Сюда приходили:

рабочие

студенты

офицеры

семьи

К вечеру парк заполнялся настолько, что люди буквально шли плечом к плечу.

Слышались обрывки разговоров, смех, споры.

Это был редкий случай, когда город собирался в одном месте — без деления на «своих» и «чужих».

Почему это было новым

До этого развлечения в Петербурге существовали раздельно:

— театр — отдельно

— трактиры — отдельно

— ярмарки — отдельно

Луна-парк впервые объединил всё это.

И добавил главное:

ощущение непрерывного праздника

Ты мог:

прокатиться на аттракционе

зайти в кино

посмотреть спектакль

И всё это — за один вечер.

Не только развлечение

Несмотря на массовость, Луна-парк быстро стал частью культурной жизни города.

Когда здесь выступал Владимир Маяковский, это происходило не в тишине.

В зале шумели, переговаривались, кто-то уходил, кто-то спорил.

А декорации Павла Филонова казались публике странными и непривычными.

Массовая среда меняла само восприятие искусства.

Вечер в Луна-парке

Настоящая жизнь начиналась после заката.

Зажигались огни.

Музыка становилась громче.

Очереди — длиннее.

Город, привыкший к строгим формам и правилам, вдруг становился шумным и живым.

Люди гуляли, смеялись, кричали, спорили.

Кто-то приходил просто «посмотреть».

Кто-то — за эмоциями.

Кто-то — за ощущением праздника.

Это был Петербург, который редко попадал в книги.

Почему всё закончилось

Луна-парк просуществовал чуть больше десяти лет.

В 1924 году его разобрали.

Свою роль сыграли:

последствия революции

экономические изменения

смена городской среды

А решение о строительстве спортивного комплекса лишь закрепило этот процесс.

Что осталось сегодня

На месте Луна-парка сегодня — территория, связанная с Университетом имени П. Ф. Лесгафта.

От самого парка почти ничего не осталось.

Но осталась идея.

Любой современный парк развлечений — это продолжение той модели, которая впервые появилась здесь.

Вместо вывода

Луна-парк и «Бродячая собака» существовали почти одновременно.

Но это были два разных мира:

— один — закрытый, для своих

— другой — открытый, для всех

И именно между этими двумя полюсами и жил Петербург начала XX века.