Мы привыкли думать, что театр — это место, где дамы в вечерних платьях и господа в смокингах соблюдают мертвую тишину. Но если бы вы перенеслись на 400 лет назад в лондонский театр «Глобус», вы бы подумали, что попали на рок-концерт или футбольный матч в неблагополучном районе.
Эпоха Елизаветы I — это время, когда театр был самым опасным и популярным развлечением в мире. Сегодня мы заглянем за кулисы того самого театра, где за рождение шедевров платили запахом гнилых яблок и риском получить ножевое ранение.
1. «Стоячие места» для черни: Театр как фан-зона
Билет в партер стоил всего один пенни — столько же, сколько кружка дешевого эля. Эти люди назывались «groundlings» (те, кто стоит на земле). Они набивались в пространство перед сценой так плотно, что между ними нельзя было просунуть палец.
Атмосфера: Никаких кресел. Люди ели орехи, пили пиво, справляли нужду прямо там же и не стеснялись перебивать актеров. Если зрителю не нравился монолог Гамлета, в актера летела обглоданная кость или гнилой помидор. Актер в ответ мог запросто выругаться со сцены. Это был живой, яростный диалог.
2. Почему Джульетту играл баритон?
Вплоть до 1660 года женщинам в Англии было законодательно запрещено выходить на сцену. Все женские роли — от Офелии до леди Макбет — исполняли мальчики-подростки или молодые мужчины.
Сложность: Актеру нужно было не просто надеть корсет и парик. Нужно было обладать идеальным фальцетом и уметь двигаться так, чтобы пьяная толпа внизу не заподозрила подвоха. Самое ироничное, что когда Шекспир писал сцены, где героиня переодевается в мужчину (как в «Двенадцатой ночи»), зритель видел парня, который играет девушку, которая притворяется парнем. Настоящий «Inception» того времени!
3. Спецэффекты: Свиные пузыри и настоящие пушки
Театр Шекспира был невероятно кровавым. Зрители требовали зрелищ. Чтобы сцена убийства выглядела убедительно, актеры прятали под одеждой мочевые пузыри свиней, наполненные овечьей кровью. В нужный момент кинжал протыкал пузырь, и сцена буквально заливалась багрянцем.
Трагедия из-за спецэффекта: В 1613 году во время спектакля «Генрих VIII» для пущего эффекта выстрелили из настоящей пушки. Искра попала на соломенную крышу «Глобуса». Театр сгорел дотла всего за два часа. К счастью, никто не погиб, кроме штанов одного зрителя, которые загорелись (их потушили бутылкой эля).
4. Театр против медведей: Битва за трафик
В то время театры строились на южном берегу Темзы — в районе «красных фонарей», рядом с притонами и аренами для травли медведей собаками. Театру приходилось буквально бороться за зрителя с кровавыми зрелищами.
Хитрость Шекспира: Именно поэтому в его пьесах так много шуток «ниже пояса», драк и призраков. Он знал: если на сцене не будет экшена в первые 10 минут, народ уйдет смотреть, как собаки грызут медведя. Это был рынок внимания в его самом чистом и жестоком виде.
5. «Ад» под ногами и «Небеса» над головой
Сцена в «Глобусе» была символом мироздания.
Люк в полу назывался «Адом». Оттуда эффектно появлялись призраки и демоны в клубах дыма.
Балкон и навес назывались «Небесами». Оттуда на канатах могли спускаться боги.
Актер находился посередине — в мире людей, между вечным проклятием и божественным прощением. Эта архитектура диктовала саму манеру игры: масштабную, вертикальную, космическую.
Итог: Театр — это мы
Шекспировский театр учит нас, что искусство никогда не рождалось в стерильной тишине. Оно рождалось в грязи, в шуме, в борьбе за каждый взгляд зрителя. И когда мы сегодня смотрим блокбастеры, мы на самом деле смотрим те же «шекспировские» приемы: кровь, любовь, спецэффекты и немного высокой поэзии.
А вы бы рискнули постоять в «партере» того времени, рискуя быть облитыми элем, ради того, чтобы услышать «Быть или не быть» из первых уст?