В архивах Венской консерватории хранится программа концерта 1785 года. Два имени на афише: Моцарт и Сальери. Они совместно написали кантату и исполнили её публично. А через двести лет итальянский суд будет оправдывать одного из них за убийство другого.
Так устроена историческая память. Чаще всего мы ненавидим не человека, а его отражение в чужом зеркале. В пьесе, в памфлете политического противника, в мемуарах обиженного современника. Разберём шесть случаев, когда тень от этого зеркала оказалась длиннее самой жизни.
Антонио Сальери: композитор, убивший только репутацию коллеги
Антонио Сальери родился в 1750 году в Леньяго под Вероной. К тридцати пяти годам он уже занимал пост придворного капельмейстера в Вене, место, выше которого в музыкальной иерархии Европы просто не существовало. Его оперы ставили от Парижа до Петербурга. Его учениками были Бетховен, Шуберт, Лист.
Моцарт умер 5 декабря 1791 года. Причина смерти до сих пор обсуждается врачами и историками. Самая распространённая версия сегодня: острая ревматическая лихорадка с осложнением на почки. Версия отравления появилась позже, из венских салонных сплетен.
Сальери пережил Моцарта на тридцать четыре года. Под закат жизни, страдая от слабоумия, он якобы признался в отравлении. Затем опровергал это признание письменно. Его ученики, навещавшие старика, оставили прямые свидетельства: маэстро повторял, что не причинял Моцарту никакого вреда.
Но к тому моменту пружина мифа уже была сжата. В 1830 году Пушкин пишет «Моцарта и Сальери». В 1898-м Римский-Корсаков ставит по этой пьесе оперу. Дальше, уже в XX веке, появляется фильм «Амадей» Милоша Формана. И всё, приговор вынесен массовой культурой.
В 1997 году в Миланском дворце юстиции прошёл символический посмертный процесс. Суд рассматривал доказательства со стороны обвинения и защиты. Вердикт был однозначным: виновность Сальери в смерти Моцарта не подтверждается ни одним документом эпохи. А ведь сохранилось письмо самого Моцарта жене, датированное октябрём 1791 года. Он с удовольствием рассказывает, как отвёз Сальери и его возлюбленную на свою оперу «Волшебная флейта». Как Сальери аплодировал каждой арии и громко кричал «браво!». За полтора месяца до смерти. Странное поведение для будущей жертвы отравителя.
Ричард III: король, которому Шекспир подарил горб
«Сейчас зима тревоги нашей летом яркого Йорка превращена…» С этого монолога Шекспир в 1592 году запустил самый известный в истории литературный приговор. Горбатый злодей, детоубийца, отцеубийца, цареубийца. Таким мы знаем последнего короля из дома Плантагенетов.
Ричард правил Англией всего два года, с 1483 по 1485. Погиб в битве при Босворте от рук Генриха Тюдора, основателя новой династии. А историю пишут победители. И Тюдорам было жизненно необходимо доказать, что они свергли чудовище, а не законного монарха.
Томас Мор, писавший «Историю Ричарда III» в 1513 году, пользовался рассказами тюдоровских приближённых. Шекспир опирался на Мора. Так сложилась цепочка, на конце которой оказался горбун с увядшей рукой, задумавший погубить племянников ради короны.
В августе 2012 года археологи из Лестерского университета начали раскопки под автомобильной парковкой в центре города. По старым планам там находилась церковь францисканцев, где, по преданию, похоронили тело Ричарда после битвы. Уже через несколько дней они нашли мужской скелет с раной в основании черепа.
Генетическая экспертиза подтвердила: это Ричард III. Анализ скелета показал сколиоз, искривление позвоночника, которое развилось в подростковом возрасте. Король был действительно невысоким и, вероятно, держал одно плечо чуть выше другого. Но не горбатым. И рука его была совершенно нормальной.
По части «принцев в Тауэре», двенадцатилетнего Эдуарда V и его младшего брата Ричарда, исчезнувших в 1483 году, их судьба остаётся неразгаданной. Прямых доказательств причастности короля нет. В правление Генриха VII слухи о том, что один из принцев выжил, периодически будоражили Англию. А ведь Генрих был куда больше заинтересован в их смерти, чем Ричард.
Мария-Антуанетта: пирожные, которых она не предлагала
«Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные». Фраза, ставшая синонимом аристократического презрения к народу. Произнесённая, как нам внушили, австрийской принцессой, не знавшей цены куску хлеба.
Есть одна проблема. Мария-Антуанетта никогда её не говорила.
1-ое упоминание этой реплики встречается в «Исповеди» Жан-Жака Руссо, написанной в 1766–1770 годах. Философ приписывает её «одной великой принцессе», не называя имени. Мария-Антуанетта в то время ещё жила в Вене. Ей было десять-одиннадцать лет, и с французским двором её не связывало ничего, кроме далёких династических планов.
Откуда же фраза прилипла именно к ней? Ответ простой: ненависть революционной пропаганды. После 1789 года королеву рисовали в памфлетах как воплощение всего ненавистного в Старом режиме. Расточительная, развратная, чужеземка, пьющая кровь Франции. Любая подходящая сплетня становилась её «подлинной» цитатой.
Документы её личной переписки рисуют совсем другой портрет. Мария-Антуанетта была тонкой, чувствительной, капризной и политически наивной женщиной, воспитанной в строгих правилах венского двора. Её траты на туалеты и Малый Трианон действительно были безумными по меркам разорённой страны. Но она занималась и благотворительностью: покровительствовала сиротским приютам, лично раздавала милостыню в голодные зимы.
На эшафот в октябре 1793 года взошла тридцатисемилетняя женщина, поседевшая за несколько месяцев заключения. Её последние слова обращены к палачу, на ногу которого она случайно наступила: «Простите, сударь, я не нарочно». Вряд ли так говорит та, кто предлагала голодным есть пирожные.
Нерон: император, который не играл на лире под горящим Римом
Великий пожар Рима начался в ночь с 18 на 19 июля 64 года. Огонь бушевал шесть дней, уничтожив десять из четырнадцати районов города. Поныне куча народу знают: Нерон смотрел на пожар с башни и играл на лире, вдохновляясь зрелищем.
Есть только один нюанс. Самый близкий по времени историк, Тацит, пишет совершенно иное. В ночь пожара Нерон находился в Анциуме, курортном городе на побережье. Узнав о бедствии, он немедленно выехал в Рим. Организовал тушение, открыл для погорельцев собственные сады, императорские здания и Марсово поле. Снизил цену на зерно, привёз продовольствие из Остии.
Откуда же тогда знаменитая лира? Светоний, писавший через пятьдесят лет после событий, упоминает, что Нерон якобы наблюдал пожар с башни Мецената и пел песнь о гибели Трои. Светоний отличался любовью к скандальным деталям и работал с устной традицией. Тацит, более строгий историк, этой сцены не описывает вообще.
Нерон не был милым человеком. На его совести казнь матери Агриппины, развод и убийство первой жены Октавии, гонения на христиан, которых он назначил козлами отпущения за тот же пожар. Он был тщеславен, капризен, артистически одарён и крайне неудачен как политик.
Но именно последнее и породило большинство мифов. Нерон поссорился с сенатом, который ненавидел его за презрение к аристократической традиции. Сенат и оставил о нём письменные свидетельства. Провинции, где Нерона любили за мелкие налоги, молчали. А в греческих городах после его смерти ещё долго появлялись самозванцы, выдававшие себя за «вернувшегося Нерона». Народ ждал его назад.
Так из сложной фигуры, сочетавшей жестокость с популизмом, получился карикатурный монстр из сенаторских хроник.
Борис Годунов: царь, которого обвинили в убийстве ребёнка
15 мая 1591 года в Угличе при странных обстоятельствах погиб восьмилетний царевич Дмитрий, младший сын Ивана Грозного. Мальчик играл с другими детьми «в тычку», метая в круг нож. С ним случился припадок падучей, и нож оказался в горле.
Так зафиксировала события следственная комиссия, прибывшая из Москвы. Возглавлял её боярин Василий Шуйский, человек, настроенный против правителя-регента Бориса Годунова. Казалось бы, более предвзятого следователя и искать не надо. И при этом комиссия пришла к выводу: смерть царевича наступила в результате несчастного случая.
Через тринадцать лет всё изменится. Когда на Москву пойдёт Лжедмитрий I, тот же самый Шуйский публично поклянётся, что царевича убили по приказу Годунова. Потом, после воцарения Лжедмитрия, он переменит показания снова: скажет, что ребёнок был спасён. А став царём сам, в 1606 году, организует перенесение мощей Дмитрия и объявит его святым мучеником от руки Годунова.
Три разные версии от одного и того же человека. В зависимости от политической конъюнктуры. Вот на этой шаткой основе и держится репутация Бориса как детоубийцы.
При всём этом Годунов был одним из самых эффективных правителей России XVI века. При нём в 1589 году было учреждено патриаршество, что повысило статус русской церкви до уровня вселенских. Построены каменные стены Белого города Москвы. Началось освоение Сибири, основаны Томск, Тюмень, Тобольск. Государство восстанавливалось после разорения опричнины.
Пушкин в трагедии 1825 года подарил Борису бессмертную формулу: «И мальчики кровавые в глазах». Это великая литература. Но это не история. История говорит: прямых доказательств вины Годунова нет. Только слухи, раздутые его политическими противниками.
Павел I: безумец, чьё безумие придумали убийцы
В ночь с 11 на 12 марта 1801 года группа гвардейских офицеров ворвалась в спальню Михайловского замка. Император Павел I был задушен шарфом и забит табакеркой до смерти. На следующее утро петербургской публике объявили, что государь скончался «от апоплексического удара».
А дальше заговорщикам предстояло объяснить, зачем они, собственно, убили царя. Объяснение нашли быстро: он был сумасшедшим. Деспотом. Непредсказуемым тираном, угрожавшим всем и каждому. Эта версия попала в мемуары участников переворота, оттуда в историографию XIX века, оттуда в школьные учебники.
Посмотрим теперь, что успел сделать «безумец» за четыре с половиной года правления.
Манифест 5 апреля 1797 года впервые в истории России законодательно ограничил крестьянские повинности. Помещикам запрещалось принуждать крестьян к работе больше трёх дней в неделю и использовать их труд по воскресеньям. Это был первый шаг к отмене крепостного права за шестьдесят четыре года до 1861 года.
Павел резко улучшил положение солдат. Ввёл для нижних чинов отпуска, запретил офицерам использовать солдат на собственных работах, организовал армейские лазареты. Он был жёстким начальником, это правда. Но его жёсткость обрушивалась на дворянских генералов, привыкших воровать и пьянствовать, а не на рядовых.
Император прекратил практику массовых раздач государственных крестьян в частные руки, ограничил привилегии дворянства, восстановил порядок в финансах после екатерининских трат. В 1797 году издал «Акт о престолонаследии», отменивший петровский произвол в выборе наследника и установивший чёткие правила передачи власти. Этот закон просуществовал до 1917 года.
Почему же именно его убили? Именно потому, что всё это делал. Дворянство, избалованное Екатериной, не простило Павлу ни трёхдневной барщины, ни сокращения своих вольностей, ни разрыва с английской торговлей. А английский посол Уитворт, заинтересованный в устранении неудобного союзника Наполеона, активно поддерживал заговор. Британские дипломатические документы об этом давно рассекречены.
«Сумасшествие» Павла оказалось очень выгодной легендой для тех, кому мешал вменяемый реформатор.
Шесть фигур, шесть несправедливых приговоров. Что их объединяет? Во всех случаях репутация формировалась не современниками-свидетелями, а людьми, заинтересованными в её очернении. Тюдоровские историки. Революционные памфлетисты. Римские сенаторы. Дворянские заговорщики. Пушкин и Шекспир, пишущие не документальные отчёты, а гениальные пьесы.
Литература сильнее архива. Одна яркая строчка побеждает сотню скучных документов. Поэтому «мальчики кровавые в глазах» остаются в памяти, а доклад угличской комиссии пылится в ПСРЛ.
Прежде чем ненавидеть фигуру прошлого, спросите себя: кто первым назвал её злодеем? И что этот человек получал от такого определения?
А кого из шести героев этой статьи вам особенно жалко? Или, может быть, вы знаете ещё чью-то оклеветанную репутацию, которую стоило бы восстановить? Напишите в комментариях, я с удовольствием разберу самые интересные случаи в следующих материалах.