— Ты только не ори, ладно? Я тут подумал... В общем, я не готов. Они постоянно орут. Даже когда молчат, я слышу этот ультразвук у себя в голове. Они меня раздражают. Эти , грязные памперсы... Это не мое. Я понял это, пока тебя не было. Слушай, я не хочу тебе врать. У меня есть человек. Она молодая, у нее в голове музыка и путешествия, а не пюре из кабачков. Я ее люблю. По-настоящему, понимаешь? Так, что дышать трудно. Я не сволочь, долю твою не трону. Но жить здесь я не смогу..
***
Наталья замерла, прижимая локтем дверь, которая так и норовила захлопнуться. В каждой руке у нее было по пять килограммов живого, сопящего веса. Алиса и Соня — их долгожданные дочки, выстраданные через бесконечные анализы, гормоны и надежды.
— К чему ты не готов, Денис? — она медленно поставила люльки на пол. Спина отозвалась резкой болью. — Мы только что из роддома. Ты нас привез. Домой. Помнишь?
— Вот именно, что домой, — он наконец повернулся. Лицо было помятым, глаза бегали. — Они орут, Наташ.
— Денис, это же твои дети. Мы девять лет к этому шли. Ты сам настаивал на ЭКО, ты клялся, что будешь помогать. Ты же лечился, ты столько сил вложил!
— Ну, вложил и вложил, — он небрежно махнул рукой. — Ошибка вышла. Переоценил я свои отцовские инстинкты. У меня другая есть…
— Ты уходишь? Сейчас? — Наталья почувствовала, как пол под ногами начинает медленно уплывать в сторону.
— Да. Вещи я уже собрал, они в багажнике. Квартира твоя, бизнес... ну, будем работать как работали. Удачи тебе, Наташ. Справляйся как-нибудь.
Он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Словно боялся разбудить детей, которые только что стали для него «раздражающим фактором». Наталья осталась стоять в тишине, глядя на две розовые люльки. Из одной донеслось тихое покряхтывание, переходящее в требовательный писк.
***
— Наталия Сергеевна, там отчеты по логистике прислали. Посмотрите? — Юля, ее помощница, осторожно заглянула в кабинет.
Наталья подняла голову от монитора. В висках стучало. Последние три месяца она жила в режиме зомби: ночь — кормление, подгузники, укачивание, день — офис, звонки, контракты. Двойняшки требовали всего ее времени, а бизнес — всей души.
— Да, Юль, оставь на столе. Я сейчас закончу со счетами и гляну.
— Денис Игоревич просил передать, что он уезжает на объект в Сочи на неделю, — Юля замялась, пряча взгляд. — Сказал, что все текущие вопросы через вас.
Наталья сжала ручку так, что костяшки побелели.
— Опять в Сочи? У нас там нет объектов, Юля. У нас там только поставщики, с которыми можно по зуму поговорить.
— Я знаю... Но он сказал — личный контроль.
— Личный контроль в бикини, — прошептала Наталья, когда дверь за помощницей закрылась.
Она встала и подошла к окну. Их общий офис находился на двенадцатом этаже. Девять лет назад здесь были голые стены и куча долгов. Они с Денисом спали на раскладушках прямо в этом кабинете, грызли сухари и мечтали о том, как однажды станут «большими бизнесменами». И они стали. Их фирма теперь была на слуху, контракты подписывались миллионные.
Все было общим. Каждая копейка, каждый нервный срыв. И любовь была общей — так ей казалось.
Дверь распахнулась без стука. Денис вошел в кабинет, сияющий, в новом дорогом костюме.
— Привет, партнер! — он по-хозяйски уселся в кресло напротив. — Слушай, по Сочи там все ровно. Я вернусь в следующую субботу. Справишься тут?
— Денис, — Наталья посмотрела на него в упор. — У Алисы температура сорок. Режутся зубы. Соня не спит третьи сутки. Няня уволилась вчера, сказала, что не вывозит такой темп. Ты уезжаешь в Сочи со своей Кристиной, пока я задыхаюсь? У тебя совсем совести нет? Может, ты вспомнишь о том, что ты отец? Денис, мне нужна помощь! Как-нибудь посодействуй.
Денис поморщился, словно она заставила его лимон съесть.
— Наташ, ну опять ты начинаешь. Мы же договорились: дома ты — мать, здесь — коллега. Давай не смешивать. Температура у детей — это нормально, все через это проходят. Купи лекарства, найми новую няню, у тебя же есть деньги. Чего тебе от меня надо? Я должен их растить, что ли? Ты мать или я? Мне кажется, ты о своих прямых обязанностях забываешь!
— Им нужен отец, Денис. Хоть на час в день. Они тебя не знают! Ты для них — чужой дядя, который иногда заходит за документами.
— И слава богу, — он усмехнулся. — Я же сказал, они меня раздражают. Не мой формат. Кристина, кстати, передавала тебе привет. Она считает, что ты слишком накручиваешь. Нужно проще относиться к жизни. Ты вообще расслабляться не умеешь, нет в тебе этой… легкости, что ли. Вечно ноешь, квасишься все время, с кислой физиономией ходишь. Вот Кристинка — она другая. Я с ней вообще о проблемах не думаю!
— Передай Кристине, что когда ей исполнится тридцать один и ее вышвырнут из жизни с двумя младенцами на руках, я с удовольствием послушаю ее советы о простоте, — Наталья медленно села на стул. — Уходи, Денис. Мне нужно работать.
— Ну вот, опять обиды, — он встал. — Ладно, я погнал. Счета за отель я проведу по представительским расходам, там немного. Пока!
***
Дома было темно и пахло кислым молоком. Соня плакала в детской — тонко, изнуряюще. Алиса сопела, изредка всхлипывая во сне.
Наталья опустилась на пол в кухне, даже не сняв пальто. Она не плакала — слез не осталось. Была только выжженная пустыня внутри.
— Ну почему, Господи? — прошептала она в пустоту. — За что? Мы же вместе этого хотели. Он же сам... сам колол мне эти уколы в живот, когда я боялась. Он же держал меня за руку, когда я от наркоза отходила после пункции. Где тот человек? Куда он делся?
Она вспомнила, как три года назад они сидели в клинике, и врач сказал, что шансы невелики. Денис тогда обнял ее так сильно, что ребра хрустнули.
— Наташка, мы прорвемся, — шептал он. — Слышишь? Даже если не получится, я тебя никогда не брошу. Ты — моя жизнь. Все у нас с тобой все будет хорошо, мы со всем справимся. Ты мне веришь? Вот и умница!
Теперь «жизнь» изменилась. В ней появилась Кристина, которой было двадцать два, и которая не знала, что такое токсикоз, растяжки и вечный страх за двоих маленьких существ.
Из детской раздался грохот — Соня, видимо, сбросила бутылочку. Наталья вскочила.
— Иду, маленькая, иду...
Ночь прошла как в тумане. Кормление, укачивание, переодевание. Под утро, когда дети наконец заснули, Наталья села за ноутбук. Ей нужно было что-то решать с бизнесом. Видеть Дениса каждый день, слышать его шутки и знать, что он тратит их общие деньги на свою новую пассию, было невыносимо.
***
— Я хочу разделить компанию, — сказала Наталья через неделю, когда Денис вернулся из Сочи.
Они сидели в переговорной. Денис выглядел загорелым и довольным.
— В смысле — разделить? — он перестал улыбаться. — Наташ, ты в своем уме? Это же единый механизм. Если мы его распилим, мы оба потеряем половину прибыли. Минимум.
— Я готова терять прибыль, лишь бы не видеть тебя, — она положила перед ним бумаги. — Вот план раздела. Филиал в Твери и автопарк отходят тебе. Головной офис, контракты с ритейлом и склад — мне. Оценка проведена, все честно.
— Да это бред! — Денис вскочил. — Ты просто хочешь мне отомстить! Решила из-за личных обид разрушить дело всей жизни?
— Дело моей жизни сейчас спит в двух кроватках и нуждается в спокойной матери, — Наталья посмотрела на него без тени страха. — А ты... ты просто коллега, который стал слишком токсичным.
— Коллега? — он подошел к ней вплотную. — Наташ, ну хорош. Да, я ушел. Да, я влюбился. Но я же не враг тебе. Давай работать как раньше. Я буду заниматься закупками, ты — клиентами.
— Нет, Денис. «Как раньше» не будет. Ты предал не только меня. Ты предал детей, которых мы вместе планировали. Ты сказал, что они тебя раздражают. Ты хоть понимаешь, как это звучит?
— Да нормально это звучит! — он сорвался на крик. — Я честен! Я не хочу приходить домой и делать вид, что я счастлив, когда мне хочется сбежать на край света! Я хочу жить ярко, хочу страсти, хочу...
— Хочешь быть вечным подростком за чужой счет? — перебила она. — Понятно. Документы у тебя. Срок на раздумья — три дня. Если не подпишешь, я подаю в суд на принудительный раздел и на такие алименты, что твоя Кристина быстро забудет слово «путешествия».
— Ты бессовестная, Наташа, — тихо сказал он. — Раньше ты такой не была.
— Раньше у меня не было двух детей, которых нужно защищать от их собственного отца.
***
Развод и раздел бизнеса затянулись на год. Это были месяцы бесконечных встреч с юристами, взаимных упреков и боли. Денис пытался торговаться за каждую фуру, за каждый компьютер. Он приводил в офис Кристину, которая сидела в приемной и демонстративно листала журналы, пока они в кабинете делили то, что строили девять лет.
— Мама, — Алиса уже уверенно стояла на ножках, держась за край дивана.
— Да, родная, мама здесь, — Наталья подхватила дочку на руки.
Соня ползала рядом, пытаясь дотянуться до хвоста кота. В квартире наконец-то стало спокойно. Пахло не только присыпкой, но и свежим кофе, цветами и домом.
Денис перестал приходить. Совсем. Он присылал деньги — сухие, выверенные юристами суммы — и ни разу не попросил о встрече с девочками.
Однажды Наталья встретила его в торговом центре. Он шел под руку с Кристиной. Та была в дорогой шубе, смеялась и что-то щебетала ему на ухо. Денис увидел Наталью, его взгляд на секунду замер, в нем мелькнуло что-то похожее на узнавание... и он просто прошел мимо. Даже не кивнул.
Наталья стояла у витрины с детской одеждой и чувствовала, как внутри что-то окончательно обрывается. Последняя тонкая нить.
— Мам? — Соня, сидевшая в коляске, потянула ее за рукав.
— Пойдем, маленькая. Пойдем домой.
***
— Наталья Сергеевна, к вам Михаил из «ПромТорга». Обсудить новый контракт, — Юля улыбнулась. — Выглядите сегодня потрясающе.
— Спасибо, Юль. Зови.
Наталья поправила пиджак. После раздела бизнеса ее часть компании не только не просела, но и начала расти. Оказалось, что без вечных споров с Денисом и его «гениальных» идей работается куда продуктивнее.
Михаил вошел — высокий, спокойный мужчина лет сорока. Они работали уже полгода, и Наталья ловила себя на мысли, что ей приятно его общество.
— Добрый день, Наталия. У вас, как всегда, все четко.
— Стараемся, Михаил. Присаживайтесь.
Они обсуждали дела час. А когда контракт был подписан, Михаил не спешил уходить.
— Слушайте... — он замялся. — Я знаю, это не совсем профессионально, но... Мои дочки в субботу идут в цирк. Мы взяли лишний билет, думали, друг пойдет, но не сраслось. Может, вы с вашими девчонками присоединитесь?
Наталья замерла. Внутри привычно сработал предохранитель: «Нет, дети маленькие, я устала, я не готова...». Но потом она посмотрела на улыбающегося Михаила, вспомнила глаза Сони и Алисы и...
— А знаете, Михаил... Мы придем. Только билета нам нужно два. И готовьтесь к тому, что будет шумно.
— О, я к этому привык, — он рассмеялся. — У меня их трое. Поверьте, я знаю, что такое шум.
***
Вечером Наталья сидела в детской и смотрела, как девочки спят. Они были такими похожими на него — те же линии подбородка, те же ресницы. Но в них не было его пустоты. Они были цельными, настоящими.
Она открыла шкатулку и достала старую фотографию — их свадьба. Денис обнимает ее, они оба светятся. Она долго смотрела на нее, а потом взяла ножницы и аккуратно разрезала фото пополам. Часть с Денисом полетела в мусорную корзину.
— Прощай, — прошептала она. — Я не простила тебя. И не забуду. Но ты больше не занимаешь места в моем сердце. Там теперь живут Алиса, Соня и... я сама.
Она закрыла ноутбук и выключила свет. Завтра будет новый день. Трудный, шумный, полный забот — но это будет ее день. Без предательства, без лжи и без «раздражающих факторов».
***
Наталья окончательно выкупила долю Дениса в общем бизнесе и через два года вышла замуж за Михаила, который стал для Алисы и Сони настоящим отцом, знающим цену каждому их шагу. Денис и Кристина расстались через полтора года после его ухода из семьи, когда деньги от раздела бизнеса закончились, и сейчас он безуспешно пытается наладить дела в Твери, изредка присылая дочерям формальные подарки на праздники, которые они принимают с вежливым равнодушием. Соня и Алиса выросли, зная, что их всегда защитят, и когда они спрашивают про биологического отца, Наталья честно говорит, что он просто не справился с высотой, на которую они его подняли, но это больше не вызывает в ее душе ни боли, ни горечи.
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.